Метанол с никотином

Создавалось под: Safura — Drip Drop. Ага, и на повтор для желающих в течении главы Ей сейчас хотелось бы исчезнуть. Оказаться песчинкой или крошкой от печенья под сидением, лишь не быть замеченной Агрестом. Укутавшись в свой длинный черный кардиган и куртку, девушка наблюдала, как длинные пальцы парня включили обогреватель. От автомобиля веяло холодом, ведь машина не успела как следует прогреться. Он нахально схватил её и увёл из родительского дома… А вообще, чего она ожидала? Совсем безрассудно хватается за любого, кто проявит к ней снисходительность, ведь все от неё отвернулись. Разве это не типичная защитная реакция обычного подростка? Так зачем возмущаться? Её внутреннее «Я» смотрело на неё со стороны с приторно-сладкой улыбкой и поднятыми вверх пальцами. «Молодец, Маринетт, добилась результата. Он сейчас отвезет тебя на край леса и закопает». И это было бы разумно и логично с его стороны. Нельзя быть такой надоедливой. Сейчас в ней противостояло много личностей, которые твердили лишь одно: молчать как рыба. Нельзя просто так возникать. Это были просто кошмары. Просто полёт ее фантазии. Наверное. Она до сих пор не уверена. Ей хотелось превратиться в бабочку и убиться о матовое стекло иномарки. За окном сменялись вывески витрин и всё казалось не таким уж страшным, всё, кроме весомой, тянущейся тишины в салоне. Маринетт невольно перевела взгляд исподлобья на не-до-брата. А так вообще можно?.. Его профиль выражал абсолютное спокойствие. Он уверенно вёл автомобиль, переключая передачи, наблюдая за датчиками на панеле. Даже ранее, когда он возил её в школу, брюнетка не уделяла особого внимания дизайну его машины. Но находясь в удобном сидении, прогреваемом новой супер-пупер печкой, с таким водителем… Она уже согласилась на неизбежное разглядывание всего вокруг. Всё казалось таким новым, непривычным. Отцовский мини-купер по сравнению с этой «малышкой» выглядел просто крупинкой автомобильного автопрома. Не то чтобы Маринетт критиковала, но… у неё есть возможность насладиться поездкой. И тут до Маринетт дошло — она так и не спросила куда они едут. И это так смутило девушку, что она повернулась к водителю, открыла рот, в надежде что-то сказать, и… закрыла. Адриан перевёл на неё взгляд, насмешливо приподняв одну бровь. Вот бывает, когда уже по поведению знаешь, что собеседник — конченный ублюдок и нахал, так вот, это именно тот случай. Сколько Маринетт помнит, таким было его обычное поведение. Странно, что она не учла это, когда сама тянулась к нему за поцелуем. Найс, Маринетт. Продолжай быть в неведении. — Нам проблемы ни по чём, у нас лица кирпичом? — едва слышно начала брюнетка, но затем заткнулась. Он вообще расслышал её шёпот-писк? И это звучит так жалко. Как будто гавканье чихуахуа. «Дожилась, сравниваю себя с собачонкой…» Он не ответил, резко крутанув руль налево. Девушка вжалась в сидение, ударившись плечом. Тихо айкнув, Маринетт нахмурилась. На лице Адриана — ни капли изменений. — Эй, ты, — грубее заговорила Дюпен-Чэн, поражаясь его наглостью. Это уже считается за похищение, ублюдок! — Куда ты меня везёшь? Её насторожило, когда автомобиль сбавил ход и припарковался у обочины. Настойчиво смотря на своего «похитителя», она заметила секундную ухмылку Агреста. Он выглядел безумцем. Безумцем, который рассматривает какое-то инопланетное существо, диковинку, которую ни в коем случае нельзя спугнуть. Он внимательно изучает синюю радужку её глаз, замечая каждый блик. А они красивые. Да, он признался, довольны? — Имеешь что-то против? — он слегка наклоняется к ней, прикусывая свою губу. А его собеседница вообще дышит?.. — Маринетт? Едва слышно, буквально по слогам выделяет её имя. Третий раз за день. Третий раз за жизнь. Готовьте ей гроб вне очереди. — А ну иди сюда, — снова облокачивается на своё сидение, тянет брюнетку за руку. — Сядь на меня. Её брови сходятся на переносице от недоумения. — Прости?.. — Сядь на меня, — парень тянет её за кардиган, осторожно усаживая ошарашенную Маринетт себе на колени. — Вот так-то лучше. Почему лицо Дюпен-Чэн посинело? — Так, дыши, — когда он научился так спокойно и размеренно отвечать? Что за уверенность в его голосе? Что за манипуляции? — Ох, — он утыкается носом в ключицу Маринетт. Которая тем временем буквально пыталась не растечься по салону автомобиля. Которой и так неловко. Что он творит, чёрт бы его побрал? Глаза девушки медленно закрываются. Не смотря на то, что ночь оказалась сумасшедшей, а сон не таким уж и правильным, она чувствовала усталость. И даже бешенный ритм сердца не смог предотвратить её сна. Парень откинулся на сидение, когда голова девушки опустилась ему на плечо, а её веки сомкнулись. Заблокировав двери иномарки, не желая тревожить сон этой чудачки, которая ни с того ни с сего просто взяла и уснула посреди дня, Адриан достал из кармана телефон. Казалось, что время застыло, потому что высветилось всего два новых сообщения. Одно гласило о том, что Алья снова шантажирует парня их общими фотографиями, а второе было… именно от того человека, которого он никогда не хотел видеть в своей жизни. [Скоро на твой счёт перешлю ежемесячную нужную сумму. Всё в порядке?] А он и забыл, что её лишили родительских прав, но не обязанности обеспечивать его. И от этого становилось так гадко. Он никогда не отвечал на её сообщения, как когда-то поступила она, проигнорировав в такой ответственный переломный момент. Он погладил по тёмным волосам Маринетт, которые волнами рассыпались по спине. А он и забыл, что она впервые при нём с распущенной прической. Это выглядело забавно. Ей хотелось, чтобы каждую ночь к ней приходил Мерлин с единорогами. Но сейчас она в своём воображении предстала в пышном белом платье, танцуя под красивую нежную музыку в каком-то бесконечном пространстве, покачиваясь в такт, будто делает то, что знает уже много лет. Ей никогда не нравился балет. Он был для неё слишком скучный, не нестоящий, так что она, как могла, уклонялась от походов туда с классом. Не нужно ей терять времени на это. Но сейчас она сама исполняла что-то этого рода, не представляя откуда это взялось. Танцуется и танцуется. Но эта музыка… Она уверена, что ни разу не слышала её. Так откуда?.. Она просыпается, оказываясь в том же салоне автомобиля. Удивление? Да не то слово! На улице темно, трасса, а Адриана рядом нет. Она потирает глаза, понимая, что в любом другом случае её накроет истерика. Водить-то она не умеет. Приглаживает волосы, застёгивает кардиган и куртку, всматриваясь в темноту. Ну как темноту, лишь пустынный горизонт. И, почему-то, Маринетт уверена, что до города миль 20, судя по времени, сколько они ехали сюда. Она пытается нащупать в кармане телефон, но её глаза резко округляются — святой вещи просто не обнаруживается. — А это уже не смешно, — продолжает рыться, когда дверь резко открывается и в салон запрыгивает уже знакомый её не-до-брат, улыбаясь во все 32 зуба. И прямо руки чешутся ему их выбить. — Пойдем со мной, — его спокойный тон мгновенно тушит её с головой. Он такой умиротворённый. Выводит из машины, присаживаясь на капот, приглашая сесть туда девчонку. Вокруг ни единого знака о существовании людей, будто это скачек во времени, где никого другого просто не существует. А небо красивое. — Видишь ковш? — парень демонстративно указывает пальцем куда-то вверх. — Арабы говорили, что это женщины несут гробы. А вавилонцы убеждали их, что это три коня и колесница украденная сбегающей невестой, представляешь? Море глубокой, тёмной тишины заставляло расслабляться. Нежные тона ночного неба… Это было романтично. Пока Адриан показывал свои знания по астрономии, Маринетт… А она его слушала. Да так внимательно, что и сама убедилась в своем низком IQ. Агрест смотрел на неё, точно зная, что попал конкретно. Нужно её защитить. Потом он притянул её к себе и поцеловал под звёздным покрывалом, не переставая поражаться соб­ственной «везучести». ᅠ ᅠ ᅠ ᅠ ᅠ