My youth is yours.

Александр чувствовал себя идиотом, когда молча шел, опустивши голову. Сейчас все краски Большого Яблока будто бы потухли. Примитивные, которые спешили куда-то с кислыми лицами раздражали его еще больше. Казалось, что уличные музыканты, стоящие рядом с входом в маленький ресторанчик, совсем не умели играть. С каждым шагом парень пинал маленький камушек, продвигая его дальше. Пусть хоть у кого-то жизнь двигается вперед, а не лежит на плечах тушкой убитого нарвала. Прекрасное животное, ага. Так, Лайтвуд, успокойся. Это всего лишь чертов камень. Однако камень этот был довольно необычный. На улице нечасто встречаются камушки желтого цвета. Этот цвет был связан с глазами самого дорогого человека в жизни юного охотника. Этого человека, к слову, он уже потерял. Потерял из-за собственной глупости. А виной всему был Закон. Закон, который, казалось, стал неотъемлемой частью его крови. Как и у других Лайтвудов. (Ну, кроме Иззи, хе-хе) Въелся в нее со словами родителей и всех остальных. Алек привык следовать закону. С самого детства его учили, что семья, честь и Конклав — самое важное. То, без чего Сумеречный охотник не может зваться Сумеречным охотником вовсе. Лайтвуд думал о матери, которая с ужасом смотрела на нефилима когда тот бросил будущую жену прямо у алтаря. Об отце, который, опустивши глаза в пол, устало потирал переносицу. Поморщившись от воспоминаний, Алек дернул за лацканы белого пиджака, будто бы пытаясь стряхнуть все воспоминания, словно грязь. Так же юноша вспомнил о Изабель, которая мягко улыбалась брату, пытаясь одним взглядом обнять и защитить его ото всех. Закрыть невидимым коконом от всего мира, который сейчас давит на грудную клетку. Он не смог. Не смог жениться на девушке, которая могла бы помочь его семье вернуть доверие Конклава. Могла бы, но обладатель кошачьих глаз, вечно подведенных черной подводкой, въелся в его мозг, в его сердце… Алек чувствовал себя идиотом. Он сломал все, что у него было. Он потерял семью, доверие родителей, Магнуса… При упоминании имени мага его сердце начинало биться вдвое сильнее, будто птица, которая пытается вырваться наружу, но ничего не помогает. Сильный порыв ветра слегка отрезвляет поникшего охотника, который даже не знает, куда несут его ноги. Он лжет, что не знает. Парень вздрагивает всем телом и глубоко вдыхает порцию спасительного кислорода. Ноги сами несут его туда, где произошло множество событий, которые теперь Алек бережно хранит в своей памяти. Хотя чаще всего он приходил к Магнусу через портал, но было пару дней, когда они шли домой пешком. О Ангел, как же он рад, что тогда убедил Магнуса пойти пешком! Александр не знает, что он скажет, сможет ли что-то вообще сказать. Но вот в поле зрения показался знакомый старбакс, а значит Лофт верховного мага Бруклина был совсем близко. Лайтвуд глубоко вздохнул, подсознательно замедляя шаг. Он боялся отказа мага. Боялся, что после всех ужасных слов, что он наговорил, Магнус не пустит его на порог. Алек потянулся к кнопке. Спустя пару секунд раздался такой знакомый голос. — КТО ПОСМЕЛ ПОТРЕВОЖИТЬ ВЕРХОВНОГО МАГА БРУКЛИНА?! — голос был уставший, с хрипотцой, но такой родной. Сердце забилось в два раза быстрее, будто бы пытаясь выскочить из груди. — Это… я. Эм. Алек. Нам нужно поговорить. — Лайтвуд промямлил что-то невнятно, послышался щелчок, после которого дверь приоткрылась. Александр глубоко вздохнул, дергая на себя ручку двери и входя внутрь. Всю дорогу до двери нефилим прошел быстро, хотя совсем этого не хотел. В голове будто бы образовалась черная дыра. Не было мыслей, только Магнус. Дверь лофта была приоткрыта, но Алек решил не заметить этого. Он поднял руку, сжимая пальцы в кулак и постучал. Стук эхом раздался в голове. В нос ударил запах дорогого алкоголя, и Алек понял, что будет сложнее, чем он мог себе представить. Хуже Магнуса в гневе мог быть только пьяный Магнус в гневе. За дверью послышались шаги, от чего он невольно поежился. В следующий миг дверь отворилась, и его взору предстал маг. Он был без косметики, волосы не стояли привычным ежиком, а были просто растрепаны. Одежда его не была яркой: обычные черные джинсы и рубашка, закатанная до рукавов. В руке он держал бутылку с темной жидкостью, которая напоминала коньяк. Приглядевшись, парень понял, что это он и есть. Так же к Алеку выбежал кот, в котором он узнал председателя Мяо. Александр наклонился к коту, погладил его за ушком, от чего он замурчал и принялся ластиться к охотнику. Но парень выпрямился, слыша, что Магнус начал говорить. — Предатель. Зачем ты пришел? — он не понял, кому предназначалась первая фраза, но отчетливо понял, что в голосе была злость. Речь была невнятной, хотя для обычно идеального Магнуса это было не свойственно. Алек прежде никогда не слышал подобного тона по отношению к себе. — Нам…— парень запнулся, —нам нужно поговорить…- Алек поднял голову, смотря прямо в янтарные глаза напротив. Каждый раз Алек тонул в них, будто бы он брошенный в воду камень. В голову сразу полезли воспоминания о том, как они поругались из-за того, что Александр был против использования Магнусом гламура на его глазах. Хоть он и понимал, что примитивные этого не поймут, но ведь все можно было свалить на линзы! От мыслей юношу отвлек толчок, а после он оказался между стеной и телом мага, от которого исходили тепло и запах алкоголя. Обычно любящий взгляд сейчас был переполнен злостью и отчаянием. Магнус наклонился к сконфуженному охотнику и тихо прошептал на ухо, обдавая его горячим дыханием и задевая губами мочку: — Нам не о чем говорить, — его хриплый голос сейчас напоминал сталь. Он был такой же холодный. Маг отстранился и повернулся спиной к охотнику. Но Алек, не теряя драгоценное время, схватил его за рубашку, пытаясь остановить. — Но… — Уходи, — эти слова будто бы полоснули ножом по сердцу нефилима, и он почувствовал, что глаза начинает слегка пощипывать, поэтому стал более быстро моргать. От шока Александр расслабил руку, и Магнус отошел от него к окну. Там он поднял руку, поднес горлышко бутылки к слегка пухлым губам и сделал глоток. Одна капелька соскользнула с его губ и потекла по подбородку, после — по шее, а потом спряталась за воротом рубашки. Алек внимательно проследил за ней, а после покраснел еще гуще от своих мыслей, которые сейчас атаковали его голову. — В смысле уходи?! Я ради тебя отказался от всего, предал родителей! Предал закон…— голос юноши становился все громче, к концу фразы он уже кричал, — а ты мне сейчас говоришь уйти?! Да скорее ты избавишься от всех своих блесток, чем я уйду от тебя! — Магнус повернулся, глядя на охотника затуманенным и слегка удивленным взглядом. Он мигом оказался рядом, снова прижимая Алека к стене, но на этот раз не оставляя свободного пространства вовсе. Он снова наклонился к его уху, и Лайтвуд почувствовал странное чувство дежавю. Дыхание Бейна опалило ушную раковину, от чего новая волна смущения накрыла тело юноши, заливая его щеки и шею темно-бордовым румянцем. — Если ты не уйдешь, я сделаю это, — он мягко отстранился, кладя руку на грудь юноши, от чего по телу нефилима прошелся разряд тока. Алек судорожно вздохнул, а после кивнул, будто бы соглашаясь с тем, что сейчас произойдет. Магнус провел дорожку смазанных поцелуев по скуле нефилима, после чего его мягкие губы накрыли сухие и потрескавшиеся губы Алека. Они целовались не раз, но никогда не целовались так. Ноги охотника стали ватными, и если бы маг не прижимал его к стене, он бы наверняка упал. Губы мага на вкус были как коньяк. Казалось, что Александр мог опьянеть лишь от того алкоголя, что сейчас слизывал с его губ. Лайтвуд, осмелев, обнял мага, кладя руки на спину последнего, сжимая его рубашку и комкая ее. Глаза он прикрыл от нахлынувших чувств, боясь, что они могут показать его страх. Магнус взял всю инициативу на себя. Он мягко провел по губам охотника, призывая того приоткрыть рот для более глубокого поцелуя, что он и сделал. Поцелуй становился настойчивее и дольше — казалось, они дышали друг другом как воздухом. Алек услышал стон, отдаленно понимая, что это его голос. Александр чувствовал, как он теряет контроль над собой, а нежность перерастает в страсть. — Александр… —Почему ты не можешь называть меня Алек? — Потому что тебя все называют так, а я не хочу быть как все, — Магнус был точно пьян, он так и не смог оторваться от него, и каждое его слово отзывалось движением губ. Он ласкал юношу не только губами, а еще и восхитительными прикосновениями. Та рука, которая сейчас лежала на груди охотника, медленно спускалась к кромке штанов парня. В движениях мага чувствовалась страсть и желание. Алек приоткрыл затуманенные глаза, сейчас они переливались и казались темно-синими, как ночное бушующее море. Тело юноши переполняло новое чувство, определение которого он не мог передать словами. От неописуемого удовольствия картинка плыла перед глазами, и юноша пытался сосредоточить взгляд на лице любовника. — Может в спальню? — маг улыбнулся, рассматривая покрасневшего нефилима, который сейчас покусывал припухшие от поцелуя губы. Алек же расфокусировано уставился на губы Магнуса. Слабо поняв смысл слов, он кивнул. Магнус щелкнул пальцами, и в следующий миг охотник почувствовал мягкие простыни под собой. Удобная кровать как будто затягивала его, и Алек поддался ей. Магнус наклонился над ним и провёл дорожку поцелуев, сначала по шее, медленно продвигаясь к распухшим от частых поцелуев губам. Лайтвуд откинул голову, давая больше места для нежнейших и таких возбуждающих поцелуев. Отстранившись от шеи, Магнус устроился на бёдрах Алека, раздевая как и себя, так и парня под ним. Через минуту, маг уже любовался рельефами парня, которые с каждым вдохом становились все отчётливее. Положив руки на кубики пресса, Бейн начал водить пальцами по всему торсу парня, как скульптор, так же нежно, бережно и умело. От каждого прикосновения Александр все сильнее закусывал губу и выгибался навстречу партнёру. — Мгг,— Магнус дотронулся до сосков, а Алек уже не мог сдерживать стоны. Лайтвуд вцепился в простыню, все так же выгибая спину навстречу волшебному удовольствию. В штанах давно уже было тесно, ведь они точно не были предназначены для стояка. Парень поднял голову и увидел, как губы мага тянуться к его соску, беря его в рот и начиная облизывать. Парень снова откинул голову, закрывая глаза и отдаваясь полностью Магнусу. Последний же отстранился от влажного и твердого соска, смотря на своё творение: такой недоступный нефелим, который даже боялся думать о связях с нижним миром, теперь лежит под ним, постоянно подрагивая и ёрзая. — Александр, — тихо произнёс Магнус, — приподними бедра. Лайтвуд послушно поднял бедра, посматривая томным взглядом из-под лба. Все так же медленно и плавно маг принялся стягивать с охотника штаны и трусы, которые вскоре полетели в другую часть комнаты. Магнусу нравилось, когда во время секса он мог сделать все сам, а не с помощью магии, как утром он мог смотреть на беспорядок, который напоминал ему о прошлой ночи. Стянув и с себя брюки, Бейн развел ноги парню, удобно устраиваясь между ними. Почувствовав что происходит, Алек ещё больше раскраснелся и попытался свести их обратно, но все было тщетно, и он продолжал лежать в постыдной позе. — Александр, сладулик...- тихо и ласково шептал маг нефелиму.- Если ты не успокоишься, будет больнее. Заливаясь краской, охотник попробовал расслабиться, но это получалось слабо, ведь понимание того, что сейчас произойдёт не давало Алеку покоя. Их дыхание сливалось в унисон, смешиваясь и создавая новый темп. С каждой минутой было все сложнее сдерживаться. Магнус щелкнул пальцами, и через секунду он уже держал в руках тюбик с прозрачной жидкостью. Выдавив себе на ладонь прохладную смазку, маг принялся распределять её по пальцам, одновременно согревая. Бейн одной рукой провел по внутренней стороне бедра, а другой принялся поглаживать сжавшееся колечко мышц. После довольного всхлипа, чародей ввел один палец и начал медленно двигать им. Лайтвуд поморщился, но вскоре болезненные стоны сменились тихими постанываниями, означающими, что ему нравится все, что сейчас происходит. Через пару секунд колдун добавил второй палец, имитируя ножницы, раздвигая пальцы и растягивая своего охотника. Александр начал постанывать. Маг же в это время искал ту точку,которая заставит нефилима испытать наслаждение. Спустя несколько секунд, которые казались Магнусу вечностью, Алек вскрикнул и выгнулся в спине, словно кошка. — Сделай...сделай так еще, — охотник сжал простынь так, что костяшки пальцев побелели. Бейн добавил третий палец, выполняя просьбу и ставя свободную руку около головы Алека. Он начал целовать его шею, дабы отвлечь от неприятных ощущений. — Возьми меня... — охотник тихо заскулил, и Магнус вынул пальцы под недовольный всхлип нефилима. Маг снова взял в руки тюбик и выдавил большое количество лубриканта, смазывая им свой член. Он подтянул охотника к себе за талию и прижался головкой к отверстию Лайтвуда. Чуткий слух Бейна уловил молящий шепот юного охотника. Чародей наклонился, целуя своего парня в губы и начал медленно входить в податливое тело под собой. Александр тихо зашипел и маг остановился, давая партнеру привыкнуть. Это недолгое время казалось Бейну невыносимо долгим, ведь меньше всего ему хотелось ждать. Хотелось двигаться невероятно быстро, буквально втрахивая нефилима в кровать. Однако маг сдерживался. Он хотел, чтобы Лайтвуд получил максимум удовольствия от своего первого раза, поэтому он не спешил и пытался сделать все как можно нежнее. Маг наклонился к шее охотника, оставляя засос рядом с руной уклонения. Вскоре Александр начинает поддаваться бедрами навстречу любимому, и он, понимая намек,начинает медленно, но верно входить в парня. Сначала медленно, стараясь не повредить, но постоянно ускоряясь. Наконец он входит полностью, ловя губами очередной стон охотника. Бейн останавливается, давая юноше привыкнуть к ощущениям. Александр нетерпеливо ерзает, и маг начинает двигаться. Их губы встречаются в слегка смазанном, но полном страсти поцелуе. Лайтвуд оставляет засос на шее чародея, от чего у него совсем сносит крышу. Маг меняет угол вхождения, дабы найти тот комок нервов. Скоро Магнус находит этот комочек, и охотник с диким стоном выгибается, кладет руки на спину Бейна и проводит короткими ногтями по ней,оставляя следы. Почувствовав наслаждение, Лайтвуд начинает подмахивать бедрами навстречу. Комната наполняется страстными стонами охотника и томными вздохами мага. Чувствуя скорую разрядку, Бейн положил руку на член парня и начал водить по нему. Стоны Алека стали еще громче. Через пару секунд, охотник выгнул спину, чуть ли не до хруста костей и кончил любимому в ладонь, сжавшись всем телом. Не выдержав сладкой муки, Бейн кончил в парня, после чего осторожно вышел и буквально упал рядом с охотником, который до сих пор слегка подрагивал от сильного оргазма. Магнус щелкнул пальцами, очищая их. Все-таки полезно владеть магией. Он обнял своего Александра, ложась к нему на грудь и закрывая глаза. — Я люблю тебя,— маг улыбнулся, услышав эти слова, произнесенные сорванным голосом нефилима. — Я тоже люблю тебя, Александр, — Бейн закрыл глаза, проваливаясь в глубокий сон.