Моя душа

Дину показалось, что его таймер сломан. Когда, как и положено, он почувствовал слабое жжение на запястье и, вздохнув, посмотрел, то еще долго не мог понять, что с ним не так. Он прекрасно знал, что, появившись, таймер должен показывать 24:00:00 и, когда до встречи со своим соулмейтом остаются ровно сутки, начинался обратный отсчет. Но у Дина все цифры стояли на 00:00:00. — Ох, милый, — Мэри, глядя на озадаченного сына, слабо улыбнулась. — Не стоит бояться. Это значит, что ты уже встретил своего соулмейта. — А как же имя? — Имя появится, когда вы пересечетесь взглядами, — терпеливо пояснила женщина. — Не волнуйся. Иди спать, и проследи, чтобы Сэм тоже лег. Дин облегченно выдохнул. По пути в комнату ему встретился Сэм, который, кажется, сторожил его возле двери. Сэм очень часто его тут сторожил, потому что Дин, если был в достаточном расположении духа, оставался с Сэмом и рассказывал ему что-нибудь, пока тот не уснет. Раньше он и сам оставался с ним, но год назад Джон сказал, что в этом возрасте им больше нельзя спать вместе. Сэм едва не заплакал, но Дин успокоил его, пообещав, что будет приходить к нему каждую ночь. Или почти каждую. — Дин! — звонкий голос двенадцатилетнего брата вернул Дина к реальности. — Мелкий, чего тебе надо? — Покажи руку, — Сэм потянулся к руке, но Дин, словно испугавшись чего-то, перехватил его руку. — Ай! — Сэм возмущенно посмотрел на Дина. И спустя секунду Дин почувствовал знакомое жжение. «Что за?..» — Дин? — кажется, выражение испуга было слишком читаемым на лице Дина, поэтому он только и смог что что-то пробормотать и быстро скрыться в комнате, игнорируя возмущение младшего. Закрыв дверь на замок, Дин дрожащими руками оттянул рукав свитера. На запястье витиеватым почерком было написано «Сэмюэль». *** С момента появления на руке у Дина татуировки прошло четыре года. За это время Дин умудрялся ни разу не показать никому, что написано у него на руке. Из-за этого он один раз крупно поссорился с отцом, после чего на четыре дня поселившись к Кастиэлю. Но в конце концов Дин с Джоном поговорили и пришли к выводу, что Дин имеет право хранить имя в секрете. Хотя с того момента отношения отца и сына заметно подпортились. Мэри не говорила ничего, только иногда грустно вздыхала. А когда Дина (как казалось ей) рядом не было, повторяла себе под нос «Это парень, это парень». «Ох, мама. Все еще хуже» Дин надолго запирался в комнате, игнорировал почти весь мир и долго думал над татуировкой у него на запястье. Сэм… Почему Сэм? Зачем судьба так над ним пошутила?! Дин знал, что если у него проявится имя парня ему будет плохо, но брат… его родной брат… Этого не может быть. И все-таки, ошибки не было. Имя на запястье Дина — это имя его брата. Единственным человеком на свете, которому Дин мог доверять как себе был Кастиэль — или Кас. Странный, не особо общительный парень, читающий молитвы перед обедом в школьной столовой, с завораживающе-холодными голубыми глазами и торчащими во все стороны черными волосами. Кас был красив, и Дин часто думал, как было бы легко, будь у него на запястье это ангельское имя. — Трудности даются нам Небесами, чтобы показать, насколько мы сильны, — задумчиво проговорил Кас, глядя на небо, после того, как Дин все ему рассказал. Это было два года назад. Переведя взгляд на Дина, Кас словно объяснил. — Если это даровано тебе судьбою, значит Господь простит тебе грех. — Но… — Дин провел большим пальцем по имени. — Если моя судьба — это Сэмми, то как мне жить дальше? — Как обычно, — Кас пожал плечами. — У него же тоже должно быть твое имя, так? Ты узнаешь это в его шестнадцатилетие. — У тебя самого-то что? — скептически спросил Дин. Кас, без лишних слов, отодвинул рукав своей рубашки. Таймер еще стоял на 24:00:00. — Ясно, — хмыкнул Дин. — Иногда я думаю, кто будет моей родственной душой. И потом понимаю, что это не имеет значения. Раз так решено, то так и будет. Удивительно, что такой верующий человек как Кас оказался так спокойно настроен на то, что имя на его руке может быть мужское. Да и вообще. Дин два года не решался заговорить о тату, боясь потерять друга, пока Кас не рассказал сам. За окном темнело. Дин сидел в своей комнате, бросая в стенку мяч и вспоминая тот давний разговор с другом. К слову, спустя полгода Кас встретил того Габриэля, и они живут с того самого времени вместе и, кажется, счастливы. Чего нельзя сказать о Дине. Около полуночи Дин услышал стук в дверь. — Я знаю, ты не спишь, — это был Сэм. — Открой. — Сэм, — устало протянул Дин, — я не настроен разговаривать. Иди спать. — Ты никогда не настроен! — Сэм тяжело вздохнул. — Что происходит, Дин? Сэмми… Если бы он знал… Но он все равно все узнает, когда его имя проявится у него на руке. И это случится сегодня!.. Боже, как он мог забыть!.. Дин отворил дверь. Смысла ждать больше не было. Сэмми родился где-то в половину первого ночи, ждать совсем не долго. Смотреть на брата было трудно, но Дин выдержал и впустил его в комнату. — Я уже не надеялся, — пробормотал Сэм. — Ну и бардак тут у тебя! — Обычно гости ко мне не ходят, — в такой же манере ответил Дин, проходя к кровати. Усевшись, он постучал по месту рядом, приглашая Сэма. — Почему ты впустил меня? — Сегодня твой день рождения… — Серьезно? — Сэм поднял бровь. — Это типа твоего подарка? — Да нет же! — Дин взял Сэма за руку. — Эта хрень проявится у тебя совсем скоро. Я просто хочу быть рядом. — Вау… — Сэм был в растерянности. — Это… мило. Но я не понимаю… — Поймешь. Ждать оказалось совсем утомительно. Минуты тянулись часами, и Сэм попытался допросить Дина о его поведении, но Дин отвечал так уклончиво и однотипно, что Сэм забросил это дело. В назначенное время Сэм почувствовал жжение. Схватившись за руку, он быстро оттянул рукав и озадачено заморгал. — Что… Не говоря ни слова, Дин, придерживая пальцами подбородок Сэма, поднял его взгляд на себя. По выражению лица Сэма Дин понял, что имя проявилось. Сэм ошарашено посмотрел на запястье. Дину не нужно было смотреть, чтобы понять, что там написано. — Как так?.. — Я задавался этим вопросом четыре года, — Дин показал Сэму свое запястье. Сэм подскочил с кровати. — Но… как?! Как так может быть?! Мы же братья! Мы… так… Дин! — Сэмми, — устало вздохнув, Дин посмотрел в окно. — Так заготовлено свыше. Мы не имеем права спорить. — Разве… мы сможем быть вместе? — Сэм неуверенно посмотрел на Дина. Обернувшись, Дин заставил Сэма вздрогнуть — в его взгляде было столько боли. — Я думал над этим четыре года. И… знаешь… может, нам стоит жить своей жизнью? Нигде не прописано, что мы обязаны встречаться со своими соулмейтами. — То есть… прожить всю жизнь с тем, кого мы не любим? — Мы можем их полюбить, — казалось, Дин убеждает самого себя. — Я… — Сэм сел рядом с Дином. — Я не думаю, что хочу этого. То есть… Кого-то другого — Сэмми? — Послушай, Дин, — Сэм вздохнул. — Я боюсь, но… Это ведь наша судьба, так? Мы должны быть вместе. Точно так же как и Кас с Габри. Мы с детства были так близки… Не считая этих лет, мы и так были соулмейтами, да? — Малыш, — Дин прижал брата к себе, поцеловав в макушку. Он хотел сказать что-то еще, но слова просто не шли. — Мне шестнадцать, — укоризненно напомнил Сэм. — Малыш, — усмехнувшись, повторил Дин. Отстранившись, он внимательно посмотрел в глаза брата. — Ты уверен в своем решении? Сэмми, нам будет сложно. — Я готов, — он взял старшего за руку. — Ты будешь рядом, я готов на все. — Не надо таких резких заявлений, — тихо засмеявшись, Дин легонько боднул Сэма, поцеловав его в щеку. — Ты целовался с кем-нибудь раньше? — Ну… было пару раз… — Ясно все с тобой, — усмехнулся Дин, притягивая младшего ближе. Обхватив его за шею, Дин легко коснулся губ, ловя судорожный вздох Сэма. Сэм вцепился в футболку Дина, словно та была последним спасением, и держал ее так крепко, что ткань могла бы порваться. Прикусив нижнюю губу, Дин углубил поцелуй, прижимая Сэма, готового лишиться чувств, ближе к себе. Признаться честно, Дин бы и сам сознания лишился, не будь он старше, и если б не было у него репутации первого парня в городе. Но ведь поцелуй с Сэмом и далеко не шел в сравнение ни с одной из девушек. Это было что-то невозможное. Что-то, от чего Дин и в самом деле был готов лишиться чувств. — Что скажешь? — прошептал, отстранившись, Дин. Сердце глухо билось о грудную клетку, заглушая собственные мысли. — Я не хочу целовать никого больше, — улыбнулся Сэм, потянувшись за новым поцелуем. Дин повалил младшего на кровать, целуя шею, губы, скулы, губы, висок, губы… Рука почти автоматически забралась под свитер, и Дин остановился. — Сэмми?.. — Дин…. — выдохнул Сэм. Дин поцеловал шею младшего, и тут же отскочил от него как ошпаренный, потому что в дверь постучали. — Дин? Сэм с тобой? — М-мам! — выкрикнул Сэм, стараясь, чтобы его голос звучал уверено. — Сэмми? Что ты там делаешь? Почему вы заперлись? — женщина дернула ручку. — Дин! Дин понимал, что у матери есть все причины беспокоиться. Последнее время Дин только и занимался тем, что ходил хмурым, зависал в барах, находил новых подружек, да и с Сэмом не особо ладил. Мэри в самом деле испугалась. Дин открыл дверь, не забыв перед этим более или менее привести себя в порядок. — Мам? — Закрой дверь, Дин, — Мэри оглядела Сэма, сидящего на кровати в комнате. Дин подчинился. Мэри вздохнула. — Дин, скажи мне, что происходит? — О чем ты? — Я боюсь за тебя, и за Сэма, вы… в последнее время между вами все было довольно напряженно, и, Дин… — Мам, — Дин положил женщине руку на плечо. — Все хорошо. Я ничего плохого Сэму не сделаю. Ему приснился кошмар, и он пришел ко мне. — Правда? — Мэри удивленно посмотрела на Дина. — Вы в последнее время не очень ладили, с чего бы Сэм… — Мы помирились. Все хорошо.