новая жизнь

      Пак конкретно опаздывал. Чонгук прислал ему сообщение с адресом больше получаса назад, а он до сих пор стоит в пробке и ни позвонить, ни отправить смс-ку, оповещая его о случившемся происшествии, ибо зарядка на телефоне, как ни к стати, села, обрывая связь омеги с внешним миром. Чимин волновался, ведь опаздывать очень не любил. А опаздывать на свидание с Чонгуком он считал чем-то неимоверным, поэтому нервно теребил замок своей куртки и оглядывался по сторонам, пытаясь увидеть, есть ли хоть какое-нибудь движение. Но тщетно. Да и таксист-бета, судя по отсутствию запаха, молчал, не молвясь даже одним словом. Омега не знает, сколько он просидел в этой толкучке машин, но когда такси все-таки тронулось, Чим облегченно выдохнул, прося водителя поторопиться, потому что спешит безумно. Минут через 10 машина подъехала к какому-то небольшому, но красиво украшенному афишами, зданию, главная светящаяся надпись которого гласила « КиноТеатр ». Чимин поспешно расплатился, поблагодарил и вышел из машины, озираясь по сторонам и пытаясь найти в толпе знакомый силуэт. Омега краем глаза замечает, как к нему движется какой-то парень, злобно сжимая кулаки и поджимая свои губы. Чимин ойкнул, когда Чонгук схватил того за запястье, приподнимая вверх и вглядываясь в глаза напротив.  — Ты, блять, где носишься? — прошипел альфа, не сдерживая своих инстинктов и сильно сжимая хрупкое запястье омеги, отчего тот тихо пискает, поднимая напуганный взгляд, — тебя что, не учили предупреждать или еще чего, м? Альфа жутко зол, ибо волновался очень, переживал, места себе не находил. А отключенный телефон омеги, из-за которого он не мог связаться со своим парнем, раздражал сильнее. Он успел надумать себе всего всякого и уже собирался позвонить в полицию, потому что страх за этого ребенка оковал его и заставлял нервно кусать и так искусанные обветренные губы, и терпеливо ждать. А вдруг придет. Пока Чимина не было, Чон успел подумать, что Пак решил бросить его таким способом. Уйти по-английски, так сказать. Но он бы не отпустил его так просто: если уйдет — достанет из-под земли. И плевать, сколько сил и денег ушло бы на поиски. А когда все-таки заметил подаренную им же шапочку в толпе, сразу же направился к ее обладателю, ничуть не сомневаясь, что это его омега. И сейчас альфа стоит перед Мином, шипя сквозь зубы и причиняя боль, совсем не замечая того. Но когда омега всхлипывает еле слышно, Чон будто бы просыпается и прижимает к себе парнишку, чувствуя его дрожь всем телом. Чимин сразу же утыкается носом в воротник куртки альфы и всхлипывает уже громче, не стесняясь своих омежьих порывов и ища успокоения в таких нужных ему сейчас объятиях любимого человека.  — Чиминни, — Чонгук спокойно поглаживает омежку по спине, успокаивая его и ругаясь на самого себя, — прости. Прости, пожалуйста. Я так переволновался, блять. Знал бы ты…  — Все хорошо, — совсем шепотом произносит Мин и обвивает шею Гука руками, прижимаясь вплотную, — я в пробке застрял, а на телефоне зарядка села. У водителя постеснялся спросить, подумает еще, вдруг маньяк какой, — усмехается неловко, поднимая голову и встречаясь с темными глазами, — ты не замерз тут, пока ждал меня? Чонгук улыбается в ответ, вытирая свободной рукой выступившие слезинки с покрасневших щечек, и проговаривает:  — Если только чуть-чуть, не переживай по этому поводу. Меня спасли связанные тобой варежки, — альфа продолжает улыбаться, — и сеанс наш, кстати, мы профукали, поэтому давай пропустим кино и отправимся на следующее место? Чимин кивает в ответ, соглашаясь и мысленно подмечая про себя, что за эту оплошность обязательно отплатит каким-нибудь образом. Он-то уж придумает, как можно обрадовать своего альфу, который-то на самом деле рад любому подарку, если его дарит Чимин.

***

 — Здесь так красиво, — восхищается Чимин и садится на любезно выдвинутый альфой стул, кивая в знак благодарности и смущенно улыбаясь. — Ты так подготовился, что я чувствую себя немного неловко. Чонгук на это лишь улыбается уголками губ и садится напротив, подавая меню и раскрывая свой же. Чимин теряется: столько разнообразных блюд, от которых слюнки текут рекой, он никогда раньше не видел. Нет, конечно, он ходил в кафе с другом, который сейчас в штатах учится, но в ресторанах не был никогда. И сейчас омега не знал, что ему выбрать и как вообще поступить, потому что знал с деньгами у них проблемы были. Гук, заметив сомнения омеги, накрыл его ладошку своей, слегка сжимая ее и обращая внимание на себя, заставляя посмотреть в глаза.  — Заказывай все, что хочешь. И не волнуйся насчет денег. Сегодня я угощаю. Договорились? Мин неуверенно прикусил нижнюю губу, раздумывая над словами альфы, а после слабо улыбнулся в ответ, давая понять, что он ему доверяет. Поэтому выбирает себе карамельный латте и какой-то десерт, название которого прочитать не может, отчего произносит его скомкано и смеясь со своего же диалекта. Чон же смеется вместе с Паком, заказывая себе только кофе, оправдываясь тем, что сладкое не очень любит, а еда из ресторана не заменит вкуснейшую домашнюю еду омеги. Вечер проходит в уютной обстановке. Чимин рассказывает Чону новости, произошедшие за последние несколько дней в универе, при этом активно жестикулируя и смеясь с некоторых « особых » личностей. Гук улыбается только и слушает внимательно, стараясь запомнить все то, что так активно ему вторит Чимин и наблюдает за тем, как тот смущенно поджимает губы от слишком пристального взгляда альфы.  — Перестань на меня так пялиться, блин, — бубнит Мин, не выдерживая очередного взгляда и бегая глазами-щелочками по столу, лишь бы не смотреть в такие притягательные глаза, которые манят к себе своей теплотой и искренностью.  — Ну как же я не могу пялиться на моего маленького человечка? — смущает больше Чон и пододвигает тарелку со съеденным десертом к краю, перетягиваясь через весь стол и шепча слова прямо в губы Мина, — от тебя так пахнет приятно, я прям не могу. Чимин ошарашено выдыхает, вспоминая, что по подсчетам с последней, как оказалось, ложной течки прошло чуть больше 3 месяцев, а значит настоящая течка должна была начаться не скоро. Поэтому Пак смотрит в глаза альфы, замечая в них искрящуюся задорность и влечение, отчего сжимает свои ладошки в кулачки и судорожно выдыхает. Чонгук пододвигается ближе и прижимается своими губами к губам омеги, оставляя невесомый поцелуй, а после присаживаясь за свой стул обратно. Довольная улыбка расцветает сразу же, потому что от действий альфы Чимин отводит взгляд в сторону и улыбается умильно так.  — Спасибо тебе, Чонгук, за этот вечер, — спустя пару минут молчания, Мин набирается смелости и вновь возвращает контакт с глазами парня, — мне было очень хорошо, правда.  — Я очень рад, что тебе понравилось, мой маленький, — покрасневшие кончики ушей омеги вызывают очередную улыбку, из-за чего Чонгук не сдерживается и сам же хихикает тихо, по-детски так. — Последний пункт — прогулка. Куда хочешь сходить? Чимин обдумывает слова альфы пару минут, а после встает из-за стола и подходит к Гуку, беря его широкую ладонь в свою.  — Пойдем домой? — просит омега, — я знаю, что ты очень устал за сегодня, потому что даже ночью тебя в квартире не было. Тебе нужно отдохнуть, — и смотрит так умоляюще в любимые глаза, в которых плещется забота, каждый раз тоня в них. Чонгук смотрит в ответ и сжимает в ответ теплую ладонь, соглашаясь с омегой и решая, что ему действительно нужно отдохнуть. Поэтому, расплатившись за еду, парни выходят из ресторана и не спеша идут по заснеженному тротуару, уже совсем тихо переговариваясь и боясь нарушить такой милый момент. Омега безумно рад тому, что смог уговорить своего парня и теперь был горд собой. А еще очень счастлив. Ведь Чон делает все это ради него: старается, трудится изо всех сил, чтобы у малыша все было как у всех, потому что взял ответственность на себя перед его родителями. И подвести их не хотелось совсем.