Ичи-ни-сан

Перед нами стоял белобрысый парнишка лет тринадцати-четырнадцати, с панковской прической и достаточно умным взглядом. Правда, на данный момент, разум постепенно из его взгляда испарялся со скоростью льда на июньском солнышке. - Вы Морино-сан? – набросился он на меня, как только мы появились в дверях. - Я. Итак, парень, попытайся ответить быстро и четко на два вопроса. Первый: «что хочешь ты?», второй: «почему именно я?». Парень смутился, но потом резко тряхнул головой и ответил: - Я хочу, чтобы вы помогли мне спасти Кушину Узумаки из лап похитителей. - Замечательно. Но все-таки, а почему я? На данный момент спасением твоей подружки занимаются двое саннинов, с подключением Хокаге и, скорее всего, весь клан Узумаки, в полном составе. - Потому что у них это займет очень много времени, а я… - парень смутился. - Что ты? Ты ее любишь, ты за нее беспокоишься? – приподнял я бровь в удивлении. Нет, с влюбленными разговаривать абсолютно бесполезно. У них мозг испаряется напрочь. - Нет, я могу перемещаться туда, где есть ее чакра. Правда, на небольшие расстояния. – смутился парнишка. - То есть тебе нужен тот, кто обнаружит чакру твоей подружки и укажет нужное направление? Несчастный парень молча кивнул. Я задумчиво цыкнул зубом и посмотрел на Коичи, который изображал интерьер комнаты. Шиноби молча кивнул и легонько стукнул себя по носу. - Морино-сан, простите, я все понимаю, но ничего сделать не могу, - начал парень. - Замолчи, - оборвал его я, подходя к столу. – не порти впечатление о себе, как о разумном человеке. Затем, я набросал пару строк, и протянул сложенный листок парню. - Пулей в клан Инузуки. Передашь это госпоже Тсуме. Затем будешь выполнять все ее распоряжения. Парень схватил листок, поклонился и …исчез. - Н-да, а я и не верил, - выдохнул Коичи. – действительно, «Белая молния Конохи». - Итак, пацана мы отправили, остальные съе… ушли сами. Дежурство в штатном режиме, ловушки по периметру восстанавливаются дежурной сменой. Пленные отработаны. Что у нас еще? - Проверка связи с АНБУ и дублирование защищенным каналом. – подсказал старый шиноби. – Но, думаю, это не сверхкритично. Предлагаю вам, до встречи с Цунаде-сама просто поспать, иначе до нее вы просто не дойдете. - Ну почему же! – вскинулся я. – Я же очень неплохо перекусил… И тут я понял, что у меня все плывет перед глазами. - Эх, молодежь, молодежь… - добродушно проворчал старый шиноби. – Нихрена слушать не хотят. А этот один из лучших… *** Проснулся я от того, что меня немилосердно трясли за плечо. - Морино-сан, пора просыпаться. Вам надо идти к Цунаде-сама. Странно, но меня больше не тянуло упасть и не двигаться. Зато очень хотелось жрать. Я открыл глаза и цыкнул зубом. - Коичи-сан, у нас есть что-нибудь пожрать? - Я уже чай сделал, с бутербродом, - ответил, пряча улыбку старый шиноби. Таак, похоже кто-то решил побыть «добрым дедушкой». Вот только за бывшим опером АНБУ такого не наблюдалось. - Коичи-сан, спасибо, конечно, но у нас что-то случилось, или это просто порыв души? – спросил я, вонзая зубы в хлеб. - Ничего, - искренне ответил шиноби. Ага, а глаза честные-честные. Вот только я свин абсолютно недоверчивый. - Значит ничего, а, Коичи-сан? – усмехнулся я, продолжая жевать. – Ничего, за исключением? - Морино-сан, да ничего серьезного. Кушину Узумаки спасли, Прибегал этот белобрысый, как его, Намикадзе, выражал свою благодарность. Приходил злой Джирайя-сан, обещал оторвать вам уши за то, что помешали совершить подвиг, и, наконец, пришло официальное письмо от клана Инузуки. - И что конкретно из вышеперечисленного вы считаете неважным, Коичи-сан? – удивился я. - Все. Благодарность четырнадцатилетнего мальца штука хорошая, но не достаточная, чтобы не дать отдохнуть человеку после боя. Далее. Если бы Джирайя был зол, то ему было бы глубоко плевать на ваше состояние и самочувствие. Оторвал бы уши не то, что у спящего, а даже у смертельно больного. И, наконец, официальное письмо Инузуки. Если бы было что-то срочное, то связь была бы абсолютно другой. - Мы уже полгода не разговариваем, - возразил я. - И что? Передали бы через Хокаге. А тот – лично, по телефону. Я почесал макушку. Выходит, старый хрен прав во всем. Да уж, мастерство не пропьешь. - Спасибо, Коичи-сан, вы все правильно сделали. А теперь, поскольку я подкрепился, то могу с чистой совестью идти на клизму к Цунаде. *** На удивление, медпроцедуры прошли без эксцессов. То ли потому, что я был предельно вежлив, то ли потому, что сама Цунаде отсутствовала, а вместо нее была моя недобрая знакомая Кири-сан. Кстати, когда я ее увидел, и приветливо улыбнулся, она почему-то инстинктивно отшатнулась. А когда заставила на массаже снять бандану, вообще охнула. Пф! Какие нервные медики у нас! Обязательно наябедничаю нашей си… глазастой саннин. Ну вот, процедуры пройдены, и теперь можно с чистой душой отправиться домой. Засунув руки в карманы, я направился к дому. Надеюсь, Тсуме уже ушла. Потому что сейчас я не хочу никого видеть. Внезапно что-то ткнулось в ладонь. Ну конечно. Еще и оффисияльное письмо прочитать надо. *** Очередной раз отхлебнув из чашки, я бросил письмо на стол. Если убрать всю шелуху и словоблудие, которое занимало девяносто процентов текста, мне сообщалось, что клан Инузука официально просит прощение за ранее возникшее недоразумение, и просит получателя сего письма, то есть меня, прибыть в клан на церемониальное чаепитие. О согласии и дате просят уведомить в ближайшие трое суток с момента получения письма. Гм. Интересно, что-то большое в канаве сдохло, если Такеши решил изменить свое мнение? Ладно, с этой хренью разберемся позже, благо, есть еще три дня в запасе. А теперь – спать!