Мир для двоих

Вечерние лучи солнца приятно освещали маленькую комнату. Их свет был и не ярким, и не тусклым, это создавало уютную и теплую обстановку. Чон не спал. Он смотрел в потолок, в одну точку, и только изредка поглядывал на спящего омегу, который чуть слышно сопел и причмокивал губами. На это альфа лишь мягко улыбался. На секунду Чон почувствовал себя счастливым, но лишь на секунду. В коридоре громко застучали по дверям, оповещая, что тихий час закончился и время полдника. Когда с грохотом постучали в их дверь, омега резко встрепенулся, чуть не упав с кровати, от испуга. ─ Успокойся, теперь тебя будут будить либо так, либо ором под ухо, ─ ухмыльнулся альфа, ─ пошли за полдником. Альфа встал с кровати и встал около двери, дожидаясь Пака. Тот еле как встал, после глубокого сна он почти не соображал. Его внешний вид заставил улыбнуться альфу. Волосы омежки торчали в разные стороны, как у домовенка, глаза все еще слипались, а на щеке на пару с синяком красовался четкий след от подушки. Чон одним движением подхватил руку омеги и крепко сжал ее, отчего Чимин покраснел и попытался вырвать свою ручку из его руки. ─ Успокойся, я тебе ничего не сделаю. Это, чтобы тебя другие не тискали. Здесь такое любят проворачивать с новичками, ─ слегка укоризненно произнес Чон, поднимая руку омеги. Подойдя к столу раздачи, парням вручили по яблоку и по коробочке сока. ─ Хен, что это за место? ─ тихо спросил омега, также держась за руку альфы. ─ Тебе не сказали? Чимин отрицательно покачал головой и посмотрел на Чонгука. ─ Черт! ─ выругался альфа, ─ ты только не расстраивайся, сказал Чон, заходя обратно в комнату, ─ это детский дом. От слов Чонгука в душе омеги что-то оборвалось и начало рушиться. От этого чувства ком горечи подкатил к горлу Пака, не давая ему нормально дышать, слезы сами по себе катились крупными алмазами, оставляя после себя влажные дорожки. Его бросили. Все кто был хоть как-то дорог ему. Сердце разрывалось от боли. Чимин обессилев сел на колени, продолжая реветь. Рука альфы все еще сжимала маленькие пальчики омеги. От такого зрелища альфе захотелось крепко сжать маленького Пака, на которого обрушилось одно из испытаний судьбы, в крепких объятьях, но он ничего не мог сделать, тело, словно окаменело. Спустя какое-то время Чимин успокоился, но не мог придти в себя. Чонгук, подхватив омегу за хрупкие плечи, довел его до кровати, усадил, а сам сел перед ним на корточки. ─ Успокоился? ─ спросил Чон, посмотрев на заплаканное лицо омеги. Но стоило их взглядам встретиться, как по щекам Чимина вновь побежали слезы. От этого душераздирающего представления, Чонгук улыбнулся печальной улыбкой и нежно потрепал омегу за волосы и направился в сторону двери, взяв яблоко. ─ Я сейчас, ─ проронил Чон и вышел из комнаты. Вскоре Чон вернулся с тарелкой, на которой аккуратно были разложены дольки яблока в форме кроликов. Сев так же на корточки перед Паком, альфа протянул одну дольку ко рту омеги. Чимин удивленно посмотрел на альфу. ─ Что смотришь? Ешь давай и успокаивайся, ─ улыбнулся Чон. ─ С-спасибо, ─ заикаясь, пробубнил Пак, ─ что же мне теперь делать, хен? ─ Все будет хорошо, ─ убедительно сказал Чонгук, жуя яблоко, ─ теперь у тебя есть я, а у меня ты. ─ Но, хен… ─ Если ты боишься, что здешние будут тебя задирать, то не бойся. Я защищу тебя, ─ перебил Чон, трепля младшего по голове. Долька яблока выпала из рук Чимина и с глухим звуком стукнулась о пол. Всего секунда, и шею Чона обвили руки Чимина, а сам омега прильнул к крепкой груди старшего. ─ Спасибо тебе, хен, ─ прошептал на ухо Гука Чимин. ─ Только ты не забывай, что я тоже альфа, ─ спокойно сказал Чон. ─ Конечно, хен! ─ вскрикнул Пак, отстраняясь от альфы и тут же краснея от своих действий, ─ Чонгук, ты хотел провести мне экскурсию по этому месту.