Эпоха серебряного Лиса...

      Утром Нанами проснулась почти с рассветом. Она хотела потянуться, но тут же поняла, что её кто-то обнимает, а её лицо было прижато к мужской груди.        — Не шевелись, лежи спокойно, — послышался под головой голос Томоэ. С широко раскрытыми глазами, девушка визгнула и соскочила с кровати.        — Т-Томоэ? А что ты тут делаешь? — заплетающимся языком проговорила она. Лис привстал и раздражённо вздохнул.        — Вообще-то это мой дом и моя кровать, — прорычал Томоэ и встав с кровати, пошёл к выходу.        — Постой, я хотела поговорить с тобой, — не очень уверенно прошептала девушка. Беловолосый остановился. О чём это она хочет поговорить? Чтобы выпустить её?        — Томоэ, мне нужно вернуться. Ты же понимаешь, что я не могу остаться с тобой на вечно. У меня есть свои обязанности в своём мире, — белый хвост нервно метался из стороны в сторону, уши нервно дёргались. Лис вздохнул. Он так и знал. Повернувшись к девушке, он хотел сказать, что отказывается, но посмотрев ей в глаза снова замер. В кофейных глазах читалась мольба, а на концах виднелись слёзы. «Неужели она так хочет домой?» — эта мысль терзала Томоэ. Отказ ушёл куда-то глубоко, но отпускать её не хотелось.        — Томоэ… — голос Нанами вывел лиса из раздумий.        — Я отпушу тебя, но как мне быть уверенным, что мы ещё встретимся? — девушка растерялась. Что она могла дать? Его фиалковые глаза горели холодным огнём и Нанами почему-то захотелось растопить этот холодный и жестокий лёд. Неожиданно ей в голову залетела немного бредовая мысль. Она ведь может дать ему то, чего он не сделал с ней под той сакурой. Нерешительными шагами девушка подошла к демону и положила руки ему на плечи.        — А поцелуй подойдёт? — робко спросила кареглазая, а на её щеках расцвёл яркий румянец. Томоэ был в шоке. Он никак не ожидал, что она сама предложит поцелуй, пусть даже и в качестве договора. Одну руку лис положил ей на талию, а другую на затылок. Чуть нагнулся к ней и спросил:        — Ты точно уверена?        — Да, — прошептала девушка и чуть нагнулась ему на встречу. Губы Кицунэ были горячие и немного шершавые. Нанами закрыла глаза и завела руки ему за шею. Этот поцелуй… В этот поцелуй она старалась выложить всю свою признательность. Хотя это чувство было совершенно иным, шатенка не могла понять его. Поцелуй пришлось прервать из-за нехватки кислорода.        — Хорошо, я верну тебя домой, — тяжко проговорил Томоэ. Как бы ему не хотелось, но поцелуй — это их контракт, их договор. Это её обещание, что они ещё встретятся. Кицунэ осторожно взял девушку за руку, отчего та невольно вздрогнула, и переместил их.       Оказавшись в доме шатенки, Нанами отпустила руку демона и сделав пару шагов, как-то облегчённо вздохнув.Томоэ одновременно стало и обидно, и противно от того, что не отпускал её раньше. Ему больше нравилось видеть её улыбку, нежели измученное и безразлично лицо.        — Нанами…        — Что? — повернувшись, спросила девушка. Беловолосый в миг оказался возле Нанами и поцеловал её в лоб.        — До встречи, — прошептал он и исчез. Кареглазая почувствовала некую пустоту внутри себя, но не слишком обратила на это внимание. Вздохнув, девушка упала на кровать и закрыла глаза. М-да, утро выдалось весьма необычным. Особенно этот поцелуй! Нанами как ошпаренная села и прижав руку к губам, покраснела. Она… сама… поцеловала… лиса! От этой мысли хотелось выть, но на её же удивление: ей это понравилось! Решив не засиживаться дома, Нанами переоделась в кимоно цвета сакуры, а сверху одела чёрное хаори и завязала розовым поясом. Это конечно не особо отличалось от того кимоно, что она нашла у Томоэ, но её радовала та мысль, что это её кимоно.

***

      На рынке было как всегда людно. Кто-то о чём-то разговаривал, кто-то покупал продукты, вещи и т.д. Так же мимо проезжали купцы из разных стран. Нанами ходила среди людей и прилавков, оборачиваясь в разные стороны. Она пришла сюда в надежде увидеться с Юкиджи. И ей крайне повезло! Бардовоглазая шатенка стояла в нескольких метрах от неё и смотрела ей в глаза.        — Нанами, как я рада, что нашла тебя! — воскликнула Юкиджи и кинулась обнимать девушку.        — Юкиджи-сан, случилось что-то? — спросила кареглазая, заметив перемены в настроении подруги. Тем более она была одета во всё чёрное, а на сколько Нанами известно — Юкиджи не очень любит носить чёрное. Девушка предложила пойти к реке и всё ей там рассказала, даже то, что Нанами её сестра.        — Мне очень жаль. Но получается, ты моя сестра? — дрожащим голосом спросила Нанами. Юкиджи кивнула. — Но я много лет думала, что осталась совершенно одна. Как же так?        — Нанами, ты не злись на нашу мать. Поверь, она хотела забрать тебя, но когда узнала, что твоя деревня сгорела, скончалась через несколько дней. Я ещё не понимала тогда, почему же она умерла. Бабушка сказала, что из-за болезни, но на самом деле у неё были проблемы с сердцем.        — Подожди, но кто же тебе всё это рассказал? — не понимала Нанами. Они сидели прямо перед рекой и вода отражала их облик. Неожиданно шатенка заметила на дереве, что на другой стороне реки, чью-то тень, а когда она попыталась скрыться, то Нанами уловила отблеск серебристых волос. Но голос Юкиджи вывел девушку из раздумий.        — Мне это рассказал мамин хороший друг. Я его называю дядя, потому-что он просто заменил мне отца, — сказала бордовоглазая и сглотнула собирающиеся на глазах слёзы. Ей было больно вспоминать о их матери. И Момодзоно это прекрасно понимала. Она обняла сестру и улыбнулась.        — Не плач, Юкиджи, теперь мы вместе, — девушка улыбнулась и вытерев слёзы, обняла сестру в ответ. Нанами права. Они вместе, они нашли друг друга. На душе Юкиджи стало гораздо теплей. Ведь с чужими людьми она ведёт себя непринуждённо и спокойно, слушаясь дядю. Но с родными людьми она улыбчева, нежна и приветлива.       Просидев ещё так до вечера, девушки решили переночевать у Нанами, так как её дом ближе, а ночью могут выходить ёкаи на охоту.