Глава 3
11 июля 2016 г., 10:30
Мегуми был раздражен, хотя не до конца понимал, в чем причина его недовольства. Но факт оставался фактом, уже два дня он был не в духе. Срывался на слугах, своих и Арона, особенно отыгрался на любовнице, стремясь утолить свой непонятный голод. Но как бы он не ласкал Лиру, ему чего-то не хватало. В итоге измученная страстью господина девушка не смогла утром встать с постели и, скорее всего, даже сейчас отдыхала в его комнате.
Сидя сейчас на скамейке в саду, Мегуми писал письмо домой. Он знал, что его послание проверят, прежде чем отправить, потому сообщал, что с ним все хорошо, кормят и не обижают. В очередной раз поставив кляксу на бумаге, юноша с рыком смял лист и отшвырнул вместе с книгой, которую под него подложил. В пылу кратковременной вспышки гнева не обратил внимания на перо, которое выпустил из рук, и оно спустя миг вонзилось в ногу.
Зарычав уже от боли, Мегуми выдернул перо из бедра и, подтянув подол платья, оголил светлую кожу. Ранка была небольшая, но капельки крови все равно сорвались в тонкую дорожку.
— Кровью пахнет, — раздался голос его высочества, и спустя секунду он вышел из-за деревьев. Узрев Мегуми, сидящего на скамейке с оголенной практически до паха ногой, тут же забыл, что чувствовал кровь. Столь идеальных ног он еще ни у одной любовницы не видел.
Завороженный открывшимся зрелищем, он не сразу пришел в себя, но запах крови был настойчивым.
— Что случилось? — мотнув головой, спросил он, подойдя к лису, который прижал носовой платок к ранке на ноге, скрыв ее тем самым.
— Перо в ногу вонзилось, — недовольно проворчал Мегуми.
— Сильно поранился? — снова задал вопрос волк и встал на одно колено перед пленником. Отобрав у него платок, осмотрел ранку. — Жить будешь!
— Знаю, — отмахнулся Мегуми. — Но больно все равно.
— Сейчас все пройдет, — растянул губы в улыбке Арон и, подхватив рукой ногу лиса под коленом, приподнял. Сам же наклонился ниже и лизнул ранку. Мегуми вспыхнул, словно маков цвет, почувствовав на своей коже горячий язык волка. Вздрогнув, вжался спиной в скамейку, руками впившись в края сиденья.
Арон же, почувствовав на языке теплую и сладковатую кровь лиса, нервно сглотнул. Кожа его бедра была такой шелковистой и нежной, что убирать руку даже мысли не возникло. Более того, спустя миг, когда кровь Мегуми растворилась на языке, он снова припал губами к его нежной коже, хотя ранка уже зажила и не болела.
Чувствуя, что принц Арон снова целует и лижет его бедро, и постепенно спускается к внутренней стороне, Мегуми сильнее задрожал и одной рукой впился в его серебристые волосы. По телу прошлась жаркая волна, зафиксировавшись в паху легкой болью возбуждения.
— Хватит, — простонал лис, чувствуя, что ласка заходит слишком далеко, еще пара поцелуев волка, и он доберется до паха молодого человека, где уже наливалась желанием плоть.
— Остановись... — Мегуми испугался, видя, что голова мужчины становится все ближе к его чреслам, заволновался из-за своего растущего желания к принцу чужой страны.
— Я сказал нет, — прорычал Мегуми, придя в себя и дернув Арона за волосы.
Боль в голове вмиг отрезвила волка. Поняв, что и, главное, с кем делает, мужчина отскочил от юноши, уставившись на него потрясенным взглядом.
Мегуми тяжело дышал, красные от смущения щеки горели. Но как только мест, где все еще чувствовалось тепло Арона, коснулась прохлада, молодой лис поспешил поправить одежду.
— Это не смешно, — прорычал Мегуми. — Зачем издеваться надо мной?!
— Я этого не хотел, — зло глянув на юношу, прорычал Арон. Вскочив на ноги, покинул сад.
Мегуми же выдохнул с облегчением, однако дрожь в теле все еще чувствовалась. Совершенно не понимая того, что произошло и своих ощущений, лис накрыл лицо рукой, стыдясь себя.
***
С того дня прошло больше недели, волк и лис не встречались. Мегуми прекратил посещать сад, хотя понимал, что неосознанная заинтересованность Арона — это именно то, чего хотел Лиопо. Но близости между сыном и принцем соседнего государства хотел именно король, а не его младший сын. Так почему же подсознательно Мегуми не был против?! Время потекло медленно и размеренно. Молодой человек посещал только библиотеку и малую столовую. Почти ни с кем из волков не контактировал, закрывшись в себе, не подпуская никого ближе, чем на расстояние вытянутой руки. Осознание того, что Арон также избегает встреч с ним, приносило облегчение. Смотреть в карие глаза не было ни сил, ни желания. Однако уже к концу второй недели Мегуми осознал, что ему не хватает Арона, и он хочет его увидеть, поговорить и даже услышать его издевательский смех. Потому юноша даже обрадовался, когда получил приглашение на ужин с его высочеством Ароном. Впервые молодой лис так нетерпеливо дожидался вечера, встречи с кем-то. И видя подобный настрой своего господина, служанка Лира испытывала беспокойство. Непривычно было поведение молодого принца. Девушка понимала, чем это могло быть вызвано. В сад ни ее, ни других слуг не пускали, но туда свободно мог входить советник Роржи. Это было странно, словно принц и его свита пытались что-то скрыть, но почему же тогда его высочество Мегуми впускали в тот злосчастный сад? Лира волновалась за господина, или чувствовала угрозу своему положению его любовницы, или же она просто ревновала принца? Закончив приготовления, Мегуми окинул взглядом свое отражение. Длинное синее платье с треугольным вырезом, несколько браслетов и колец, волосы, оплетенные черной лентой, мягкой волной лежали на плече и спускались кончиками по груди. Горящие в предвкушении, которое молодой человек пытался скрыть, желтые глаза. Убедившись, что все в полном порядке, Мегуми покинул комнату. В коридоре его снова встретил Роржи, поклонившись, сопроводил к малой столовой. Значит, снова ужин вдвоем. Лира тенью прошла в комнату за хозяином, не посмев даже поднять глаз на принца Арона. Волк при появлении лиса испытал приятную дрожь в груди, сердце словно только и ждало, как увидеть рыжеволосого. Поднявшись из-за стола, Арон кивнул Мегуми, с усилием натянув на лицо улыбку. Умом он понимал, что Мегуми не женщина, понимал, но все равно хотел его. И в этом он винил самого юношу. Его вина, по мнению Арона, заключалась именно в том, что внешне он очень сильно был похож на девушку, пока не разденешь догола и не обнаружится обратное. — Доброго вечера, ваше высочество, — приветливо проговорил Мегуми, впрочем, на лице его волнение не отражалось никак. Долгие годы он скрывал свои чувства и эмоции, все же нелегко было из-за внешности оказываться в сложных ситуациях и выходить из них с достоинством. — Доброго, — кивнул Арон и снова сел за стол, уставившись на лиса. Прекрасен, как и в первую их встречу, узнать бы, каким будет его лицо в момент страсти, какие на ощупь его волосы, каковы на вкус черные губы... Эти мысли пронеслись в голове волка со скоростью света. С тех пор как пленник прибыл, Арон заметил, что лишь когда его нет рядом, он мог сосредоточиться на чем-то. Но стоило только Мегуми появиться в поле зрения волка, как все мысли мужчины сводились к одному — овладеть пленным принцем. — Давно не виделись. Тебе нравится в замке? — спросил Арон, когда молчание затянулось. Как и прежде, они совершенно не знали, о чем им говорить. Общие темы если и имелись, найти их ранее не было возможности. — Все хорошо, — отозвался Мегуми, чувствуя растущее напряжение. Неужели они и раньше так же общались?! — Отлично, — кивнул Арон и отвел взгляд, приступив к ужину. Мегуми пару мгновений наблюдал за волком, но после все же последовал его примеру и уткнулся взглядом в свою тарелку. Есть желание отпало. И вообще, настроение испортилось. Будто бы встреча не оправдала его ожиданий. Но, собственно, чего именно он хотел? Чувства были смешанными, потому определить их не было возможности. По крайней мере, не сейчас. В полном молчании принцы поужинали, а после не спешили расстаться. Впрочем, они и не смотрели друг на друга, делая вид, что они вовсе не рядом друг с другом. Арон пил вино из кубка, Мегуми, пригубив сладкий напиток, вернул кубок на стол и, сложив руки на коленях, просто ждал. — Пройдемся? — предложил Арон, понимая, что еще пара минут и лис попросту уйдет к себе. — Пожалуй, — кивнул Мегуми и поднялся. Не глядя на волка, подошел к окну и выглянул во двор. Было неловко, особенно от понимания, что двое слуг стоят тенями у стен. Пусть они и не привлекали внимания, все же находились рядом и тоже, скорее всего, пребывали в недоумении от поведения принцев. Арон, осушив кубок до дна, поднялся из-за стола и подошел к Мегуми. Выглянув в окно, отметил, что скоро разразится гроза, тучи уже достаточно низко висели над горами, молнии пока редко, но пронзали их. — Я сожалею о том, что тогда произошло, — все же посмотрев на лиса, проговорил Арон. Лира, слыша его извинение, напряглась. Что и когда произошло с ее принцем? — Не думаю, что стоит вспоминать тот случай, — спокойно отозвался Мегуми, тоже посмотрев в глаза волка. — Но я принимаю ваши извинения. — Спасибо! — усмехнулся Арон, скрывая таким образом облегчение. Ему действительно стало легче, зная, что Мегуми больше не злится на него. Снова наступило молчание. Юноша вновь устремил взор за окно. Но Арон продолжил разглядывать молодого человека. Он медленно изучал его полуприкрытые глаза в обрамлении густых и длинных черных ресниц и тени от них на щеках. Заметил бледные веснушки на носу и щеках молодого лиса. Но взгляд дольше задержался лишь на мягких черных губах, совсем чуть-чуть приоткрытых. И снова в голове Арона осталось лишь одно желание — узнать вкус этих губ. Понимание того, что перед ним мужчина, вновь стерлось. Впрочем, волк и как женщину юношу не воспринимал в данный момент, скорее как нечто среднее, бесполое. Протянув руку, Арон коснулся пальцами щеки лиса, отчего тот вздрогнул, не ожидая его прикосновения. — Что-то не так? — спросил Мегуми, и в следующую секунду сделал шаг назад, так как Арон подошел к нему ближе. Вот только отступать лису некуда было, за спиной оказался стол для напитков. Встав почти вплотную к принцу лисиц, Арон скользнул рукой с его щеки по шее, а когда пальцы коснулись воротника платья, снова повел руку вверх, только не к щеке, а к затылку юноши, зарываясь пальцами в густых и прохладных волосах. — Что вы собираетесь делать? — чувствуя, как все его существо охватывает то ли паника, то ли предвкушение, спросил Мегуми, остро ощущая, как вторая рука мужчины ложится на его талию и плотнее притягивает к мощной груди. Мегуми тут же уперся руками в плечи волка, но силы оказались не равны, и Арон быстро сломил сопротивление. — Нет, — выдохнул лис, прежде чем губы Арона смяли его губы. Глаза Мегуми широко распахнулись от потрясения, зрачки сузились до тонкой полоски, стоило только почувствовать, как горячий язык оборотня проникает в его рот и касается языка. Впервые Мегуми целовали так властно и в то же время нежно. Никогда прежде он не испытывал подобного блаженства от одного лишь поцелуя. Сердце с силой забилось, стало невероятно жарко, взгляд наполнился истомой, веки потяжелели, наполовину скрывая за собой желтые, мутные от наслаждения глаза. Чтобы хоть как-то сдержать рвущийся из груди стон, Мегуми сжал пальцами одежду на предплечьях мужчины. Натиск Арона становился лишь сильнее, целовать стало уже недостаточно. Потому он, оторвавшись от рта лиса, начал покрывать поцелуями его щеку, постепенно опускаясь ниже, к шее. Одной ногой мужчина скользнул между ног лиса, но платье помешало усадить его на собственное бедро. — Остановись, — простонал Мегуми, чувствуя, что еще немного, и он совсем растворится в ласках Арона. На глазах у слуг. Млея от поцелуев оборотня-волка, Мегуми посмотрел в светло-желтые глаза Лиры. Ненависть, непонимание и презрение плескались в них. — Нет, хватит! — придя в себя, прорычал Мегуми, и попытался оттолкнуть принца. — Я мужчина, ты помнишь? — воскликнул он, чувствуя, как Арон становится лишь настойчивее. На последних словах лиса, Арон резко выпрямился и окинул его взглядом. Лис уже было обрадовался — пришел волк в себя. Но ошибся. — Но я все равно хочу тебя, — оскалился Арон и, снова схватив Мегуми, развернул к себе спиной. Свободной рукой волк столкнул со стола несколько кувшинов, которые со звоном разбились, упав на пол. Но Арон не обратил на это внимания. Уложив Мегуми грудью на стол, волк одной рукой зарылся в его рыжих волосах и прижал голову к столешнице. — Стой, не делай этого! — прокричал Мегуми, не на шутку испугавшись. От пережитого минуту назад желания не осталось и следа. Волк пугал его своими быстрыми и уверенными движениями, которые уже сейчас причиняли боль. Арон не слушал, что ему говорил Мегуми, он просто хотел его. Потому задрав его платье до талии, навалился сверху, плотнее прижав к столу. — Это место у всех одинаковое, — скользнув пальцами между ягодиц лиса, прошептал Арон на его ухо. — Я пробовал это с девушками, потому не думаю, что есть разница. На миг его рука исчезла, и Мегуми даже успел выдохнуть с облегчением, но снова допустил ошибку в своих расчетах. Потому что через пару мгновений рука волка вернулась к ягодицам молодого человека, пальцы оказались влажными и... жадными. — Хвати... ох... — Мегуми хотел попросить о том, чтобы он его отпустил, но не успел. Палец мужчины уже проник в него, причиняя боль. — Нет. Отпусти! — Тебе понравится! Я удовлетворю себя, и все станет как прежде, — прошептал Арон, едва сдерживаясь, чтобы не овладеть лисом сейчас же. Но он, сдерживая себя из последних сил, как можно аккуратнее вставил второй палец в анус молодого человека, сорвав с его черных губ болезненный стон. — Больно. Отпусти... — всхлипнул Мегуми, чувствуя, что глаза застилают слезы, а истерика охватывает все больше. Однажды его уже пытались изнасиловать, но тогда мужчина не заходил так далеко, не успел. Поэтому сейчас Мегуми было очень страшно. И помочь было некому. Лира, видя, что творит принц Арон, дернулась было на помощь своему господину, но ее остановил местный слуга, молча отрицательно мотнув головой и до боли впившись рукой в ее запястье. Она понимала, что нужно помочь своему принцу, но что она могла сделать в месте, где правил другой оборотень? Потому, не желая видеть, как насилуют ее господина, девушка отвернулась и, сев, зажала уши руками, только бы не слышать ничего. — Больно, — снова простонал приглушенно Мегуми, когда Арон вставил в него третий палец. Движение его руки стали быстрее и жестче, ведь сдерживаться сил уже почти не осталось. Однако обычно Арон доставлял своим любовницам удовольствие, и потому привык целовать и ласкать их мягкие нежные тела. И именно за этим он наклонился ниже, желая поцеловать Мегуми. Губы скользнули по его щеке... которая оказалась мокрой и соленой. За окном прошелся сильный раскат грома, сверкнула молния, на миг осветив лежащего на столе юношу с зажмуренными глазами, по щекам которого текли слезы. Это отрезвило Арона. Он буквально отскочил от принца. Почувствовав свободу, Мегуми сполз на пол и попытался прикрыться. Услышав шум, Лира оглянулась и, видя, что волк отпустил господина, подбежала к нему, обняв. Мегуми сильно трясло, по щекам продолжали катиться слезы, глаза от потрясения были широко распахнуты. — Господин, пойдемте в комнату. Вам необходимо согреться. Мегуми поднялся на дрожащие ноги с помощью служанки и, не глядя ни на кого, покинул малую столовую. Арон же, не веря, что уже второй раз напал на парня, закрыл лицо руками, чтобы через секунду отвести их. Наткнувшись взглядом на перепуганного слугу, гаркнул: — Никому ни слова! Понял? Мальчишка, испугавшись еще больше, усердно закивал головой.
