Особый подарок

      Занзас недовольно поглядывал на часы и ходит туда-сюда мимо двери в комнату, ожидая, когда его спутник, наконец, выйдет и тот вскоре появился, посмотрев на брюнета с лёгкой усмешкой. – Заждался уже, да? – проговорил он и направился вместе с парнем в сторону зала. – Да уж, заждался, но оно того стоит, ты прекрасен, Скуало. Я никогда не замечал, что у тебя волосы чуть ниже лопаток, – Занзас внимательно посмотрел на блондина, а тот лишь пожал плечами и ответил: – Просто я их не укладывал и они немного всё время торчали, что визуально делало их короче, да и ты ведь раньше не так много внимания на них обращал. – Ну, да, согласен, – кивнул Скарианни и стал смотреть перед собой, поймав себя на том, что он слишком явно пялится на Суперби. Но тот, и правда, был великолепен, никто не осмелился бы сказать, что ему всего пятнадцать.       Они прошли в зал, и Занзас на время покинул Скуало, отправившись к отцу. Подойдя к мужчине и прихватив по дороге два бокала вина, он подал один Тимотео и усмехнулся. – Прекрасный вечер, правда? – Да, мальчик мой, только вот не все гости пожаловали. Я приглашал нового босса Варии, второго императора мечей, а он, видимо решил проигнорировать моё приглашение. Хотя я бы очень хотел увидеть того, кто убил Тира в честном бою, используя только правую руку. Да и его семья, говорят, не уступает по силе никому из нас, – проговорил мужчина, чем вызвал заинтересованность своего сына. – А они точно не пришли? – уточнил брюнет, осмотрев зал, заодно пытаясь найти Скуало. – Не знаю, но об их приходе мне не докладывали, – честно ответил Девятый, улыбнувшись сыну. Тот кивнул и, поклонившись, направился искать блондина.       Скуало, оставшись один отошёл к окну и стал наблюдать за всеми, сложив руки на груди. Он чуть усмехался, понимая, что все эти приёмы ничего не значат, всё равно на них никогда полностью правду тебе никто не скажет. Парень отвлёкся на мгновение и вдруг осознал, что находиться в чьих то объятьях. Но стоило ему отстраниться, как Суперби и сам обнял парня за шею. – Луссурия! Ты здесь, какими судьбами? – поинтересовался он, прикоснувшись к чёрным вьющимся локонам друга. Тот улыбнулся и ответил: – Тебе прислали приглашение на этот приём, и я надеялся тебя здесь встретить. Куда ты пропал? – Меня мать продала и теперь я собственность Занзаса Скарианни, пока он не даст мне волю, – он говорил это совершенно спокойно, не поддаваясь лишним эмоциям и просто посмотрев на парня, который в свою очередь задумчиво смотрел в окно. – Эй, с кем это ты любезностями обмениваешься? – поинтересовался брюнет, подойдя к Суперби и обняв его со спины. Тот вздрогнул и попытался вырваться, но поняв, что это бесполезно, ответил: – Это Луссурия Вольф. Он мой зам в семье, верный друг и помощник. Я без него никуда, – Занзас кивнул и протянул парню руку, всмотревшись в его глаза. Вольф пожал его руку и проговорил: – Вы, я так понимаю, Занзас. Что ж, буду Вам очень признателен, если Вы проявите благородство и отпустите его. Нам без Скуало не очень хорошо, – брюнет вдруг оскалился, в его глазах снова загорелся тот дьявольский огонёк. – Я не отпущу его, пока сам того не захочу. Ну а сейчас, мы пройдём в гостиную, там поговорим спокойно и без посторонних. Расскажете мне, в какой семье состоите, а то моё любопытство не даст мне покоя, – сообщил Скарианни и отпустил блондина, отступив на шаг. Суперби кивнул другу, мягко ему улыбнувшись, но после глянул в окно и ужаснулся, повернувшись к брюнету. – Занзас, осторожно! – вырвался его крик, и блондин повалил парня на пол. В этот момент раздался приглушённый выстрел и звон разбитого стекла. Все обернулись к месту, где лежали парни. Женщины с ужасом отступили, приобняв детей. Луссурия же приложил руку ко рту и развернувшись, посмотрев в ту сторону откуда стреляли. Заметив уходящего, он ловко выпрыгнул в окно, перебравшись на дерево и оттуда спустился вниз, помчавшись за стрелявшим. – Братик, Скуало-кун! – подбежал к ним Савада, опустившись на колени, вытирая слёзы.       К парням подошёл Тимотео и взял Цуну на руки, погладив его по голове и закрыв глаза. – Тише, Цуна-кун, всё будет хорошо, – прошептал Девятый и посмотрел на Иёмицу с злостью в глазах. – Позовите доктора, пусть поможет им, – приказал Тимотео и ушёл к себе, забрав Цуну. Савада лишь усмехнулся и прошипел: – Ну, простите, что не смог уберечь этого выродка.