Женщина, идущая против течения

16.06.1980

      Невысокая молодая женщина вглядывалась в замызганное оконное стекло старого покосившегося дома. Взору открывалась отвратительная картина серой и грязной улицы, на которой не существовало ни одного целого здания — все они, так или иначе, были повреждены.       Ткацкая фабрика, обеспечивающая горожан рабочими местами, давно закрылась. Люди стали покидать это место в надежде лучшей жизни за его пределами. Здесь остались немногие из горожан, но лишь по причине наживы. Преступность, наркотики и алкоголь стали обычным делом для городка.       Женщина взирала на улицы и заброшенную ткацкую фабрику с высоты второго этажа. Этот город был ей крайне отвратителен. Более всего её раздражало наличие здесь детей. Не то, чтобы она не любила их. Ей не нравилось, что взрослые настолько безответственно относятся к своим обязанностям, ведь дети должны быть счастливы, а не носится по улицам в оборванных одеждах и с чумазыми лицами, когда в каждую секунду их могут ранить или убить. Будущее этой ребятни огорчало её сильнее, чем отсутствие воспитания и чистой одежды. Каждый из них потенциальный убийца, вор, наркоман или что-то ещё, но вряд ли это что-то хорошее.       Это место действительно клоака Британии, но, что поделать, если человек, которого ты любишь сильнее, чем кого-либо в этом мире, родился и вырос здесь.       Громкий хлопок разнёсся по всему дому. Руки женщины немного вздрогнули, но не из-за резко прервавшейся тишины, а из-за разговора, который предстояло ей завести с молодым человеком, уже стоявшим в дверном проёме.       — Трис, — прозвучал его низкий и опасный голос, но женщина слышала нотки мягкости и тепла. — Ты снова влезла ко мне в дом? — заулыбался он, и приблизился к гостье.       — Не подходи! — остановила она. — Я ненадолго.       Тристэн обернулась и змеино-желтые глаза впились в угольно-чёрные. От небывалой холодности и грубости со стороны женщины земля начала уходить из-под ног мужчины, но он не выдал ни одной нотки беспокойства, чтобы не показать свою уязвимость, лишь мягко отступил на пару шагов.       — Что происходит, Трис? — смутился он.       — Ты снова был там? — желваки заиграли на её скулах. Желание выплеснуть все свои эмоции никак не покидало женщину, но казаться истеричкой совершенно не хотелось, хотя мнение окружающих её никогда и не беспокоило. — Снова около дома Поттеров…       — Ты же знаешь, Трис… — неуверенно начал он.       — Ты всё ещё любишь её, да? — перебила она и её лицо стало непроницаемым и одновременно опасным.       — Ты знаешь…       — Да, Северус, — шипела она, — я знаю, знаю, что любишь её. Всегда знала.       Поджав губы, Тристэн отвернулась к окну, надеясь, что нескольких секунд будет достаточно, чтобы уничтожить подступающие слёзы. Северус действительно никогда не видел свою девушку в таком состоянии. Она всегда была жизнерадостной и морально сильной, заставляла его улыбаться и научила радоваться каждой мелочи, каждой секунде. В попытке успокоить даму мужчина положил руку ей на плечо, но Тристэн сбросила её, резко дёрнувшись. Остановить слёзы всё же удалось, и она смогла продолжить разговор.       — С самого начала, — Тристэн взобралась на подоконник и прижалась спиной к мутному окну. Северус опёрся на книжный шкаф и уже понял, что это конец их отношений. — С самого начала я знала, что ты любишь её, знала, на что иду, — хмыкнула Тристэн и скривила губы в ухмылке, — она красивая и добрая, и к тому же обратила на тебя внимание. Дала понять, что ты ей интересен, а потом вильнула хвостом, решив, что есть кто-то привлекательнее, чем ты…       — Это не так! — возразил он. — Я оскорбил её.       — И она не смогла простить тебя? — нервно рассмеялась женщина. — За слово «грязно…»       — Не надо, не говори этого слова… — умоляюще попросил он.       — Пусть, ладно, не буду, — заторопилась она, — пойми, это был всего лишь предлог, чтобы наконец-то избавиться от тебя, а ты никак не можешь в это поверить, Северус.       Повисла тишина, тяжёлая и выжигающая их обоих изнутри. Она не могла представить, что делать ей без него, куда деть себя и свою любовь, а ему действительно нравилось общество Тристэн, но это всего лишь дружба с его стороны, или кривая и однобокая любовь с её. Всё это было неправильно. Поэтому Северус и нарушил молчание.       — Я люблю её.       Такие мягкие и в тоже время грубые слова заставили её спрыгнуть с подоконника.       — Что ж, спасибо за правду. Прошло три года. Мне больше не на что надеяться и нечего ждать, — она посмотрела на него так, будто пытаяся запомнить каждый миллиметр его тела, каждую секунду, а он лишь опустил глаза в пол и старался унять слёзы. — Прощай, Северус Снейп. Желаю, удачи в твоей погоне за юбкой Лили Эванс!       Столб огня покрыл её тело и унёс далеко отсюда. Мужчина больше не смог терпеть, слёзы покатились из глаз, обжигая щёки. Теперь одиночество — единственное незримое существо, сопровождающее его в этой жизни. Сначала Лили обиделась на него, потом мать отказалась, узнав, что сын стал Пожирателем, теперь Трис. Был только один человек, который на тот момент считался другом Северуса Снейпа — Рейнард Мальсибер — штатный палач Тёмного Лорда.