Ичи-ни-сан

Снова прошел день, и снова я чуть не был похоронен под завалом из отчетов. Зато вечер заставил меня двигаться. Во-первых, оказавшись на кухне, я переоделся. Футболка с фартуком и «свежей» банданой должна была настроить меня на серьезный лад. С закуской я решил все быстро, заскочив в бакалею. Сухие крекеры и печенье с маком должны неплохо подойти к тому, что я запланировал. А заодно взял маленькую баночку меда. Исключительно для гостьи, потому что я мед не ем. Но, вот, что касается чая, я впал в ступор. Что делать? Нет, неправильно. Что делать?! Обложив все, что только можно было, трехэтажным матом, я пришел к единственному правильному решению. Оставить выбор чая на усмотрение гостьи. Подготовив стол, я огляделся. Ну что же, до сервировки не смог бы докопаться даже самый гнусный зануда. Теперь можно подумать и о внешнем виде. К огромному сожалению, бандана налагает серьезное ограничение на выбор одежды. Поэтому, придется остановиться на рубашке и брюках. И тут начались мучения. Ненавижу! Не знаю, как остальные, но для меня подбор костюма и аксессуаров вызывает исключительно изжогу. Под конец, когда появилось стойкое желание послать все, и встречать гостью в банном халате, я наконец собрал комплект, который меня полностью удовлетворил. Да, начиная с банданы и заканчивая носками. Да-да, я послал всех к чертовой бабушке, и надел классические таби, под цвет костюма. В результате, то, что я увидел в зеркале, меня полностью удовлетворило. Но самое удивительное было позже. Ровно в указанное время, когда секундная стрелка только коснулась нулевой (для зануд – двенадцатичасовой) отметки, раздался звонок. Сразу скажу, прожив … лет, я не могу понять женскую моду. Более того, я не могу понять, как можно носить вещи, несовместимые по цвету, или вещи, которые выпячивают имеющиеся недостатки фигуры. Но девушка, стоявшая на моем пороге, выглядела элегантно. Я бы даже сказал, восхитительно. - Асэми-кун, добрый вечер. – слегка поклонился я, пропуская даму внутрь. - Морино…-кун, добрый вечер. – ответила после небольшой паузы девушка, возвращая мне поклон и входя в прихожую. Повесив на вешалку принятую от девушки накидку, мы пошли на кухню. Девушка удивленно смотрела по сторонам, а я внутренне усмехался. Еще бы. Вроде, с момента ее последнего посещения ничего не изменилось. Все вещи по-прежнему на своих местах, количество пыли не уменьшилось, зато запах… да, аромат от чая стоял еще тот. - Прости… Морино-кун, а что это так замечательно пахнет? - Это чай. Скажи пожалуйста, какой именно тебе понравился? - Если не затруднит, то тот, который пахнет апельсином, - немного смутилась куноичи. Ну, что же. Цедра и немножко апельсинового масла сделали свое дело… Повторюсь очередной раз, но когда прозвенел будильник, то нас застали врасплох. В смысле, мы увлеченно обсуждали поэзию Басё, а не то, что вы подумали. - Ой, неужели действительно так поздно? – смутилась девушка и покраснела. - Увы, Асэми-кун. Одиннадцать часов вечера это все-таки довольно поздно. Но, если ты решишь остаться здесь еще на немного, то краснеть буду уже я. - Нет-нет, я пойду. – засобиралась девушка. - Не «я пойду», а я тебя провожу. Причем до самого дома. И никаких возражений не принимается. Я помог девушке одеться, и мы вышли на улицу. Стояла хорошая погода, на улице практически не было народу, а когда мы свернули в парк, то возникло ощущение, что мы одни во всем мире. Пройдя весь парк без приключений, мы вскоре оказались перед воротами клана Узумаки. Внезапно девушка развернулась и взяла меня за обе руки. - Морино-кун. Спасибо тебе огромное за этот вечер. Я и ответить не успел, как она потянула руки вниз и чмокнула меня в уголок губ. А затем, не говоря ни слова, скрылась за воротами. Минуты три я стоял, как вкопанный. А затем, находясь в состоянии эйфории, побрел домой. Удивительно, но ни прохожих, ни хулиганов я не встретил, хотя было уже двенадцать часов ночи. *** …- Старший брат, гляди, лох идет. Давай его пощиплем! А то и без штанов оставим! Старший банды внимательно посмотрел на бредущую по дорожке фигуру. - Вперед. Если тебе жить надоело. А остальные посмотрят на это шоу. Первый из говоривших не смог скрыть своего изумления. - Старший брат, мы что, теперь боимся одиноких прохожих? А этот вроде даже не шиноби, потому что я в упор не вижу на нем протектора. Да какая мы после этого банда? - Идиот. – скривился кобун. – Запомни, сансита: иногда безопаснее напасть на «полосатого старика», чем на таких одиноких «лохов». - Но… - Бака ты и есть бака! Еще раз тебе говорю: Меченый – это не тот человек, на которого стоит нападать. Я лучше за Цунаде подсматривать буду. Та хоть убьет без мучений. - Ты подсматривал за Цунаде?! - Кретин! Заткнись и ждем, пока Меченый выйдет из парка. А потом разденем до трусов первого встречного… *** А на следующее утро все розовые слоны, фламинго и прочая ересь были сдуты приземленными реалиями жизни. Потому что мне на стол попал отчет в две строчки. Причем, что характерно, абсолютно случайно. Обычно финансовые документы и документы о денежных переводах в АНБУ не попадали. Как, в принципе, и в ИИБ. Но не в данном случае. В принципе, ничего необычного, обычный денежный перевод, вот только конечного получателя этого перевода я знал. Его тушка в течении целой недели портила мне настроение, и именно из-за нее я оказался целью последних издевательств клана Узумаки. Наверное, наш отряд капитального «шмона» что-то нарыл, и эти охламоны решили сделать мне приятное. К сожалению, отдела по борьбе с расхитителями соц… ээ… капиталистической собственности ни у нас в ИИБ, ни в АНБУ не было. Поэтому подобными вещами приходится заниматься самому. *** Когда возле ворот, рядом с которыми играли в кости три растатуированных бойца остановился посторонний, старший, наблюдавший за происходящим из стоявшего под навесом кресла, тут же решил самостоятельно проверить незнакомца. «И, самое главное, вежливо!» - напомнил себе бандит. То, что вежливость может сохранить жизнь, он знал не понаслышке. А когда якудза подошел к стоящему, то, изобразив максимально вежливый поклон, произнес: - Господин, простите, что заставили вас ждать. Не могли бы вы пройти внутрь, чтобы отдохнуть? И тут же развернувшись, жестом подозвал одного из играющих. - Быстро к старшему. Скажи, пришел Меченый. Пусть будет готов. – произнес кобун шепотом. Бандит, поклонившись, пулей помчался вглубь дома. *** Разувшись, я прошел внутрь, где меня ожидала чаша сливового вина. Не успел я сделать и пару глотков, как ко мне вышел один из мелких главарей банды, к которой я пришел. - Морино-доно, это большая честь для нас. Что вам угодно? - Мне нужен оябун. Причем срочно. Внезапно лицо бандита исказила злая гримаса. - А вы уверены, что он захочет с вами говорить? - А вы передайте ему, что у меня возник вопрос, на который я обязательно хочу получить ответ. И я его получу. Вопрос только в том, сколько при этом появится трупов. - Тогда подождите, сейчас вас проводят, - поклонился сятей. Я прождал десять минут, и из боковой двери ко мне вышел один из бандитов. - Прошу за мной, Морино-доно. Мы пошли по плохо освещенному коридору, затем свернули куда-то пару раз, и в результате я оказался в помещении, которое иначе как кладовка для швабр, назвать нельзя. На грязном татами передо мной сидел оябун этой банды. Вот только все остальные жители города признали бы в нем старого нищего с рынка, который за одну монету мог помочь донести покупки, или перетащить продавцу тяжелые ящики. - Ты хотел видеть меня, Ибики Морино. Ты увидел. И что теперь? - Иошинори, твоя банда, кроме всего прочего, контролирует банк возле центральной площади. Мне нужна информация по данному переводу. – я протянул старику бумажку. – И более того, мне нужен реальный источник, а не пустышка. - А почему ты решил, что тебе будут помогать? – внезапно задал вопрос тот, кто привел меня. - Прости моего сына, Морино-сан. Он еще молод и глуп. – произнес оябун, посмотрев на говорившего так, что тот на глазах уменьшился в размерах. - Ничего страшного, я не обиделся. И могу даже пояснить. Видишь, ли, якудза существует, поскольку она соблюдает ва, гармонию. Ва, в данном случае, это действия в строго определенных рамках. Ты заметь, ни в Деревне, ни вокруг нее, нет наркотиков. Не произошло ни одного изнасилования, и не пострадал от руки бандитов ни один ребенок. А все почему? Потому что это неправильно. Если вы пытаетесь ограбить мужчину, у него есть возможность отбиться. Попытаетесь убить – что же, у него есть право ответить вам тем же. Это не нарушает гармонию. А если гармония нарушена, я очень сильно огорчусь. - Но при чем тут какой-то банковский платеж? – удивился бандит. - А при том, что эти деньги заплачены человеку, который хотел отравить воду в Деревне. Я так понимаю, твоя дочь пьет ту же воду, что и другие дети Деревни? – ответил я. От скрежета зубов бандита у меня побежали по коже мурашки. Да, звук получился неприятный, словно железом по стеклу. - Поэтому, я хочу получить ответ на свой вопрос. Только тихо. Не спугните мне рыбу. Оябун кивнул, и я вышел из неприметной двери, оказавшись на одной из боковых улочек. *** - Отец, прости мой болтливый язык! – бухнулся на колени молодой бандит, когда секретная дверь закрылась за неприятным гостем. – Но почему ты играешь по правилам Меченого? - Потому, сын, что, во-первых, я с ним согласен. – ответил оябун, задумчиво набивая трубку табаком. - А во-вторых, потому что я не хочу быть причиной огорчения этого маньяка. Это ведь из-за него Голубую Гору теперь называют Горой Крови. Или Горой Ста Трупов.