Сказки

Моя милая, милая фея… Чиж, «Фея»

В одном самом обыкновенном городе, где в воздухе витает волшебство, заполняя вместе с выхлопными газами, запахом дорогих духов и дымом сигарет (символы прогресса и современной неромантичной романтики) лёгкие людей, в самой обыкновенной новостройке жил самый обыкновенный Сказочник. Он сомневался во всём: в кофе на столе, в себе, в новом антивирусе и, конечно же, в своих сказках. Но было у него одно магическое качество: он верил в хорошую сторону людей, верил, что в каждом взрослом живёт ребёнок. И умел разбудить его. Потому, наверное, он и был Сказочником. Но людям совсем не нужны дети в их душах. Они мечтают поскорее вырасти. Это презентабельно, серьёзно, по-взрослому. И Сказочник оставался не у дел. Но он не отчаивался. Он был Сказочником, а потому мечтал. Мечтал о том, что когда-нибудь люди, наконец, поймут, что доброта и искренность – это, хоть и по-детски, но так необходимо жестокому взрослому миру. Он верил… А дни проходили мимо. Но однажды звонок в его обыкновенную квартиру перевернул всю его жизнь. Когда Сказочник открыл дверь, то увидел на пороге Цветочную Фею. Она искала сахар. Сказочник отдал ей целую банку, а когда она улетела, так и остался стоять с глупой улыбкой. Да-да, вы не ослышались. Мудрые Сказочники тоже умеют глупо улыбаться. Фея жила этажом выше. Уже давно, но, как часто бывает в обыкновенных городах, им некогда было столкнуться раньше. Фея была немного легкомысленной и наивной. Она любила фрукты и шоколад, французские чёрно-белые фильмы и советские мультики, Beatles и иногда Шопена, картины Ренуара и Дали, и ненавидела одиночество. Она умела есть с помощью хаси, рисовать и любить. А Сказочник с тех пор не просто мечтал. Он надеялся создать свою сказку. Как и следовало ожидать, Фея и Сказочник быстро подружились. Они часто болтали по ночам. Сказочник любил слушать о жизни Феи в Цветочной долине, о её Цветах. Даже иногда давал дельные советы. Но она никогда им не следовала: пренебрегать чужой мудростью легче, чем собственным легкомыслием. Когда же очередной Цветок отворачивался от Феи, Сказочник поднимался на этаж выше и готовил ей кофе. Она же плакала, спрятавшись в подушку, набитую пухом одуванчиков. Он не смел побеспокоить её своими сказками, он рвал себя изнутри, проклинал за то, что не может быть Цветком, а мир – за то, что Сказочники не должны любить Фей. Он забывал мечтать…. А кофе убегало, растекалось по плите коричневой, густой лужицей. Но, бывало, Сказочник не видел Фею по целым месяцам. Это значило, что та вновь забылась в кратковременном счастье с очередным Цветком. Тогда Сказочник впадал в спячку. Он не пророчил людям доброе будущее, не выдумывал сказки. В полудрёме он ходил по пятам за её тенями и собирал крошки от её цветочных снов. А она прилетала и вновь пряталась в подушке, набитой одуванчиками. И он варил ей кофе, возвращая миру его мечты.