Это не было неправильно!

Джонхен заметно нервничал. Некоторое время он просто ходил кругами по комнате, иногда останавливаясь и выдыхая нечленораздельные слова. Что-то явно не оставляло его в покое, но он никак не мог понять, что именно. Прошло меньше десяти минут с того момента, как трое мемберов покинули общежитие. Впервые Джонхен остался с макнэ наедине почти на сутки. И не то чтобы он сильно волновался по этому поводу — он просто понятия не имел, что может пойти не так. Тэмин не был проблемным ребенком. Капризным — да, но не проблемным. Ли можно было назвать даже, в какой-то степени, послушным. Он никогда не спорил со старшими дольше пяти минут, в то время как, например, сам Джонг мог спорить до потери пульса. Даже подростковый период Тэмин пережил относительно спокойно. Никак взрывов, истерик и прочих проблем. За исключением одного случая, когда он случайно перепутал свой шампунь с розовым тоником Кибома. Тогда они оба были немного не в себе: Тэмин от того, что его прекрасный блонд за одну ночь превратился в клубничный ураган, а Кибом, когда обнаружил потерянный флакон в мусорном ведре. Вообще все участники, за исключением Джонхена, хотя бы один раз становились участниками конфузных ситуаций, в которых был замешан макнэ. Раньше Ким не предавал этой странной закономерности особого значения, но сейчас эта нечаянно осознанное обстоятельство только подливало масло в огонь его переживаний. Закусив губу, Джонг в очередной раз остановился посреди комнаты и тяжело вздохнул. Последний раз перемотав все свои мысли в ускоренном режиме, он неуверенно, но достаточно громко крикнул: — Мелкий, есть разговор! Смахнув со лба прилипшую челку, он закрыл глаза и мысленно пожелал себе удачи. «Это просто семейный разговор. Я просто проясню ситуацию и все. Я просто…» — Медитируешь? Джонга передернуло от внезапного голоса младшего, и ему потребовалось еще секунд десять, чтобы прийти в себя. — Нам нужно поговорить? — Да, но сначала ответь, кто научил тебя так подкрадываться? — Прости. Так о чем ты хотел поговорить? Ли облокотился об дверной косяк и скрестил руки на груди. Ким присел на подлокотник дивана напротив него и думал, как ему лучше начать. — Эм…сегодня у нас выходной. Так? — И что? — Иии, у тебя наверняка есть какие-то свои планы на сегодня. Да ведь? — Что ты хочешь этим сказать? — Конечно, должны быть! Ты уже взрослый, у тебя своя жизнь… — Хен, хватит ходить вокруг да около. Тэмин подошел ближе и уставился на старшего недоуменным щенячьим взглядом. «Боже, ну что этот ребенок может натворить? То, что Тэмин еще никогда не доставлял мне проблем, еще не значит, что он сделает это сегодня. Зачем я вообще стал так заморачиваться по этому поводу? Это на меня не похоже.» — думал Джонг, пока смотрел в эти невинные глаза напротив. — Я хотел сказать, … что ты можешь делать все, что захочешь. Серьезно, у тебя весь день свободный. Можешь распоряжаться этим временем, как сам пожелаешь, а я ничего не скажу Кибому. Хорошо? Младший задумчиво покивал головой, как бы оценивая озвученные перспективы. Мило улыбнувшись, Джонхен мысленно выдохнул и почти успокоился. — Как…я хочу? — неуверенно протянул Ли, останавливая свой бегающий взгляд на старшем. — Я просто хотел, чтобы ты знал, что я не против. Делай, что душе угодно. — Подожди, так я правильно тебя понял… я могу делать все, что захочу? — с легкой, чуть нервной улыбкой переспросил младший. — Уже есть что-нибудь на примете? — расслабившись, поинтересовался Джонг и откинулся спиной на диван. Тэмин сначала удивленно посмотрел на старшего, а потом произнес: — На самом деле есть одна идея. — Правда? И что это? — простодушно спросил Джонг, еще шире улыбнувшись. — Пойдешь тусить «по взрослому»? Эй, имей ввиду, я приветствую эту затею до тех пор, пока она в рамках закона. Джонхен уже стал представлять себе «взрослые» приключения еле-еле совершеннолетнего Мистера Ли, как что-то коснулось его колена. — Не волнуйся, хен. Сомневаюсь, что это выходит за рамки закона. Тэмин аккуратно навис над Блингом, держась одной рукой за спинку дивана, а другой отперевшись об чужое колено. Вся ситуация была настолько непривычной, что Ким не сразу понял, как ему нужно реагировать. — Разве что за рамки морали, возможно. Но это уже для кого как. — произнес Ли уже полушепотом, и Джонг окончательно растерялся. Взгляд младшего становился жестче, а губы норовили расплыться в улыбке. — Что ты делаешь? — Что хочу. — Нет, ты не понял… — оторопело проговорил Джонг, прежде чем лицо напротив плавно, но стремительно приблизилось к его на непозволительно маленькое расстояние. Воспользовавшись тем, что старший на мгновенье потерял дар речи, Тэмин аккуратно и неторопливо, словно вечность ждал этого, накрыл своими губами губы Джонга. Поцелуй получился такой нежный и чувственный, что Джонг не сразу разорвал его. — Так, это не смешно… — смеясь, и тем самым противореча своим же словам, произнес Блинг, отстраняя младшего от себя. Такого он никак не ожидал. Все, что угодно, но не этого. — Ладно, на самом деле забавно, но не смешно. — Я не пытался тебя рассмешить, хен — проговорил макне, отталкивая удерживающие его руки. И снова поцелуй. Уже более смелый, немного развязный, но по-прежнему наполненный нежностью, от которой все внутри у старшего сжималось. Если бы у Джонхена была земля под ногами, она бы уже ушла и платочком не помахала. Последней каплей в чаше здравого ума стала рука, мягко запущенная в его волосы. А ведь «Это неправильно… так не должно быть… это нелепо, слишком безответственно… это же Тэмин…». Но, правда в том, у Кима пропало всякое желание прекращать это. Он хотел чувствовать эти прикосновения и поцелуи. Он искренне возжелал этого сейчас так сильно, что готов был послать все свои предрассудки к черту. И он бы послал, если бы мог. Тэмин изо всех сил старался оставлять между их телами как можно меньше расстояния, постоянно неловко задевая своим коленом кое-что очень важное. Каждый такой раз Джонхен вздрагивал всем нутром, изо всех сил стараясь не отпускать ситуацию на самотек. — Хен… и все-таки…чего хочешь ты? — неожиданно спросил макне, пристроившись на груди старшего и пристально глядя ему в глаза. — Прости? Чего я… что? — непонимающе скривился Блинг, нахмурив брови. Дымка желания стала постепенно рассеиваться. Джонхену это совсем не нравилось, ведь если он сейчас начнет думать о том, что творит, в итоге сделает что-то плохое. — Зачем спрашиваешь? — Я не могу так… Мне нужно знать…хочешь ли ты этого? — оторопело произнес Тэ, отстраняясь и усаживаясь на твердых бедрах вокалиста. «Мелкий придурок» — пронеслось в мыслях Джонга, до того, как он резко спихнул макнэ на пол. — Несколько минут назад тебя не интересовало, что я думаю об этом. Что изменилось? — раздраженно зашипел он, стараясь не переходить на крик. — Хен… — Сначала подчиняешь людей своим прихотям, а потом спрашиваешь их мнение. Так? Прости, мелкий, это для меня слишком. — отчеканив последнее слово, Блинг скрестил на груди руки и отчаянно старался не смотреть вниз. Повисла гнетущая тишина. Джонхен мог отчетливо слышать чужое прерывистое дыхание. Быть может он перегнул палку. — Ты прав — тихо отозвался младший спустя пару минут, поднимаясь с пола и опуская голову.  — Это было эгоистично с моей стороны. — Этого не должно было быть. Это… неправильно. Совершенно бессмысленно. Теперь понимаешь? — успокоившись, выдохнул Блинг. Не дождавшись ответа, он посмотрел на Тэмина и буквально остолбенел. Тэмин тихонько стоял возле него с опущенной головой, прикрыв одной рукой глаза, а другой обхватив себя да талию. — Ну нет… — тревожно промолвил Блинг, вставая с дивана. — Нет-нет-нет, не надо… — тихо залепетал он, дотрагиваясь до содрогающихся плеч младшего. — Прости…ладно? Все нормально. Все хорошо… — Хен, это не так. — с надрывом в голосе прошептал Тэ, утыкаясь в теплое плечо. — Я понял-понял. Все хорошо, только успокойся. — Ты ничего не понял, — шмыгнув носом, обреченно протянул танцор, на что тот непонимающе выдохнул. — Ладно, что я не понял? Скажи, — вкрадчиво начал он, стараясь больше не переходить границы. — Почему это было неправильно? Это было настолько неправильно, что не должно было быть? Почему? Хен, ты, правда, так считаешь? Джонг уже не знал, что сказать. Казалось, что-то очень важное ускользает от него, и он никак не может поймать эту мысль. — «Совершенно бессмысленно»? Это не было бессмысленно, хен! Может быть для тебя, но не для меня, — с некой злостью лепетал младший, отмахиваясь от стремительно подступавших слез. — Мне просто… было больно слышать от тебя то, что ты считаешь произошедшее глупой ошибкой. — Я не считаю это ошибкой, — спустя минуту вымолвил Джонг, не поднимая глаз. Кажется, он все понял, но от этого все становилось только сложнее. — Это правда? — недоверчиво спросил Тэмин, прежде чем к нему прижалось чужое тело. — Честно, — прошептал Джонг, стараясь вложить в эти объятия все свои чувства. — Прости, если мои слова звучали так, словно…это так. Это не так. — А почему? «И правда, почему?» — Можешь перестать задавать такие сложные вопросы? — с мольбой в голосе произнес Джонг, глубоко выдыхая в мягкую макушку. — Взрослые на то и взрослые, чтобы отвечать на сложные вопросы. — Ах да, ты же у нас Ли-мелкая букашка-Тэмин. Похоже, кое-где я ошибся, — прыская в сторону, попытался перевести тему Джонг. — Эй, хен… Может с «мелким» я еще и смирюсь, но не с «букашкой»! — угрожающе протянул младший, надувая губки. — Будем продолжать ругаться? — улыбнулся Ким, потрепав обиженку по голове. — Нет… Выпустив из объятий Тэмина, Джонг со всей присущей ему заботой поцеловал его в лоб. — Тяжело с тобой, Ли Тэмин. — Ты не ответил. Почему не жалеешь? — на этот раз еще серьезней спросил младший. Сомнения терзали Блинга еще пару мгновений, после чего он молча поцеловал блондина. Этот поцелуй был вместо тысячи слов, на которые у Джонга сейчас просто не хватило бы смелости. Но Тэмин понял его. И это самое главное. — Думаешь, мемберы сильно удивятся? — Думаю, они выгонят нас из общежития. — Оу. — Да.