Как-то раз на Руси

То, что они влипли дальше некуда, стало понятно минут через пятнадцать, когда весь двор Кузьмы был заполнен людьми. Казалось, будто вся деревня собралась, чтобы посмотреть на «заморских» юношей. Радовало одно — пока в дом эту толпу не пускали. Сами парни сидели на знакомой уже кровати, заключив временное перемирие. Рядом ходила Никитишна — бойкая немолодая женщина с удивительно яркими и весёлыми глазами — и касалась руками голов, плеч и спин сидящих молодых людей. Прикосновения практически не ощущались, хотя парни чувствовали, что в женщине есть магия. Но не такая сильная, чтобы распознать или тем более пробить защиту вампира и оборотня. Память возвращаться не спешила, сколько бы Никитишна не ходила вокруг. Парни уверяли деревенскую знахарку, что по-прежнему ничего не помнят, причём с такими честными лицами (оба были просто потрясающие актёры), что не поверить им было невозможно. Никитишна хмурилась, что-то бормотала, но все её усилия были тщетны. В результате, спустя минут сорок, она вздохнула и покачала головой. — Нет, не получается у меня. Мешает что-то. Вы-то, мальчишки, как сами? Не болит ничего, не беспокоит? — У меня всё нормально, — ответил Дрейк. — У меня тоже, — кивнул Кайлен. Никитишна задумалась, Кузьма вздохнул. Парней было жалко, молодые ещё, зелёные. Мож, за чем важным приехали, а тут вона как получилось. — Ну что ж, я тут ничем помочь не смогу. Вам надо бы к Афанасию сходить, в соседнюю к востоку деревню, — наконец сказала женщина. — Афанасий? — О, вы ж не знаете! Знатный он ведун, знатный. Люд говорит, будто все болезни вылечить может. Ежели он вам не поможет, то уж не знаю, кто ещё тогда. — Точно? — спросил Дрейк, мысленно уже валивший отсюда куда подальше. Хотя люди неплохие, добрые… — Конечно. Только он может помочь, это я вам говорю, — пожала плечами Никитишна. — Давайте я вас в дорогу соберу. — А что нас собирать-то? У нас нет ничего, — сказал Кайлен, который, как и Дрейк, уже мысленно свалил. — Ну, так я вам одежку свою дам, не с голыми ногами же идти, — засуетился Кузьма. — Где-то была моя старая, малая мне уже, а вам впору придётся. — А я вам на дорогу еды соберу. Да, и внуков своих с вами отправлю. Вы же дороги-то не знаете, — сказала Никитишна. — Ой, да мы и сами найдём, — запротестовал было Дрейк. — Как же вы её найдёте-то? Лес кругом, тропы, конечно, есть, так ведь их много очень. Заблудитесь ещё. Да и звери разные хищные в наших лесах частые гости. А внуки мои к охоте привыкшие. При упоминании о зверях, Дрейк улыбнулся. Ну ещё бы, он ведь был наследником своего клана, и любое животное ему подчинялось, стоило только приказать. Исключением были только летучие мыши — единственная звериная форма вампиров. Кайлен тоже не испугался известия о зверях. И вообще, бояться простых земных животных, даже не оборотней? Увольте, господа. — Ладно, — со вздохом ответил Дрейк, понимая, что отвязаться от настойчивых людей не получится, — давайте собираться. Никитишна кивнула и вышла из комнаты. Кузьма доставал вещи. Время приближалось к полудню. Полчаса спустя, заново накормленные и окончательно собранные в дорогу, парни вышли из дома. И тут же стало понятно, насколько сильно они отличаются от собравшегося здесь народа. — Они все какие-то…повышенной волосатости, — тихо и слегка презрительно сказал Кайлен. Дрейк — единственный, кто это услышал — хмыкнул. Действительно, по меркам вампиров и оборотней, у людей и правда слишком много волос. Особенно у мужчин. Они были бородаты, у них были волосатые руки и ноги, волосатая грудь. Да, по сравнению с ними, вампир и оборотень отличались кардинально. Кайлен — высокий и изящный, со светлой чистой кожей. У него были мягкие лёгкие чёрные, слегка переливающиеся на солнце, волосы до плеч. Тонкие и правильные черты лица, аккуратно изогнутые дуги бровей, глубокие чёрные глаза с ярко-красными искрами в глубине, обрамлённые тёмными длинными ресницами. Примечательнее же всего было то, что нигде кроме головы, на его теле не было волос. Ноги, руки, грудь — всё было чистым, как у маленького мальчика. А ведь вампир был намного старше любого из людей. Дрейк тоже был высокий, даже выше Кайлена. Быстрый, ловкий, очень гибкий, с уверенными движениями. Светлые короткие жёсткие волосы в вечном беспорядке, жёлтые глаза с вертикальными зрачками (люди их воспринимали как обыкновенные). Резкие, звериные черты лица, необычная, будто бы острая, хищная улыбка. А ещё, у него тоже практически не было волос на теле. Такова природа — все волосы достались «звериной» части личности. В общем, парни были очень красивыми. Но не той красотой, какая прославлялась на Руси. Девушки не начинали биться в конвульсиях от восторга, а мужчины не впадали в уныние от того, что никогда не смогут сравниться с их неземным обаянием. Все просто смотрели с любопытством, как учёный смотрит на редкий вид насекомых. — Так, разойдись, народ, нече глаза проглядывать, — раздался громкий голос Никитишны, которая уверено шла через толпу, неся в руках два небольших холщовых мешка. Народ начал неохотно расходиться, не переча. Всё-таки знахарку очень уважали. А женщина тем временем подошла к крыльцу. Рядом с ней остановились ещё двое юношей, лет шестнадцати-семнадцати. — Вот, привела внучков своих. Это Мишка, он старшенький, — тычок пальцем в невысокого паренька с густыми русыми волосами и карими глазами, — а это Федька, он на годок помладше, — палец указал на второго парня со светлыми волосами и такими же карими глазами. Мальчишки (а по сравнению с восьмисталетним оборотнем и пятисталетним вампиром они действительно были ещё мальчишки, как, впрочем, и Кузьма с Никитишной) весело улыбнулись и кивнули. Было понятно, что они свойские парни, которые ведут себя с незнакомыми людьми совершенно свободно. — Благодарим вас за то, что приютили нас у себя. Дали одежду и пищу, — вежливо и церемонно сказал Кайлен, пока Дрейк принимал из рук Никитишны мешки с едой и одеялами. — Да не за что нас благодарить-то. Идите спокойно, неделя пути — и вы на месте. — Спасибо большое, — не менее вежливо, чем Кайлен, сказал Дрейк. — Эй, давайте за нами, парни, — весело крикнул Фёдор и вместе с Мишей пошёл за ворота. Дрейк и Кайлен переглянулись, и, вздохнув, пошли за братьями. — Велес с вами на пути, — тихо сказал Кузьма. Совместный путь двух людей, вампира и оборотня начался. *_*_* Лесами и полями шли наши добры молодцы навстречу судьбе своей неизведанной… Так, стоп. Это не отсюда. Заново. За моря и за горы отправились наши герои отважные на поиски прекрасной… Так, это тоже не сюда. Ещё раз. Путь был у них неблизкий, сложный и опасный. Много преград преодолеть они должны… Блин, снова не то. Короче. В лесу было светло, тепло и сухо. Пахло цветами, деревьями и животными. Как только четверо парней вышли за пределы деревни, Мишка и Федька заговорили. Нет, не так. Они ЗАГОВОРИЛИ. Безостановочно, перебивая друг друга, не позволяя даже слова вставить. За первые пятнадцать минут Кайлен и Дрейк узнали об их жизни всё, начиная с момента рождения и заканчивая получасом назад. За вторые пятнадцать минут им рассказали о жизни родителей. За третьи — о жизни бабушек и дедушек. За четвёртые — о жизни деревни в целом. По истечению часа Дрейк был готов плюнуть на принципы и сожрать этих людей. Кайлен, судя по лицу, мысленно был с ним согласен. Но, часовой рассказ мальчишек был ещё не самым ужасным. Кошмар начался после. Когда братья захотели послушать о Заморских странах. Намёк на то, что «иностранцы» ничего не помнят, почему-то не подействовал. Что ещё осталось? Только вздохнуть и начать рассказывать. — Ну, мы с Кайленом родились и жили в разных кла…городах. И практически не общались до последнего времени. Может быть, нам и удалось бы встретиться раньше и даже, возможно, подружиться, но, увы. — Почему же? — перебил Дрейка Фёдор. — Ну, потому что давно, очень давно его предки очень сильно поссорились с моими. И с тех пор наши семьи друг друга не любят. — Но ведь это было давно. Можно же забыть и дальше жить нормально, — непонимающе сказал Миша. — Предательство не забывают. Как бы давно оно не было. — О, твою семью предали? — Да. Его родственнички, — неприязненно сказал Дрейк. — Что? — возмутился Кайлен. — Это ваша семья предала нашу! — Да что ты несёшь?! Моя семья всегда верила вашей. А вы так вероломно убили это доверие! — Это ты несёшь бред! Моя семья была верна своим друзьям. Но вот эти самые друзья воткнули нам нож в спину! Чёрные глаза вампира зло смотрели в жёлтые глаза оборотня. Воздух между ними тяжелел и начинал слегка искриться. У Кайлена чуть-чуть выдвинулись глазные зубы, у Дрейка — острые когти. Ещё мгновение — и они бросятся друг на друга. — Эй, парни, вы чего? — удивлённо спросил Миша, переводя взгляд с одного на другого. Фёдор, стоящий рядом, тоже смотрел непонимающе. Слова мальчика словно отрезвили. Леденящая душу ненависть, впитанная с молоком матери, постепенно успокаивалась. Дрейк моргнул и несколько раз чуть по-звериному встряхнулся. Кайлен выдохнул и закрыл на секунду глаза. Несколько минут они просто стояли, успокаиваясь. Потом, кивнув братьям, пошли дальше. На все попытки снова задать им вопросы или просто поговорить они не реагировали, упорно молча. Вскоре, Миша и Федя эти попытки оставили, и снова начали говорить сами. Всё вроде бы стало нормально. Вот только из головы Кайлена не шли слова оборотня о том, что именно его семья, семья вампира, была виновата в развязавшейся многие столетия назад войне. Только Дрейк никак не мог понять, как это у вампира хватило наглости обвинить его семью, честную семью оборотней, в столь низком поступке, как предательство. Солнце не спешило садиться, парни не спешили говорить, а братья не спешили замолкать. Впереди ещё половина дня пути и ночь, которая, возможно, принесёт ответы на вопросы. Если только у них хватит выдержки нормально спокойно поговорить.