Приёмыши

За окном мелькали красивые домики, расположившиеся посреди бескрайних лугов. Погода сегодня разгулялась, и солнце слепило глаза, поэтому пришлось опустить солнцезащитный козырек машины. Ветер врывался в окно, развевая и спутывая мои волосы. Мне было хорошо. Решение уехать 5 дней назад было правильным. Эти пять дней были наполнены спокойствием и счастливыми семейными моментами. Донкастер принял меня с теплотой, как и всегда. А родители последовали моему примеру и взяли отгулы на это время, чтобы провести как можно больше времени вместе. Жаль, что со Сью мне удалось увидеться лишь раз. Но экзамены в университете сейчас куда важнее, чем мое желание сбежать от трудностей. Я возвращалась в Лондон на 2 дня раньше, никому не сказав. На соседнем сидении лежали коробка пончиков и капучино в специальной кружке, а в багажнике стояла огромная сумка с новыми вещами и парой дизайнерский штучек. Шопинг всегда помогал мне расслабиться. В мыслях промелькнуло воспоминание, где мама с папой помогали мне выбрать книжную полку в спальню. Улыбка не сходила с лица, потому что я прямо сейчас отчетливо слышала их спор о том, нужна ли небольшая и красивая или же огромная, но практичная. После я мысленно перенеслась в наш с сестрой вечер. Мы сидели в моей старой комнате и болтали обо всем на свете. Она выглядела такой уставшей… Я решила порадовать ее и немного привести в порядок, поэтому она получила мой фирменный массаж с лавандовым маслом, педикюр, маникюр и новую стрижку. А после всех процедур мы по старинке выбрались на лужайку перед домом, укутались в пледы и смотрели на звездное небо. Громкий сигнал машины по встречной вернул меня из воспоминаний. Не хватало еще убиться после такого замечательного отдыха. Мне на самом деле нужно было уединиться подальше от всех в Лондоне, подальше от Гарри… Пусть он и уехал, но уж слишком часто я случайно сталкиваюсь с кем-то знакомым. Я выбрала Донкастер, немного опасаясь встретиться с Томасом, но Хоран убедил меня, что там безопасно. В первую очередь я хорошенько обдумала ситуацию с анонимом и сейфом с информацией в доме Гарри. Во-первых, я до сих пор не могла быть уверена в том, что аноним на моей стороне. Он знает о том, что я приемная, он вламывался в мой дом. Пусть он с угрозы перешел на помощь, я не могла ему доверять, тем более его почерк так встревожил парней. Может, это игры Томаса? Вряд ли. Велари рассказала, что Найл хорошенько избил его и сдал каким-то людям. Во-вторых, у меня по-прежнему нет пароля от сейфа, я даже не уверена, что он существует. Также у меня нет свободного доступа к нему, и сомневаюсь, что выпадет такая возможность. И с каждым днем решение выяснить ответы таким образом казалось все более диким. После всех этих мысленных разборок я решила сказать обо всем парням, ведь им я доверяю куда больше, чем незнакомцу. Вечер в клубе был для меня размытым пятном, но слов Гарри и Вел хватило, чтобы представить весь ужас. Адриан… Я просто не знала, что и думать о нем. Меня по-прежнему волновало, что с ним стало. И только отвращение к нему помогало не думать об его убийстве из-за меня. Кем бы ни были Хоран и Стайлс, они явно способны на многое. Гарри… Я не раз возвращалась к мыслям об этом кудрявом парне с секретами. Да, сначала он показался мне кем-то опасным, потом скрытным, безумно сексуальным и милым. Но если первый поцелуй я могла оправдать правилами игры, то второй… Я не знаю. Мне захотелось проверить, буду ли я ощущать все так же, буду ли вообще что-то чувствовать. И я почувствовала… Не знаю, были ли это игры алкоголя и наркотиков, но мне безумно захотелось не отпускать его, а продолжить изучать каждую деталь его лица, тела… И это желание теперь сильно пугало, а мысль о Розали так и вообще заставляла сильно жалеть о своем поступке. Я никак не могла поступать так как с ним, так и с ней. Поэтому я взяла с себя клятву держать свои гормоны при себе и извиниться перед ним за тот вечер.

***

Лондон встретил меня собирающимся дождем и пронизывающим ветром. Удивительно, насколько различна может быть погода в местах в 4 часах езды друг от друга. Кое-как дотащив до дома сумки, при этом пару раз уронив разобранную книжную полку, я приняла легкий душ. Заметив, что миска у Хлои полная, что значит, Вел уже приходила сегодня ее кормить, я успокоилась. Не хотелось раньше времени возвращаться в свой мир. Первое время меня грызла совесть, что я оставила подругу одну здесь, но она каждый день убеждала меня по телефону, что все тихо и спокойно. Хлоя громко мяукала, привлекая внимание к себе. Я взяла ее на руки и села на диван. — Что, моя хорошая, сильно скучала по маме? — в ответ я получила довольное мурчание. Я включила прослушивание сообщений на автоответчике, надеясь, что не пропустила чего-то важного. Сегодня пятница, поэтому вряд ли кто-то звонил.

Сообщения от 9 мая. Милая, во сколько ты выезжаешь? Мы с папой будем заказывать пиццу к твоему приезду.

Я улыбнулась, услышав голос мамы. Они и правда заказали пиццу, только она пришла гораздо раньше, потому что я задержалась, и мы ели разогретую.

Сообщения от 11 мая. Просто порадую тебя сообщением, Ри. Уверена, ты сейчас сидишь и улыбаешься. А я недавно пришла от тебя, Хлоя расцарапала мне руки, разыгравшись. В общем, люблю тебя.

Мне невероятно повезло с Велари… Она каждый раз находит способ подарить мне тепло, и надеюсь, я могу сделать то же для нее.

Сообщения от 12 мая. Эрика! Крхрг *звуки ударов* Нет!

Я прослушала это сообщение дважды, но так и не поняла, чей это был голос. И звуки, и тон голоса сильно меня встревожили. Но ничего нельзя было сделать. Чтобы хоть как-то избавить от напряжения, я решила прогуляться. Тучи рассеялись, поэтому я взяла с собой фотоаппарат и направилась в Jubilee Gardens, надеясь запечатлеть счастливые эмоции других людей.

***

Звук затвора, и на экране высветились счастливые лица влюбленной пары, которая не замечала никого вокруг. Золотистые кудри девушки запутались из-за ветра, и ее парень сначала смеялся над тем, как она пыталась из распутать, а потом легко взял ее руки в свои и пытался помочь. На самом деле, он не помог, конечно, нисколько, а еще больше запутал, но эти дурашества только развеселили девушку. Я не могла не улыбнуться. Звук затвора, и ты можешь увидеть уличного певца с гитарой, исполняющего душевную песню, и танцующих ребятишек вокруг него. Довольные родители наблюдают за детьми и наслаждаются приятной мелодией. Мужчина действительно хорошо поет, поэтому я, как и все в кругу, подбросила ему пару долларов в шляпу, на что он благодарно кивнул головой. Звук затвора, и London Eye светится на фоне вечернего неба, создавая удивительную атмосферу. Пусть у меня никогда не находилось смелости, чтобы подняться на него, но вид снизу тоже был потрясающий. Множество туристов прогуливаются вокруг, нарушая вечернюю тишину восторженными разговорами. Я встретила американцев, канадцев, японцев, и все они попали в объектив моего фотоаппарата, не зная об этом. Я определенно пришла в себя, занимаясь любимым делом. Прохладный воздух убрал ненужные мысли из головы, переживание эмоций других людей сместило мои собственные на задний план. Я подняла объектив, чтобы сделать еще одну фотографию пожилого мужчины, грустно бредущего со своей старой собакой, но наткнулась на взгляд уже хорошо знакомых зеленых глаз. — Ты сильно напугал меня, — сказала я, пытаясь выровнять ритм сердца. — Что ты здесь делаешь? — Прости, — он виновато переступил с ноги на ногу. — Я возвращаюсь домой. — Правда? Но ведь тебе абсолютно в другую сторону? — Эм… да, ты права. Я просто гуляю. А ты? Напряжение можно было ножом резать. Мне было жутко неудобно перед ним из-за поцелуя, и ему, наверное, тоже. Кудряшки немного отросли и уже лезли на лицо, отчего он постоянно убирал их. Но сейчас это выглядело так, будто бы он сильно нервничал. — Я тоже вышла прогуляться. Кто-то… кхм, — я не была уверена, стоит ли говорить. — Оставил странное сообщение мне на автоответчик. Вот, избавляюсь от напряжения. — Тогда я вряд ли хорошая компания, да? — он иронично усмехнулся. — Наверное… Я хотела извиниться перед тобой за тот поцелуй, — я увидела удивление в его глазах. — Да, я все помню. Точнее, только ночь, — становилось ужасно стыдно. — В общем, прости меня за это, я была на в себе. — Ничего, я понимаю. Не хочу, чтобы между нами возникала неловкость. Именно она сейчас и появилась. Чувствую себя неопытным подростком. — И твоя мачеха была очень добра ко мне, — я заметила, как черты его лица распрямились. Он явно был рад услышать о ней. — Спасибо за все, что вы сделали, за то, что сделал ты. Не знаю, что бы делала без вас. — Я бы очень хотел, чтобы на этом неприятности закончились, Эрика, правда. Уверен, ты тоже, — я согласно кивнула. — Я слышал, ты уезжала к родным. Мы медленно шли по парку. Стало немного легче разговаривать, когда я озвучила свои мысли. — Да, я взяла отгулы на неделю, Найл сказал, что в Донкастере безопасно, поэтому я провела все это время в кругу семьи. Нужно было многое обдумать… — я решила пока оставить эту тему. — Ну вот теперь я вернулась, правда, об этом пока никто не знает, кроме тебя. Не выдашь меня? — я весело подмигнула ему, на что он торжественно поклялся не выдавать мое местоположение. — Как полет в LA? — Хмм, — он немного нахмурился. — Я расскажу тебе позже, если ты не против. Я неуверенно кивнула на такой странный ответ. — Давно не видела Розали. Как у нее дела? — не знаю, зачем спросила об этом. Кажется, я только испортила наладившийся разговор. — Она уехала отдыхать пару дней назад, — фухх, пронесло. — С другим парнем. — Ох, извини… — я не услышала в его голосе печали, но все равно чувствовала себя ужасно. — Да нет, все нормально. Я знал, что так и будет, — он ободряюще улыбнулся. — Давай вернемся к более приятным темам, ты не против? — С радостью, — на самом деле, с ним приятно разговаривать. Просто так, ни о чем. Особенно, если не давят секреты. Я заметила семейную пару, чья малышка играла на траве с собакой, и поспешила это сфотографировать. Просмотрев снимок, я довольно улыбнулась. Все это время Гарри наблюдал за мной. — Это и есть те самые «живые моменты», о которых ты говорила? — он и правда был заинтересован. Поэтому я кивнула и решила, что лучше показать, чем рассказывать. — Давай присядем? Я покажу тебе. Мы нашли незанятую скамью и устроились на ней. Я пролистала сегодняшние фотографии до самого начала и вручила фотоаппарат Гарри. Там было около 20 фотографий, которые он рассматривал очень внимательно. А я наблюдала за его реакцией. Вот он улыбнулся той влюбленной паре, усмехнулся уличному певцу. Просмотрев все фото, он вернул мне фотоаппарат и явно думал, что сказать. — Это на самом деле удивительно. Вроде бы, такие изображения легко найти, но только так почувствуешь настоящие эмоции, — он говорил вдохновенно. — Ты когда-нибудь снимала с высоты London Eye? Там невероятно красиво вечером. — Я… эм, никогда не была на нем, — наверное, я кажусь очень странной ему. Все мои знакомые, живущие в Лондоне, обязательно были на нем хотя бы раз. — Боязнь высоты не дает. — Тогда я знаю, что мы сейчас сделаем. Поднимайся, надо успеть занять очередь, — он протянул мне руку, я взяла ее и недоуменно на него уставилась. — Мы сделаем фотографию вечернего Лондона с самой вершины, — ему явно нравилась эта идея. Меня же сразу замутило. — Нет! Нет, нет, нет. Там больше 100 метров высоты, я не могу. Как только я себе это представила, сразу закружилась голова. Нет, ни за что. — Мы будем в герметичной, безопасной кабине с кучей людей. Я буду рядом, хорошо? Я обещаю, оно того стоит! — Боже мой… Ты зовешь меня на смерть, — я нервно выдохнула. — Все будет в порядке. Идем? — он крепче сжал мою ладонь и показал в сторону колеса. Я только лишь кивнула, заранее готовясь к обмороку и панической атаке. Только представление вида с высоты 45-этажного здания и ощущение крепкой руки Гарри заставляли меня делать шаги в нужную сторону. Мы простояли в очереди около часа. Все это время Гарри пытался помочь мне расслабиться, и благодаря его смешным кривляниям, рассказам о пьяных неудачах Найла и своих собственных, бесконечным восхищениям рисунками Лакс я смогла спокойно зайти в кабину и устроиться ближе к противоположной стороне. Впереди нас ждало 45 минут того, что я боялась даже представить. Кабина была полная, все восторженно ожидали подъема. Как только мы поднялись примерно на 1/3 всей высоты, я отшатнулась от стекла и случайно толкнула туриста позади себя. Извинившись, я отошла еще дальше. Мне начало казаться, что кабину шатает из стороны в сторону, громкие голоса людей звучали на фоне скрежета металла. Сердце ускорилось в несколько раз, и я уже замечала приступы паники. Как и Гарри, который подошел ко мне и взял за руку. — Эрика, посмотри на меня, — сказал он и приподнял мое лицо за подбородок. — Ты здесь в полной безопасности, все хорошо. — Я… я… она скрипит, она может упасть! — я старалась не сорваться на крик, чтобы не пугать других пассажиров, но у меня это плохо получалось. Кто-то обернулся и нервно вздохнул. — Нет, все в полном порядке. Ничего не скрипит, мы плавно поднимаемся и так же плавно опустимся. Я здесь с тобой, все хорошо, слышишь? — Гарри говорил ободряюще, и я всеми силами желала перенять его уверенность. — Простой вдох и выдох, никакой паники, только красивый вид. Я усмехнулась этой фразе и кивнула. На какое-то время страх отступил, и я смогла спокойно выдохнуть и вернуться на свое место. За стеклом и правда открывался великолепный обзор на Лондон. Стараясь не смотреть вниз, я рассматривала Big Ben и Мост Хангерфорд. Но случайно бросила взгляд вниз на Темзу, и страх вернулся. Гарри подхватил меня, когда я случайно запнулась об себя, пытаясь отойти. — Ладно, давай пока присядем. Слава Богам, здесь есть сидения. Мы устроились на одном из них. Я смогла привести дыхание в порядок и ободряюще улыбнулась Гарри. — Я оставил там телефон, подождешь минутку? — Да, конечно. Он отошел, а я незаметно достала фотоаппарат. Как только он подошел к месту, где мы стояли, и стал осматриваться в поисках телефона, я сделала пару снимков. Но на последнем его взгляд уже был направлен в камеру, и я почувствовала себя нашкодившим ребенком. — Покажешь? — спросил он, вернувшись с телефоном. — Уж очень интересно. — Прости, не удержалась, — я застенчиво улыбнулась. — Вот, смотри. На экране высветилась его фигура на фоне смеркающегося неба. Лицо выглядело немного напряженным, кудри свесились с одной стороны. — Знаешь, эти фотографии вряд ли подойдут для коллекции счастливых «живых моментов», — сказал он как-то расстроенно. — На самом деле, сегодня один из немногих счастливых дней за последние несколько недель. Я рада, что мы так встретились, Гарри, — я улыбнулась в доказательство своих слов. Но он не выглядел радостным, как несколько минут назад. — Что случилось? — Мы не совсем случайно встретились, Эрика… Я искал тебя. — Что? Зачем? — Помнишь, я сказал, что расскажу после о поездке в LA? — я с нетерпением кивнула. — Я летал туда не просто так, я узнавал информацию о твоей семье. Все, что он сказал, казалось каким-то абсурдом. Но мне не хотелось привлекать к нам внимание, поэтому я сидела молча, ожидания объяснений. — Мне на самом деле не хотелось вовлекать тебя во все это, но по-другому не получится. Я не хочу, чтобы ты была в неведении, если что-то случится, — с каждым словом мне становилось дурно. — Помнишь, ты говорила о том, что Томас назвал тебя не совсем невинной? Я с трудом могла вспомнить что-то такое. Но Гарри наконец начал рассказывать, я не могла его остановить из-за этого, поэтому просто кивнула. — Так вот, я прицепился к этим словам, потому что в них тогда виделось больше смысла для поступка Томаса. Я начал поиски информации, узнал все о твоих приемных, как оказалось, родителях, о твоей сводной сестре, об Адриане, о Велари. Ты давала мне гораздо больше информации, чем остальные источники, поэтому я стал прислушиваться к деталям. Прости, если это звучит дико, но это было очень важно, — я напряженно кивнула, призывая его продолжить. — Как только я узнал, что ты приёмыш, я стал искать информацию о твоих настоящих родителях. Он хотел продолжить, но я помотала головой. — Нет, не говори мне о них. Я не хочу ничего знать о тех, кто бросил меня. Это действительно было так. За все сознательные года своей жизни я спрашивала о них только один раз. Тогда мне было 6 лет, я только полгода жила с моими приемными родителями. Не помню, почему, но больше с того раза мне не захотелось даже слышать о них. — Прости, Эри… Я не стал бы говорить о них, если бы это не было жизненно важно. Я понимаю, что ты чувствуешь. Я тоже приёмыш, — он остановился, всматриваясь в мои глаза. — Позволишь продолжить? — он выжидающе смотрел на меня. Я с сожалением кивнула. — Они не бросали тебя, Эрика. Они пытались тебя убить. Я замерла. Я не помнила ничего из той жизни, все было как в тумане. Неужели?.. Не может быть. — И до недавнего времени они думали, что тебя нет в живых. Но 18 лет назад тебя спас друг семьи. Он же и позаботился о том, чтобы ты ничего не помнила и была спрятана, потому что убить тебя хотели именно из-за твоих знаний. — Но я же была 5летным ребенком! — на меня обернулись несколько человек, но мне было наплевать. — Как они могли так со мной поступить? Что я такого знала? Кто этот человек? Кто ты такой?.. — Это слишком сложно и опасно для тебя, Эрика. Я вернулся оттуда и хотел найти тебя, но ты уехала. Я оставил человека следить за твоей квартирой, он же и сказал мне, что ты вернулась раньше. Ты должна знать, что за тобой ведется охота. Я не могу рассказать тебе всего сейчас, но обещаю, что ты будешь в безопасности. Мы с Найлом обладаем определенной властью, благодаря которой к тебе и близко не подойдут. Мы разберемся со всем, и когда минует опасность, я расскажу тебе все, как есть. У меня кружилась голова от всей полученной информации. Не знаю, сколько времени я просидела, тупо уставившись в одну точку, но думаю, что достаточно долго, раз Гарри забеспокоился. — Эрика?.. — Я… не знаю, что сказать, Гарри. У меня в голове все не укладывается. — Я понимаю. Мне правда очень жаль, что я вывалил на тебя все это сейчас. Но я также не мог оставить тебя в неведении. Я слишком волнуюсь за тебя… — Волнуешься? Но почему? — я была удивлена. — Хотя да, Томас, аноним, Адриан… Неприятности так и липнут ко мне, есть, из-за чего волноваться, — я устало усмехнулась. — Я волнуюсь, потому что ты стала дорога мне, Эрика. И я не хочу тебя потерять. — Охх… В этот момент открылись двери кабины, и люди поспешно начали выходить. Мы последовали их примеру в полной тишине. Я была абсолютно растеряна из-за его признания и не знала, что сказать. Быть может, он пожалел о сказанном, и поэтому молчал всю дорогу, провожая меня до дома. — Мне страшно, Гарри. Я озвучила свои ощущения. От одного слова «охота» тело сковывал страх. А то, что устроили ее мои настоящие родители, вообще было необъяснимо. Зачем сейчас? Откуда они узнали, что я жива? Кто они? — Я не знаю, кому могу доверять, чего ожидать от следующего дня, кто может легко оказаться убийцей… Я не знаю, что происходит, не знаю, кто мои родители, что я сделала, кто вы и кто я. — Хэй… — Гарри остановил меня и развернул к себе лицом. Я тряслась то ли от страха, то ли от холода. — Ты можешь доверять мне, слышишь? Ты ни в чем не виновата, и никто тебя и пальцем не тронет, я клянусь тебе. Ты веришь мне? Я всматривалась в его изумрудные глаза и пыталась найти какой-то подвох. Все это казалось таким нереальным… Он выглядел уверенно, и я могла почувствовать себя защищенной рядом с ним. — Да, я верю тебе, Гарри. — Вот и хорошо. Пойдем, а то ты совсем замерзнешь. Он проводил меня до квартиры и отказался от того, чтобы зайти на чай. Наверное, это к лучшему. Слишком много сейчас необходимо было обдумать. Мы стояли у двери и молчали. Я не хотела оставаться одна, но в то же время нуждалась в этом. Гарри первый нарушил тишину. — Думаю, нам пора прощаться. Пусть этот вечер закончился не так, как ты этого хотела, но я хочу поблагодарить тебя за те чудесные минуты в парке и на колесе. Мне правда нравится проводить с тобой время, Эрика. Я рад был увидеть, как появляются «живые моменты» своими глазами, — он так мило улыбнулся, показав свои ямочки, что я невольно смутилась. — Я доверяю тебе, и поэтому все плохое, что открылось сегодня, будет в твоих руках, — он согласно кивнул. — Но ты прав, вечер и правда был удивительным. Спасибо, что уговорил меня подняться на London Eye, это действительно того стоило. Жаль только мы не увидели ничего с самой вершины. Время пролетело слишком быстро. — Да, слишком быстро… Мы замолчали на несколько секунд. Я любовалась его внешностью, нарушая все данные себе обещания. — До встречи, Гарри. Доброй тебе ночи. — До встречи, Эрика, — я неловко кивнула и отвернулась искать ключи от квартиры, слыша, как он удаляется к лифту. А вот и вы. Я выудила ключи из сумки и вставила в замочную скважину. Но прежде чем я зашла, я услышала приближающиеся шаги и обернулась. Гарри в несколько шагов преодолел расстояние обратно и оказался буквально в нескольких сантиметрах от меня. — Я не буду за это извиняться, — сказал он на придыхании, и, положив одну руку мне на талию, а другую на волосы, прильнул к моим губам. От неожиданности и напора мои губы распахнулись, чем он сразу же воспользовался. Спустя секунду я пришла в себя и ответила на поцелуй. Гарри был гораздо чувственнее, чем в прошлый раз, он не собирался останавливаться. Моя рука обвила его шею, а он прижал меня к себе еще крепче. Я исследовала каждую частичку его губ, наслаждаясь их умелыми движениями. Дыхания уже не хватало, а от того, как он прикусил мою губу, его совсем не осталось. Мне пришлось оторваться от него, чтобы вдохнуть. Его грудь тоже часто вздымалась, а рука гладила меня по волосам. — Я определенно не стану за это извиняться, — сказал он сбивчивым шепотом и довольно улыбнулся. Я смотрела в эти озорливые глаза, и было совсем не важно, что все это странно. Сейчас мне кажется правильным вновь приблизиться к нему и оставить еще один легкий поцелуй на его губах. Именно это я и сделала. — Если ты не перестанешь, я благополучно забуду о своем отказе зайти на чай. Но думаю, нам с тобой обоим сейчас это не нужно, — он провел пальцем по моей щеке. — Спокойной ночи, Эри… — Спокойной ночи… Он медленно отошел, позволяя мне обернуться и войти в квартиру, и, подмигнув, скрылся в дверях лифта. — Что только что сейчас произошло?.. Я пролежала без сна до 3 часов ночи, все еще ощущая себя в его объятиях. Все страхи отошли на второй план, за что я очень ему благодарна. Устав ворочаться и думать, я взяла телефон и написала Велари то, что чувствовала. Но от этого стало еще тяжелее заснуть.

Родная… Я влюбляюсь в Гарри Стайлса.