Underground

…мир вдруг поблек, а через миг в воздухе пронесся яростный женский крик: — Кричер! Где ты, чертов эльф?! Я почувствовала резкий толчок и по инерции повалилась на пол, через миг ощутив на своей спине дополнительное давление. — Проклятый домовик, почему я должна тебя искать?! Девушка надавила сильнее, заставив меня противно пискнуть. — Белла, утихомирься. Раздражаешь. Ты же знаешь, этому старому мазохисту твои побои только в радость. К женскому голосу добавился ещё и флегматичный мужской, видимо и уговоривший эту Беллу убрать с меня ногу. Я облегченно вздохнула, присев и приготовившись дать отпор этой стерве, как вдруг в голове что-то щелкнуло. Кричер? Эльф?! Домовик!!! Да не, глупость же. Но беглый взгляд на ладони дал неутешительный результат. Вместо родных и привычных рук с кучей царапин и погрызенными ногтями передо мной предстали серые вытянутые пальцы, оканчивающиеся острыми когтями. Да не, глупость же. Я потрогала уши. Лицо. Шею. С удовольствием бы потрогала волосы и грудь, но… — Эй, что ты творишь? Я к тебе обращаюсь! Девушка толкнула меня ещё раз, снова опустив на пол. С такого ракурса она была одинаково похожа и на валькирию, и на объект, которому хотелось поцарапать лицо. Я выдохнула. Впечатление не изменилось. — Сказал же, отстань от него. — Не указывай мне, Сириус! Тут же, забыв про меня, она бросилась в другой угол комнаты, но сесть я не рискнула. В голове роились странные мысли. Да и само осознание: Сириус, Белла (Беллатриса?), Блеки? — это явно не то, чего ты ожидаешь от похода в магазин. И эта бабулька… « Скучно. Не забавляет ход вещей. Повеселишь.» …эта бабулька засунула меня в домовика. В чертового домовика! Даже не кажется, что всё очень-очень плохо. Потому, что тут и без воображения ясно. Мне срочно нужно повизжать, а потом упасть в обморок. Я же девочка. Вернее, старик. Домовик! — Белла, матушка тебя ждет. Позади себя я услышала ещё один голос, на это раз более детский и адекватный, что ли. Белла выскочила из комнаты, громко хлопнув дверью, а мальчишка подошел ко мне, протягивая руку. Значит, это и есть Регулус? — Она гостит у нас неделю, а мне уже хочется упрятать её в Азкабан! Да, что ты с ним возишься? Сам встанет. — Сириус раздраженно вскочил с кресла, подлетев к окну. Мальчик подернул плечами. — С ней что-то не так в последнее время. Раньше она никогда бы не… — Со всеми что-то не так. Она просто сумасшедшая, высокомерная сучка. — Сириус, она часть нашей семьи. Мы не должны… — С каких пор Блеки семья? В комнате повисла тишина. Сириус, долбанув кулаком по стене, направился к выходу. Регулус устало вздохнул и обратился уже ко мне: — Ты в порядке, Кричер? Что было довольно хорошим вопросом, на который у меня не имелось ответа. — Да, х-хозяин. И, — я неловко похлопала мальчика по плечу — не беспокойтесь. Всё наладится. Регулус вздохнул ещё раз. — Мне пора идти. Позовешь, когда обед будет готов. Обед, да? Ладно, побуду в шкуре домовика, пока не освоюсь. И потом тоже побуду. Ох. *** Кто-нибудь вообще знает, как колдовать, когда ты домовик? Потому, что я нет. Если кухню я попытки с третьей и нашла, то готовка… Ну, не то, чтобы всё было очень плохо, но… Я щелкнула пальцами. И ещё раз. И ещё. Пощёлкала в разных ритмах. Обеими руками и каждой по отдельности. Попыталась ногой. Пощелкала со словами «обедикус приготовикус», посетовав на незнание даже азов латыни. Полюбовалась тем, как прекрасно ничего не произошло. Может, я сквиб? И старушка оказалась не просто могущественной сумасшедшей, но ещё и живодером? С кем не бывает? Стало обидно. Бродя в поисках кухни я успела нафантазировать, как при помощи магии меняю мир, смещаю темного лорда и устанавливаю домовикократию. Название пока в разработке. Или наколдую себе тело прекрасной волшебницы. С грудью третьего размера, рыжими волосами и гетерохромией. А тут даже обед приготовить не могу. Эй, боги попаданства, если уж засунули меня не в Лили Эванс и не в великолепную чистокровную леди, а в домовика, то хотя бы мануал дайте. Ладно, придется древнейшему и благороднейшему семейству Блек обходится яичницей. — О, великое божество мироздания, пришли мне омлет с беконом. Щелк. Э-это и правда так работает? *** Не знаю какое влияние оказала найденная в библиотеке книжка по этикету, но Блеки по поводу пресловутого обеда ничего не сказали, молча приступив к его поглощению. Я же воспользовалась своим сходством с предметом мебели, чтобы, наконец, рассмотреть хозяев. Эх, это слово даже в мыслях звучит нелепо. Вообще, не знаю, насколько они сумасшедшие, но за столом все сидели чинно и преисполнившись собственного достоинства. Кроме Сириуса, который свалил, захватив еды и сказав напоследок что-то приятное родне. Хороший мальчик. Белла благосклонно поблагодарила меня за готовку и заговорила на отвлеченную тему, проигнорировав поведение кузена. А я задумалась над словами Регулуса: был ли тот приступ ярости чем-то обыденным? На самом деле, если бы сцены в гостиной не случилось, я бы сказала, что Белла и Регулус приятнейшие из людей. Беллатриса являла собой олицетворение очаровательной молодой женщины. В семейном кругу она предстала идеальной аристократкой: её движения и мимика причудливейшим образом сочетали в себе плавность, грациозность и ничем не прикрытую страсть. Одно только то, как она поправляла волосы и улыбалась Вальбурге… эх, будь я домовиком помоложе. Регулус же, хоть и не производил такого сильного впечатления, всё равно вызывал теплые эмоции. В нем чувствовалась сдержанность, некоторая замкнутость, но в то же время взгляды бросаемые им на семью переполнены были любовь и преданностью. Этакий милый младший брат, которого хотелось накормить и затискать. А ещё были Вальбурга и Орион и они пугали. Хотя вернее было бы сказать внушали трепет в колоссальных количествах. Вальбурга выглядела как железная леди, привыкшая всё держать под контролем. Она напоминала злодейку из диснеевского мультика про Золушку. Ту, у которой лицо погружалось в тень и только злобно полыхали зеленые глаза. Обожаю её. Уверена, старшая Блек умеет также. Орион же был. Этого не хватит, да? Ну, он был дельцом, не белым воротничком, а скорее начальником, вероятно, он был хорошим отцом, которому можно рассказать, что угодно, и, что было проблематичным, он был человеком абсолютно уверенным в собственном могуществе. От одного его взгляда по коже ползли мурашки. И всё же наблюдать за ними было неловко. Сейчас это была успешная, пусть и внутренне надтреснутая семья, но в будущем… В будущем от этого рода останется только тот, кого сами они выжгут с гобелена. Да и он погибнет, так и не продолжив линию ненавистной семьи. А некогда уважаемая и прославляемая фамилия растворится в истории, как и десятки других до и после неё. И, ох, кажется, я нашла свой квест главного героя.