R - значит Роскомнадзор

Двадцативосьмилетний Борис Константинович в отдел этот вызвался сам. Заинтересованный в карьерном росте и прельщенный благородством цели, он искренне рвался за эту должность. Попав-таки в руководство, решил показать сотрудникам себя во всей красе, и наравне со всеми принялся вчитываться в горы текста. И, совсем неожиданно для себя, увлекся. Когда-то давно, в детско-юношеские годы, читать Борис любил. Только благодаря дворовым пацанам ему удалось вырасти не книжным червем. Теперь, спустя столько лет, интерес неожиданно вернулся и многократно возрос. Выбирая следующий текст из архива на проверку, мужчина украдкой пролистывал "шапки" работ, выбирая что поинтереснее. Чаще всего курсор мышки тянулся к работам про "мир меча и магии". Первые недели две работа дарила наслаждение на все сто. В отличие от сотрудников, специально подобранных в этот отдел и имеющих соответствующую подготовку, чтобы судить о уровне текстов, Борис был мужчиной обычным. От хорошо сбалансированных мечей приходил в полный восторг и никакие небольшие неровности сюжета его не смущали. А потом архив постепенно стал сужаться под их плотным кольцом натиска РосКомНадзора. Выяснилось, что первые дни он по счастливым обстоятельствам избегал того, что творилось в восьмидесяти процентов всех работ. А творились там гомосексуальные отношения. Сначала Борис пытался выбирать так, чтобы наткнуться на описание двух девушек. Два дня ему это удавалось. Потом такие работы стали попадаться все реже. Потом перестали попадаться вообще, за небольшими редкими исключениями, и Борис Константинович перестал их искать. Мужчина с грустью пролистывал страницы, когда понял, что повествования о японской анимации даже с гетеросексуальными отношениями, ему совершенно не интересны. Курсор снова потянулся к жанру фэнтези. На этот раз Борис прибегнул к другой уловке. Едва наткнувшись на описание взаимоотношений двух юношей, он пропускал изрядные куски текста и снова начинал читать спустя пару абзацев. -Борис Константинович! - в дверном проеме стояла Аллочка и смотрела на него весьма недовольно. -Я же просил, просто Борис. Внутренне мужчина весь сжался. Девушка младше его всего на год чем-то до ужаса напоминала школьную учительницу начальных классов. Смотрела, по крайней мере, точно так же. -Вы только что отметили как "хороший" фанфик с детальным описанием юношеского полового органа во время мастурбации! Борис такого не припоминал, и, видимо, Алла догадалась об этом по его лицу. Она обогнула его стол и пару раз щелкнув мышью вывела фанфик на экран. "Обычный старшеклассник после сильной грозы попадает в мир эльфов и учится стрелять из лука. А , ну да, полчаса назад читал" - вспомнилось мужчине. О том, что в трех пропущенных отрывках могло скрываться такое , он даже не думал. Просто читать о том, как он часто вспоминает некого эльфа и думает о нем, было неприятно и скучновато. А два весьма невинных поцелуя за порнографию не считались. Теперь, под гневным взглядом Аллочки, краснея, приходилось читать фанфик во второй раз, теперь уже с пропущенными отрывками. Борис сглотнул. -Да, ты права. Я что-то совсем не заметил. Алла Николаевна кинула на него последний укоризненный взгляд и удалилась из кабинета начальства. Борис снова посмотрел на открытый на самом интимном месте фанфик. Как только он остался в кабинете один, прежняя неловкость поубавилась. Теперь читать его было и в половину не так стыдно. Тем более, что Борис, даже в юношеские годы, делал это совсем не так, как описывалось в тексте. Перечитав описание еще раз и немного похихикав над автором, Борис со спокойной душой отправил произведение к изъятым. Теперь мужчина решил для себя, что пропускать куски текста больше не будет. Перед подчиненными позориться больше не стоит, да и не такими уж страшными оказались эти пропущенные отрывки. Уж он-то переживет.