I'm creeping in your heart

Чонгук до сих пор не понимает, почему Югём согласился на его просьбу и пошёл на это извращение: будь Чон на его месте, давно бы протрезвел и дал по морде шутнику, но. Вот он, Ким Югём – одногодка и местная звезда с факультета управления – лежит под ним почти раздетый и смущённый донельзя, и вообще-то тоже альфа. На самом деле, Чонгук в глубине души признателен Юнги-хёну, который в «Правде или желании» загадал ему нагнуть альфу со своего курса. Ведь по слухам Чонгук весь такой нагибатор и всех омег уже перепробовал, даже беты по нему текут – альф для полного счастья не хватает. В то время, как реальность, вообще-то, совершенно отличается. Лишь избранные знают, что Чон Чонгук святая простота и божий одуванчик, и единственный его грешок был в том, что на особей другой принадлежности никогда не засматривался, а вот на альфу Югёма очень даже, который на альфу, на самом-то деле, тянул не очень – разве что ростом. Чонгук мальчик порядочный, потому свои грязные мыслишки держал при себе, пока Юнги на всю столовку не объявил о своём желании, да так, что и тот самый факультет управления тоже услышал. И вот тут-то в голове Чона и перемкнуло. Потому что, ну кто что ему сделает, если вся эта гомосятина интерпретируется как игра? Да все только уважать больше начнут, хотя в любой другой ситуации это бы расценивалось далеко не положительно. Правда, что будет после того, как желание будет выполнено, Чонгук придумать не успел (он никогда особой сообразительностью не отличался), но свою главную задачу – всеми способами затащить Югёма в постель – уяснил хорошо. И, что самое интересное, ему это удалось. Чудом ли, везением или какими инопланетными силами, но после пяти алкогольных напитков (Чон не придумал ничего лучше, кроме как предложить сходить в клуб «подцепить тёлочек») Югём на ногах с трудом стоял, а вот либидо повысилось сильно. И, когда Чонгук зажал его у стены почти на самом выходе, совершенно не сопротивлялся. Большая часть алкоголя выветрилась из головы обоих на пороге квартиры Чона, но Югём не возражал даже тогда, когда Чонгук затащил его в спальню и повалил на кровать, нависая над ним. Ким лишь раскраснелся и стал немного зажиматься, совершенно по-омежьи, и Чонгук на минуту завис, прокручивая в голове разные варианты развития следующего дня, но тут же забил на всё, когда Югём шёпотом позвал его и схватился за молнию чоновских брюк, приглашающе раздвигая ноги. Чонгук подумает обо всём утром. А утром Югём, запинаясь и краснея, признаётся ему в любви.