Вопреки всему

Северусу Снейпу, преподавателю школы чародейства и волшебства, не спалось. Кошмары продолжали мучить его: ошибки, совершенные за жизнь, являлись в его сны изо дня в день. Он не могу простить их себе, отпустить и жить дальше. Служба на две противоборствующие стороны не облегчала жизнь. Главная из ошибок и попытка исправить ее. Вряд ли кто-то во всем мире винил себя сильнее, чем этот уставший и замученный человек. Медленно прогуливаясь по коридорам, он предавался размышлениям. Ситуация в магической Британии все накалялась: бесконечные нападения пожирателей, собрания у темного лорда и следующие за ними собрания ордена. Завернув за очередной поворот, он застал странную картину: девушка, что ранее они отнесли в больничное крыло, лежала около стены на полу. Грудная клетка еле вздымалась от тяжелого дыхания. Вдруг она издала хриплый стон. Поспешив к пострадавшей, Северус поторопился проверить ее состояние. Когда они ее только обнаружили, появилось много вопросов. Как можно было получить такую рану, которая затягивалась безумно медленными темпами, не смотря на весь талант медиковедьмы и его зельям; как она попала на защищенную территорию; и, в конце концов, кто она. Помфри так и не дала задать девушке ни одного вопроса, бесконечно отпаивая ее зельями. Впрочем, спорить с ней никто не решался — когда дело касалось ее пациентов, она была категорична. Подняв девушку на руки, он поспешил в больничное крыло. Слабое дыхание девушки внушали опасение. Положив девушку на больничную койку, Северус влил в нее укрепляющее и поспешил за медиковедьмой. Но до нее он достучаться не смог. Впервые на его памяти медиковедьма отсутствовала в больничном крыле, учитывая, что у нее наблюдалась тяжелая пациентка. Вернувшись к девушке, он еще раз произнес диагностическое заклинание, что повергло его в еще большее непонимание. Рана, затягивавшаяся так долго, вдруг зажила, учитывая, что еще в коридоре она снова открылась. На всякий случай он еще раз произнес заклинание, но нет, ошибки не было. У девушки было простое истощение, дыхание выровнялось, цвет лица из бледного снова становился нормальным. Ее состояние приходило в норму. Уходя из больничного крыла, Северус еще раз попытался достучаться до медиковедьмы, но безуспешно. Нахмурив брови, профессор зельеварения направился в подземелья. (повествование от первого лица) Сознание медленно возвращалось в реальность. Сквозь сон пробивались голоса. Два мужских и один женский, я постаралась прислушаться, не подавая виду, что уже пришла в себя. — Как вы не понимаете? Это довольно странно. — Северус, прошу тебя, успокойся. Мы все понимаем, но ситуации могут быть разными. Может, просто организм юной леди по-разному реагирует на зелья. — Вы сами себя слышите? Эти зелья разрабатывались профессионалами своего дела, столько лет они действовали, а теперь вдруг выяснилось, что на кого-то они могут оказывать другое воздействие. — Говорите тише, вы можете разбудить ее! — Прости, Поппи, но, думаю, осторожность уже ни к чему. Как вы себя чувствуете юная леди? Я постаралась не показать своего удивления, ведь ничто не могло выдать, что я уже проснулась: чары не чувствовала, а внешне я следила за организмом, не выдавая ни единого признака выхода из сна. Осторожно приоткрыв глаза, я осмотрела моих посетителей. Медиковедьму я уже видела, а вот двое мужчин были новым лицами. Худой, высокий, одетый во все черное мужчина, с волосами до плеч, смотрел на меня грозным взглядом. Бледное лицо с примесью желтоватого оттенка, довольно крупный нос и пронзительно черные глаза. Осмотрев его, я перевела взгляд на второго мужчину. Им оказался пожилой человек: длинные седые волосы и борода, на голове фиолетовый колпак с рисунками звезд и мантия тех же расцветок. На носу у него блестели очки-половинки. — Вполне сносно. — Мы рады, что вы пришли в себя, и зелья практически больше вам не нужны. Меня зовут Альбус Дамблдор, директор школы чародейства и волшебства Хогвартс, а это, — указав рукой в сторону второго мужчины он улыбнулся, — профессор зельеварения — Северус Снейп, и, конечно же, наша медикаведьма, что присматривала за вами, — мадам Помфри. — Приятно познакомиться. Ариана Мери Лин. — Очень приятно с тобой познакомится. Ты не против ответить на несколько вопросов? Я внимательно посмотрела на Дамблдора. В наших кланах были наслышаны о Хогвартсе, но что именно может нести в себе этот человек — мне было неизвестно. В конце концов, мне остается только доверится артефакту, выбора особого нет. — Да, конечно. Он улыбнулся и присел на стул. — Скажите, как вы оказались на территории школы? Дело в том, что вокруг школы стоят барьер и специальные чары, незаметно для директора никто не может проникнуть на территорию школы, про аппарацию и вовсе стоит промолчать. — Понимаете, мистер Дамблдор, вещи, которые я собираюсь вам рассказать, я не хотела бы, что бы кто-то посторонний мог узнать. Дамблдор повернулся в сторону других и кивком попросил их удалиться. Снейп, резко развернувшись, вылетел из больничного крыла (другого слова я просто не смогла подобрать, так быстро он исчез с нашего поля зрения). Медиковедьма, кивнув, спокойно прошла в свой кабинет. — Итак, думаю, теперь никто вам не помешает. — Да, мистер Дамблдор. Понимаете, мой дом находится в Шотландии, недалеко от Урквхарт Касл. Он скрыт деревьями и чарами, которые защищают его даже от магов. Мой народ, когда-то его имя было у многих на устах, потихоньку вырождался. Мы живем в очень обособленном мире, не подпуская к себе никого и сами не покидая свой небольшой мирок. Детей обучают внутри кланов, не отпуская их в школы. Когда приходит время, старейшины объединяют детей кланов в пары. Однако я не захотела себе такой участи. Я перевела дух и глотнула воды. Воспоминания проносились перед моим взором: что я потеряла, от чего бежала, чего боялась. Все это было словно на ладони. — У моего клана в семье, в хранилище, находится очень давно один артефакт. Ходят разные легенды о нем: то ли его создали прародители моего народа, то ли его подарила сама хранительница ночи. В общем, я пробралась в хранилище и забрала артефакт вместе с инструкцией. К сожалению, все что осталось, или же и изначально было только так, но в инструкции было написано «пожелай и перенесись», я поняла, что этот артефакт перенесет меня туда, куда мне более всего будет нужно. Все мои мысли были тогда заняты только тем, чтобы найти убежище. У нас было очень мало случаев, когда кто-то покидал клан. Но их всегда находили и возвращали. Я не хочу возвращаться и сделаю все, чтобы меня не нашли. Дамблдор молча смотрел на меня. Я могла только гадать, о чем он мог думать. Наконец через какое-то время он заговорил, хотя я уже не надеялась что-то от него услышать. — У меня есть еще такой вопрос: вы сами решились на побег, или вас что-то к этому подтолкнуло? — Подтолкнуло. Была одна женщина, которую изгнали из клана. Такое происходит всего второй или третий раз за все наше существование. Эта женщина была сестрой моей бабушки. Она смогла передать мне письмо, что она смертельно больна, что осталось ей не долго, и все, что она имеет — она оставляет мне, и единственное, что она хотела, так это увидеть свои внучек, хоть и понимала, что это невозможно. Как только я смогла — сразу же сбежала, поэтому первым делом я хотела бы навестить ее. — Да, я вас понимаю. Что ж, артефакт не ошибся — каждый, кто ищет помощи, найдет ее в Хогвартсе. Мы вас не выдадим, но у меня только один вопрос: вы покинули родных, покинули свою семью, но, возможно, навестив бабушку, вы вернетесь? — Нет, об этом не может быть и речи. Я отвернулась, показывая, что наш разговор закончен. Вздохнув, Дамблдор покинул крыло. Через какое-то время пришла медиковедьма, проверив меня диагностирующими, она отдала мою одежду и отпустила меня. Я осторожно провела рукой по одежде. Это были вещи разработанные лично мной и мне не хотелось их терять. Быстро переодевшись, я покинула больничное крыло. Где выход из замка я уже знала, поэтому, поблагодарив ведьму, я поспешила покинуть школу чародейства и волшебства. Уходя к воротам, я оглянулась на замок: «До встречи, Хогвартс. Тот, кто ищет помощи, найдет ее. Я поняла ваше предложение».