Purse Snatcher

Был жаркий июньский вечер. Единственное что спасало - зашедшее солнце. В полдень люди вообще бы не вышли на улицу, так как жару можно было увидеть прямо перед собой. Не почувствовать телом, а увидеть глазами. Люди прятались в домах, в кафе и на работе. Однако вечером на улице становилось приятно. Город будто снова оживал. Жители начинали гулять, ходить по дорогим ресторанам и кинотеатрам. Летом только так можно было выжить в этом городе: в полдень ты работаешь, а вечером развлекаешься. Такое правило больше всего распространялось на опасные районы Лос-Анджелеса. Именно тут люди жили беднее всего. С другой стороны именно в таких районах к ночи просыпался преступный мир: мелкие воришки крали у стариков, дилеры опять стояли на углах улиц, а иногда в новостях можно было услышать об ограблении банка. Также тут часто можно было услышать об убийстве кого-либо, или же самому найти труп в мусорке в каком-нибудь переулке. Но никто этим все равно не займется. Полиция в таких районах бывает только при каких-нибудь крупных облавах, да и то редко. Они никогда не рискуют своими коррумпированными задницами, они никогда не наведут тут порядок. Какая им все-таки разница? Они живут в своих богатеньких районах и смотрят на мир через розовые очки, и только грязные копы готовы появляться в таких местах. Но они уже не копы, они такие же преступники, которых боятся остальная добрая половина полицейских. Лекса Джейн не относилась ни к коррумпированным копам, ни к грязным. И все департаменты городов округа Лос-Анджелеса это знали. Никто ее не любил. Можно было бы подумать, что она великая почитательница закона, несущая свет в этот темный мир, но это не так. Она просто была не такая, как все. Что делает обычный человек в жизни? Он учится, работает, наслаждается жизнью и любит. Но это не касается Лексы. Хотя нет, она тоже наслаждается жизнью, однако, немного по другому. Когда Лексе скучно, она ищет приключений на свою задницу и находит. Но после этого неизвестно, кто пострадает. Лекса выполняет свою работу копа, делает отчеты, чтобы старики выше должностью не ворчали. Но ее никто не любит в департаменте, не любят ее характер. Много раз из-за нее страдали те же грязные копы, много раз страдали и обычные люди. Старики хотят ее уволить, но на нее нечем давить, да и ничего она такого преступного не сделала. По крайней мере, у них нет доказательств. Лексу вырастил отец на своей ферме в штате Вирджиния. Там она всегда чувствовала себя свободной, никто ничего ей не мог указывать. Отец часто водил ее на охоту, но Лексе не очень нравилось убивать животных. Ей больше нравилось вредить людям, злым и мерзким. Но отец рассказал ей, что есть разница между убийством для добычи еды и убийством для наслаждения. После этого Лекса не колебалась при убийстве очередного зверья. Они съедали добычу в знак уважения к ней. Отец всегда учил Лексу быть дисциплинированной, однако, та никогда не слушалась и буянила. Он часто ей повторял: "Вся в мать", а после смеялся. Но Лекса никогда не видела свою мать, поэтому и не могла понять, почему тот сравнивал ее с ней. Отец Лексы скончался в ее восемнадцатилетие. К тому моменту она успела поступить в полицейскую академию Лос-Анджелеса, в которой тоже не была паинькой. Она оплачивала обучение деньгами, оставшимися после продажи фермы отца. Поэтому Лекса была не такой как все, она росла так, как сама хотела расти. Никто ей не указывал, что ей надеть, что ей употребить в пищу. В основном отец говорил ей, чтобы сама добывала еду и становилась самостоятельной. И поэтому ее никто не любил, она жила так, как хотела, пока другие подчинялись жестоким отцам и недалеким мамашам. Сейчас Лекса чувствовала себя свободной и в Лос-Анджелесе. И ей это нравилось, нравилось делать все так, как она захочет. Однако ей чего-то не хватало в этой жизни. Она еще сама не разобралась чего же. Но то, чем она занималась у нее не отнять никогда. Если хорошенько подумать, то Лексу тоже можно отчасти назвать грязным копом. Все потому что она никогда не щадила людей. Она всегда может спокойно допросить кого-то так, что тот станет заикой после разговора с ней. Если она видит, что ей лгут, то она вытрясет всю правду из этого человека, даже если придется сломать ему ноги или разбить нос. Все равно она коп, она могла сказать, что так и было. Так может сделать любой коп, особенно, коп гетто. У Лексы есть напарница, имя которой Анья. И Анья Хендерсон - единственная, кого Лекса уважает во всем ее чертовом департаменте. Анья не часто бывает с Лексой в патрулях или на заданиях, хоть это и запрещено. Но им плевать, они делают то, что считают нужным. Анье не очень нравятся методы Лексы, которые она применяет на людях, но она ее никогда не останавливала. И она никогда не подводила Лексу, а Лекса ее. Они были в одно время отличной командой, а в другое - худшей командой в мире. И вот сейчас в этот жаркий день на одной из ужаснейших улиц города шла Лекса, смотря на людей, которые уже начали заниматься своими грязными делишками. Банды начали собираться у своих домов и крутить какие-то пакеты в руках, ясно одно - в них наркота. Лекса не была в рабочей форме, строгом черном костюме, но значок был при ней. Почему-то при виде его люди как будто становились в разы вежливее. А когда Лекса применяла силу и свои полицейские принадлежности, то они вообще становились пушистым котятами. Сейчас же она была одета в серые спортивные шорты и белую майку, которая сводила с ума каждого мужика в этом городе. Конечно не майка сводила их с ума, а упругая грудь этой неприступной девицы. Также на ней были удобные кроссовки для бега. Много кто знал шатенку в этом районе, но никто больше не пытается ее домогаться, хотя она настолько хороша, что каждый задумывается "А может стоит попробовать?", но потом вспоминает слухи, которые ходят о ней, и отбрасывает подобные идеи. Комптон не меняется. Проходят годы, но тут все остается прежним. Ниггеры и латиносы вечно торгуют наркотой, а возле их домов человек из какого-нибудь Голливуда вообще наложил бы в штаны. Черные располагались у своих домов кучками и слушали музыку, которая долбила на весь квартал. Латиносов было не так много, но они были самыми опасными в Комптоне. Они были безжалостны и, поэтому наркобизнес у них шел лучше, чем у ниггеров. А что же белые? А все белые, которые жили в этом районе были, либо домашними затворниками, либо ворами. В основном, все-таки ворами. В этом городе почти нет честных работ, и получить их очень трудно. Департамент Лексы находился в Комптоне, но копы вообще не вылазили на улицу. Они боялись чуть ли не каждого прохожего, потому что никто не знает, кто этот прохожий: преступник он или нет. В 95% случаев - да. А люди знали это и пользовались этим. Но вот Лексе никто никогда не переходил дорогу. Вернее, переходили, но они потом за это поплатились оторванными конечностями. Сейчас ей никто не переходит дорогу. Что интересно, ее все боялись за то, что она ничего не боится. Каждый чего-то боялся, но не она. Поэтому она всегда искала приключений, не задумываясь о последствиях. Лекса подошла к одному из домов, который был расположен на этой грязной улице. Это был типичный двухэтажный геттовский дом, одно из окон которого было разбито, а в стенах были отверстия от пуль. Из заднего двора дома доносился ниггерский рэп и наглый знакомый смех. Лекса решила проведать старого знакомого. Она открыла калитку, которую никогда не запирали. Как будто она может остановить кого-то в этом районе. Шатенка подошла к двору, где заметила кучку афроамериканцев, сидящих за одним столом. Все они крутили пакеты в руках и под музыку шутили шутки и о чем-то болтали. Лекса бесшумно подошла к одному из сидящих так, что даже те, кто сидели к ней лицом, не заметили ее. -Старина Пайки! - Лекса резко опустила свои руки на плечи темнокожему и почувствовала, как тот вздрогнул. Она ухмыльнулась и присела на стол перед ним. -Что тебе нужно, Лекса? - Пайк удивленно на нее посмотрел. Обычно от этой девчонки у него были одни неприятности. Не так, чтобы большие, но она ему явно докучала. -Что ты такой негостеприимный? Хоть бы чайку предложил... - Лекса театрально вздохнула. Остальные темнокожие тихо сидели и смотрели за фарсом, который разворачивался у них под носом. Они даже сделали музыку из магнитофона потише. Намного потише. Наверное, потому что Лекса сломала бы эту штуку, если бы она раздражала. -Ой, Лекса, тебе только из гидранта попить, - Пайк ухмыльнулся, - чай - для тебя слишком просто. -Да, ты прав, - Лекса начала раскачивать ногами, как бы показывая, что ей скучно. -Так что тебе нужно? - спросил Пайк, нахмурившись. Он знает, что эта девчонка просто так не приходит. Она приходит либо по делу, либо поиздеваться. -Мне уже нельзя повидать моего старого друга? Сколько мы знакомы? 5 лет? - Лекса продолжала строить из себя саму невинность. -Какая разница? - фыркнул темнокожий. -Точно, ты же уже отсидеть за это время успел, - Лекса хлопнула в ладоши, - Когда вышел? -Пару месяцев назад, - Пайк переглянулся с некоторыми из своих дружков. -Вы что, тоже с ним сидели? - задала вопрос Лекса уже остальным. На это те покачали головой, показывая "нет", - я б вас засадила, да жалкие вы какие-то. Черт с вами. Ну так что расскажешь, Чарльз? Чарли... -Не называй меня так, - тихо буркнул тот. -Ой, забыла, что матушка твоя тебя так называла, - ворковала Лекса, - наверное, ужасной она была матерью, раз ты так не любишь прозвище, данное ею. -Тебя это не касается, - зарычал Пайк. Члены его банды начали тихо хихикать над сложившейся ситуацией. Они вообще не считали Лексу большой угрозой, пока та так мило беседовала с кем-то, но никто не рисковал хоть что-то вставить. -Ой, а что это у нас? - Лекса нащупала пакет с белым порошком на столе и взяла в руки. Она начала махать им перед лицом Чарльза. -Да хватит, раздражаешь, - рыкнул Пайк. -Так может мне тут вас всех повязать? - так же насмешливо продолжала говорить Лекса, хоть и понимала, что никого она не сможет тут арестовать. -Оставь, не для детей, - надменно заявил Пайк. -Сначала расскажешь, откуда ты это взял, - Лекса собиралась разузнать все. Она всегда все знала в этом городе. Ничего не возможно было от нее утаить. Она знала, кто кого убил или кто новый поставщик. -Эх... - тяжело выдохнул темнокожий, - новый поставщик, Джаха, или как-то так. Он просто невероятный порошок продает. Людей просто выносит, они готовы платить за эту херню своими яйцами, а те, у кого их нет, готовы сосать... -Не хочу это слышать, болван, - Лекса нахмурила брови, - я же дама. Пайк на это лишь заливисто рассмеялся, а его дружки подхватили. Лекса и сама не сдержала смешка. -Так кто этот Джаха? - поинтересовалась Лекса спустя минуту смеха. -Какой-то ниггер, который привозит порошок из Колумбии, - отвечал Пайк, задумавшись, - У него тут есть много дельцов, да и сам тут часто бывает. -Я разузнаю об этом умнике, который заявляется, не представившись, - заявила Лекса. -Как знаешь... - бросил Пайк. -Увижу, что кто-то из твоих сбывает это дерьмо глупым школьникам, повяжу с Аньей всех к чертям собачьим, - Лекса встала со стола, и совершив чересчур наигранный поклон, поспешила покинуть компанию Пайка. Выйдя на улицу, Лекса снова почувствовала эту невыносимую жару. Во дворе у Чарльза хотя бы была зеленая травка, которая заставляла не думать о жаре. Она побрела дальше, надеясь встретить кого-то из знакомых, кто может знать больше об этом Джахе. Лекса смотрела на дома по обе стороны улицы. На крыльцах сидели какие-то наркоши и просто неумелые преступники этого района, с которыми Лекса пересекаться явно не желала. Они ничего не знают, не знают стоящей информации. Лекса порой находила Пайка скучным, хотя тот один из самых опасных дилеров в районе. А такие простофили ей даже на глаза попадаться не должны. Пройдя так пару кварталов, Лекса заметила интересную картину, развернувшуюся перед ней. Какая-то блондинка в странных лохмотьях, но вполне типичных для гетто, сидит на коленях и растирает рану. Лекса стала подходить к ней ближе и заметила, что блондинка очень привлекательная, хотя она даже не видела толком ее лица. -Вам помочь? - спросила Лекса. -Да, конечно, если вас не затруднит, - ангельский голос с легкой хрипотцой заставил Лексу чуть пошатнуться, но она не обратила внимания на это и протянула руку блондинке. Та ухватилась за руку и резко встала так, что навалилась на Лексу. Лекса почувствовала теплое тело незнакомки, и все вылетело из головы. Она перестала думать о чем либо и лишь слабо улыбалась. -Ой, простите... - тараторила блондинка, - мне так неловко, спасибо вам. -Ничего, - ответила Лекса, - Вы в порядке? -О, да, конечно, - проворковала незнакомка, - спасибо еще раз, удачи, - она повернулась и пошла прочь от шатенки. Лекса так и стояла, смотря ей в след и улыбаясь. Вдруг что-то щелкнуло в ее голове, и она начала щупать задний карман на наличие кошелька. Конечно же его там не оказалось. Выражение лица Лексы мгновенно изменилось. Оно стало злым, а глаза загорелись яростью. -Стой! - Лекса побежала за девушкой. Та, заметив, что шатенка гонится за ней, тоже начала бежать. - "Черт, не стоило ее звать" - подумала Лекса. Они бежали пару кварталов. Здесь было сложно скрыться, так как каждый дом имел непосредственно свою территорию, и все было открыто для зрения. Поэтому единственным вариантом блондинки оставался бег как можно дальше. Но Лекса - коп, коп в хорошей форме, и она бежала намного быстрее бедной девчонки. Через пару минут Лекса нагнала ее и повалила на пол. Блондинка вскрикнула от неожиданности. Джейн же распирало от злости, она схватила девчонку за воротник левой рукой, а правой ударила по лицу. После она ударила еще раз на порядок сильнее, от чего на лице блондинки появилась кровь. Только она замахнулась, чтобы нанести третий удар, как снова услышала хриплый голос незнакомки: -Прошу... не надо, - всхлипывала девчонка. Вдруг она разрыдалась, из глаз текли слезы, а из рассеченной брови тонкой струйкой текла кровь. Лекса впервые за всю свою жизнь почувствовала себя противно за то, что кого-то ударила. Она била стариков, она била детей, она била больных. Но никогда она не испытывала сожаления за содеянное. Но, глядя на эту девчонку, ей стало не по себе. Почему-то она показалась ей самым чистым созданием на Земле. Шатенка встала на ноги и подняла блондинку, которая еле держалась на ногах. Она достала значок и показала незнакомке. -Ты арестована, принцесса.