Драбблы Руфус/Рено

Рено тридцать один. Как бы он ни выглядел, в тридцать один ему, еще и раненному, прыжок с платформы на вертолет дается с трудом. Может, не будь он ранен, мысли о возрасте бы и не появилось, но, когда он приземляется на правую ногу, это отдается болью в раненный бок, и он, не удержавшись на ногах, падает на колени, цепляясь за сидение, Рено думает о том, что слишком стар для этого дерьма. Рядом вскрикивает Аэрис, значит, Ценг её нашел, и они могут улетать. - Рено? - Ценг хмурится, глядя на кровавое пятно на рубашке Рено, но тот машет рукой, пытаясь показать, что он в порядке, хотя он совсем не в порядке, но сейчас это не важно. Ценг что-то говорит, уже не ему, и Рено пытается понять, что, но не может. Он вообще с трудом может разобрать что-то, кроме шума вертолета, да и тот становится каким-то глухим, как будто Рено надел наушники, но он точно этого не делал. Перед глазами плывет, и Рено сползает на пол, пытаясь удержаться за сидение, но рука соскальзывает, и вот он уже смотрит куда-то вверх, видит мелькающие где-то там, снаружи огни сектора семь, а потом склонившегося над ним Ценга, который, наверное, что-то Рено говорит, но он все так же не разбирает, что. Рено думает, что умереть вот так - это как-то глупо. А еще что Руфус наверняка разозлится. Получится, что Рено соврал ему, а Руфус не любит, когда ему врут, а ведь Рено говорил, что умрет за него, а умирает за идиотские причуды старика Шинры. И совсем внезапно думает, сколько людей совсем скоро тоже умрет, и виноват будет он... А еще Рено думает о том, что ему жутко больно. - Боль скоро пройдет. Не бойся, все будет хорошо. Это точно голос Аэрис, и он точно слышит его у себя в голове. Рено моргает, пытаясь сфокусировать взгляд, но видит только тусклые цветные пятна. - Засыпай, ты будешь в порядке. И боль действительно проходит. Он не уверен насчет той части, где все будет хорошо, но, по крайней мере, ему уже не больно. Рено тридцать два. Он сидит на краю больничной койки и держит Руфуса за руку. Тот смотрит в окно, туда, где в небе черным пятном висит метеор, и Рено чувствует, что он хочет что-то сказать, но почему-то не решается. - Вы когда так молчите, босс, только хуже становится. Руфус поворачивается к нему и хмурится. - Ты же понимаешь, что тоже можешь идти, как и остальные? - Да, сэр. - Тогда почему ты все еще здесь? - Вы меня выгоняете? - Нет... просто... - Поэтому я все еще здесь. У меня, кроме вас, никого нет, босс, и я бы не хотел оказаться где-то еще. Руфус чуть сильнее сжимает руку Рено, и негромко просит: - Тогда не уходи вообще, ладно? Его голос немного дрожит, и Рено вместо ответа укладывается у него под боком - места мало, ему неудобно, но потерпеть можно. Руфус рассеяно гладит его по волосам, а Рено думает о том, что, возможно, совсем скоро они умрут. И вообще все умрут. Но почему-то эта мысль его не беспокоит настолько, насколько должна была бы. Рено тридцать три. Руфус старательно не смотрит ему в глаза и тихо говорит: - Не повезло тебе со мной. И в его голосе столько усталости, что Рено хочется кого-нибудь убить. Вот просто так. Виновных тут все равно искать бесполезно, поэтому ему хочется просто сделать кому-то больно. Но вместо этого Рено улыбается и опускается на пол у ног Руфуса. - Да ладно вам, сэр, все обойдется, вот увидите, - у него это выходит бодро, возможно, даже излишне бодро. Руфус окидывает его задумчивым взглядом. - Знаешь, меня это в тебе всегда поражало. - Что? - Ты улыбаешься, что бы ни случилось. Рено пожимает плечами и отвечает уже совсем не весело: - Мне страшно. Страшно настолько, что я уже не знаю, что с этим делать. Потому что, как вы знаете, у меня никого, кроме вас, нет, и, если с вами что-то случится, я окончательно съеду с катушек. Но вам хуже, чем мне, поэтому я пытаюсь хоть как-то разбавлять градус безысходности. Кто-то же должен. - И этот кто-то всегда ты. - Раз уж больше некому... - пожимает плечами Рено и отводит взгляд. - Если хотите, я перестану. - Не хочу, - совсем тихо отвечает Руфус, и Рено слышит в этом всё, что он на самом деле хотел сказать. "Не хочу, потому что, когда ты перестаешь строить из себя клоуна, это значит, все пропало" - Руфус бы точно сказал что-то такое, будь у них дела хоть немного лучше, но сейчас "все пропало", сказанное вслух будет почти правдой, и никому из них не хочется эту правду слышать. Рено закрывает глаза и вздыхает, в очередной раз загоняя страх куда подальше, и снова улыбается. Он осторожно берет Руфуса за руку и гладит большим пальцем недавно проступившие на коже темные пятна. Они еще не болят, но Рено знает, что до этого осталось недолго. Руфус вздрагивает и пытается отдернуть руку. - Не надо. - Рено на его возражения сжимает пальцы чуть сильнее и почти невесомо касается его руки губами. - Заразишься. - Не факт. А если и да, то все будет в порядке. Когда найдут лекарство, мы с вами вылечимся. - А если не найдут? Рено долго молчит, выбирая, что именно сделать - сказать правду или попытаться успокоить Руфуса, а потом говорит со всей серьезностью, на которую способен: - Это "если" - не наш вариант, босс. И Руфус улыбается в ответ на это, кажется, впервые за последний год.