Иногда нами как будто играют, и вся жизнь ломается, не успев толком построится. Именно тогда нам кажется, что само мироздание и боги смеются над нами, смотрят и ставят ставки. Как сломается человек? Сойдет с ума и пойдет уничтожать, или не выдержит и пустит себе пулю в висок?
И только в редких случаях, когда человек сумеет собрать себя заново и обрести вновь опору под ногами, которую выбили до этого, они могут и дать пряник.
Автор.
Война — это страшно.
Я сидела в тренировочном зале на субмарине и пыталась успокоится. В воздухе витало напряжение, которое буквально давила на психику железобетонным прессом, заставляя уходить в далеко не хорошие думы.
Мы плыли к Маринфорду. Точнее не плыли, а зависли от него на большом расстоянии. Когда будет надо сядем на хвост Белоусу и поплывем вместе с ним.
Волнение, страх, нервы на пределе, а в груди гулко бьется сердце, которое заставляет вздрагивать и погружаться в невеселые мысли.
Я морально готовилась к крови, страданиям и крикам. Готовилась к тому, что не сумею всем помочь, что буду идти по головам и трупам, плюя на всех, только идя к своей цели. Идти к эшафоту.
До войны осталось три дня.
Фотография всей нашей команды лежала на столе. Сердце ныло, когда я на нее смотрела, но прикрыв глаза, я все же повторяла себе раз за разом, что не умру. Ни за что. Вернусь всем на зло к своей семье в полном составе. Выживу.
Движением руки я отстранено положила фотографию во внутренний карман плаща. Два часа, и начнется замес.
— Добрый день. — Я мягко приземлилась рядом с Белоусом, очень вежливо поздоровавшись, но при этом даже не допуская мысли на него напасть, или еще чего. — Разрешите присоединить к вам в этой войне?
Вспыхнуло синее пламя и рядом появился Феникс Марко.
Старик под шесть метров скосил на меня глаза. Я была уверенная, что он знал, где я и что собираюсь делать. Его сила, что плащом растекалась во круг и давила на мозг, заставляя склонить голову и не поднимать глаз, размеренно плескалась, давая возможность почувствовать некое спокойствие. Вот только я прекрасно понимала, что если посмею вякнуть, то эта лавина меня захлестнет, вдавит в пол, заставляя если уж не потерять сознание, то даже не пытаться встать.
— Зачем ты здесь, соплячка? — Проговорил Белоус, заставив меня вздрогнуть, и даже не пытаться показать руки из-под плаща, которые дрожали.
— За тем же, что и вы… — Тихо проговорила я.
— Я не слышу, что ты там лопочешь! — Громко сказал Белоус, заставив на секунду подогнуться колени.
— За тем же, что и вы! — Повысила я голос.
Стало легче. Намного легче, будто моя уверенность отгородила эту давящую силу Эдварда Ньюгейта.
Желтые. Глаза у Белоуса желтые. В них плещется мудрость прожитых лет и усталость. Усталость?! Белоус уже не молод, и в глазах плещется усталость, а всполохи принятого, твердого решения говорят о том, что это его последний бой. Бой, в который он пойдет ради своих детей. Бой, в котором он умрет. Ведь для пирата и война, что прошёл множество битв, гораздо легче умереть в бою с мечом в руке, чем слабым стариком от слабости в постели.
Я смотрела в желтые глаза всего секунду, но смогла это рассмотреть. И Белоус понял это.
— Убирайся соплячка, здесь тебе не место! — Громко сказал он и ударил нагинатой о доски, заставляя содрогнуться их. Воля. Она приложил меня Королевской Волей, когда я не сдвинулась с места. В груди все сжалось и захотелось заскулить, но тут же что-то встало на дыбы, заставляя распрямить плечи и вскинуть голову, сбрасывая давящий на плечи пресс.
— Кто ты такой, чтобы указывать мне, где мое место? — Тихо проговорила я, вот только лед и холод, спокойствие, что отразилось в словах, заставило отвернувшегося Белоуса снова повернуться ко мне, а Феникса Марко вспыхнуть, оторопело посмотреть на меня, как на идиотку.
Страшно, Господи, как мне было страшно и как дрожали колени подгибаясь, но вот только я не шавка, чтобы слушаться его. Я слишком люблю свободу, я слишком люблю свою команду, свою семью, к которой привязалась.
— Я Йонко! — Сказал Белоус.
— А я Капитан Пиратов Смерти Гарди Мия, рада знакомству. Ты мне не капитан, не семья, ни враг, ни друг, ни соперник, хотя пример для подражания отличный. — Проговорила я старательно рассматривая сапоги и думая, что за ересь я, блядь, несу?! — Ты мне никто. Я пришла за Джо и уйду только с ней, если будет нужно… если будет нужно, я пойду по трупам и головам твоей Семьи вместе с Дозором.
А вдоль дороги — мертвые с косами стоят, и тишина…
Говорят страх — очень хорошо развязывает язык, вот только я в толк не возьму, с хуяли меня на пафосную муть потянуло?!
Может все злодеи, когда несут пафосную муть, хотя герои, кажется, тоже ересь несут, ну не суть, у меня вот догадка… Они это от страха?!
Я сглотнула вязкую слюну и приготовилась к удару, который бы убил меня моментально, но его не последовало.
— А ты не так проста! Гу-ра-ра! Станешь моей дочерью?
Давление, что заставляло скрипеть зубами, дрожать телом борясь с желанием рухнуть на колени исчезло, и я решилась поднять взгляд.
Я смотрела на лицо этого человека. Великого можно сказать, человека. Живую легенду, которая умрет сегодня, уйдет в последний путь и пойдет дальше.
— Нет. Возможно раньше бы я и вступила в вашу команду, но так получилось, что ее собрала я. Как и свою семью. — Я улыбнулась. Легко и свободно, что сама поразилась. Все напряжение куда-то ушло, оставляя только спокойствие и решимость. — Так, что нет, Дедушка.
— Дедушка? Гу-ра-ра-ра! Ну и ладно! Правнука назовешь в мою честь!
Я застыла солянным столбом переваривая, что он сказал.
Правнука, назовешь в мою честь…
Да меня же! Меня же… меня же перед всем миром признали на место внучки… Но… Зачем?! Или точнее, за что?!
Пип… пип… пип…
Сбой программы! Перезапуск системы! Пожалуйста подождите!
Моя охуевшая морда того стоила.
— Гу-ра-ра-ра! — Заржал Белоус.
— Отец! Ну нельзя же так над людьми издеваться! — Неожиданно сказал Марко.
Я же хлопая глазами и понимая, что блядь надо молчать, выдала:
— Дед, я ему даже фамилию двойную дам… — Буркнула я.
— Разрешаю.
Остановите планету, я сойду! Хотя… это же другой, сука укуренный мир! Мать его Гранд Лайн, че?!
Будучи в полном ахуе, я так и не спросила., а если девочка?
Супер, блин, дожили. И вот фигня в том, что не откажешься — уже признали и назвали, а это полный геморрой, мало мне, блядь, проблем?
— Да здравствует Оружие Свободы!!!
Я замерла, по среди сражения и повернулась в сторону крика.
— Сем?.. — Выдохнула смотря на ангелочка, который метким броском сковородки из кайросеки отправил в нокаут дозорного-фруктовика.
— Капитан, ты настолько наивна, что подумала, что мы тебя бросим? — Послышался смешок Эша, который своей цепью разбросал целую группу дозорных, выбивая щебень из камня.
— Я же отдала приказ… — Тихо проговорила я.
Удар я все же прозевала, и меня откинуло в сторону.
— Вот только ты отдала его Белле, которая отлично со всем справляется. — Хмыкнул Грей, и дернул меня за шкирку, заставляя подняться на ноги. Быстро скользнув по мне взглядом, он хмыкнул, обнаружив под глазом шикарный фингал. — Мы пираты, и мы знаем, что такое риск, капитан. Глупо было надеяться, что мы посидим в сторонке.
Я устало вздохнула.
— Прикроете?
— Прикроем, куда деваться?
В войне нет ничего красивого. Есть только смерть и боль, а еще кровь. Много алой крови.
Война это просто бойня, в которой убиваешь, или ты, или тебя. Здесь нет поединков, только желание убить другого, порвать противника зубами и выжить. Вырвать свою жизнь, хоть ее минуты, или секунды зубами, как из шей, разрывая вены.
Взрывы и крики — мелодия войны. Песня стали клинков и хлопки выстрелов — ее музыка. Кровь, копоть, разруха, мертвые тела с отражением неба в стеклянных глазах — декорации. Поле боя, на котором стратеги и тактики выстраивают фигуры, жертвуя ими, или уводя с него играясь их жизнями — сцена. А сами фигуры, люди и нелюди, разумные и неразумные, старые и молодые, глупые и мудрые, живые и мертвые — актеры играющие свою роль.
А еще забавно то, что войны — это чья-то глупость, жадность, жажда мести, алчность, тщеславие, гордость, мания величия, долг, любовь, ненависть, ревность, зависть. Все чувства, без которых мы не можем жить. Ведь дети сражающихся, когда-нибудь, захотят отомстить. Будут ненавидеть.
И так будет до бесконечности, в любых мирах. Мир не может без войны, чтобы не говорили пацифисты.
Ведь жизнь — это выживание. А значит все начинается сначала. Вечный круговорот.
— Капитан! Не надо! Не надо, прошу! Ребята! Ребята! Зачем?!
Джо плакала прикованная цепями к эшафоту. Рядом сидел Портгас Д. Эйс, с растерянным взглядом, а люди сражались. Убивали и умирали.
Я не кричала на весь Маринфорд, что спасу. Я просто молчала и убивала. На смерти Дозорных мне было плевать. Я и так уже вся в крови.
— Ты убила моего брата! Он был на том корабле! Я убью тебя!
— Плевать. — Одним движением меча, я снесла голову парню, что служил в Дозоре. Скорее всего у него были мечты и цели, он ухлестывал за девушкой и мечтал о великий свершениях. Возможно у него есть родственники и друзья, которые будут рыдать на его могиле, а возможно и никого нет, и даже цветы никто не положит на могильную плиту.
Возможно он был хорошим другом, или товарищем, но теперь это не важно.
Меч был в крови, а плащ порван. Капли крови запеклись на моем лице, как и суховатой корочкой покрыли руки. Очередные брызги окатили меня всю, а по плащу проехался нож, разрывая ткань. Капюшон еще держится на моей голове не давая разглядеть маску спокойствия и отчуждения на моем лице. Будто я не здесь. Я не я. Меня нет.
— Харе сопли разводить, сказали стащим с эшафота значит ста-а-а-а…!
Самаэль улетел в сторону здания Маринфорда!
Я дернулась.
С облегчением, я увидела темную вспышку, которая взлетела в небо. Сковородку я узнаю из тысячи.
Кто-то кричал про родословную Эйса и Луффи, кто-то молил о помощи и проклинал пиратов.
Я сражалась оставляя за собой Эша, который прикрыл наши спины и дал возможность идти дальше.
События проносились мимо меня, заставляя только на мгновение вслушиваться в происходящее. Я шла к эшафоту, меня ничего не интересовало кроме него.
— Фу-фу-фу! А ты интересна! — Мужчина в розовой перьевой шубе засмеялся громко и весело, с интересом наклоняя голову, рассматривая словно игрушку, даже не так, зверюшку, которая может позабавить.
— Уйди. Неинтересен.
Я вздрогнула от собственного ледяного голоса. Как будто и не я говорила, а кто-то за меня. Я не чувствовала ни жалость, ни сострадания, или сочувствие. Все эмоции и чувства, как будто были отгорожены стенкой льда.
— Фу-фу-фу!
— Комната.
Я не видела в его глазах изумления и узнавание способностей, его нахмуренного взгляда мне в спину.
— Я прикрою! Иди! — Услышала я голос Грея. — Ну привет, кузен…
Чего?!
— Уйди, деда! — Вскрик Луффи разнесся над площадью, отвлекая от раздумий начет того, что у меня оказывается весьма странная и загадочная команда со скелетами в шкафу.
Однако…
Я прыгнула замахиваясь мечом и используя способности разрезая наручники на руках Джо.
— Портгас! — Рявкнула, но в следующий момент удар Сенгоку отшвырнул нас с Джо с эшафота обратно в бойню. Боль сковала все тело. В полете я умудрилась склепать себе ребра обратно, а потом с силой рухнула на площадь, укрепляя волей спину. Впрочем — не помогло.
Удар выбил из легкий воздух. Попытка вздохнуть провалилась, а из горла вырвался сдавленный, жалобный стон, который вышел из груди вместе с кровью. Металлический привкус заставил кашлянуть, но сил перевернуться на живот не было. Сплюнув кровь, я сдавленно вздохнула, пытаясь рукой нашарить на ремне маленькую сумку-чехол, в которой лежали шприцы. Сколько сил стоило их закрепить так, чтобы жидкость в них сохранилась. Спасибо чудной смоле с Сабаоди и мозгам, которые все же у меня имеются.
Рука шарила, но дрожала так, что я не могла вытащить шприц третий по счету. Наконец вытащив его, я со всей дури, не чувствуя боли вколола его в бедро.
Победно улыбаясь проваливаясь в темноту.
-…апитан! Капитан! Очнитесь! — Откуда-то из далека донеслось словно из-под толщи воды. При этом звоном разбиваясь в голове, заставляя что-то невнятно промычать.
Я дернулась, пытаясь определить где я и кто я.
Боль сковала тело, но отрезвила разум и я резко открыла глаза. Видимость была не очень, но зелень на голове Джо я узнала.
— К… ком… комната… — Удалось мне прохрипеть, тут же убирая чувствительность к боли, и собирая себя по кусочкам не только снаружи, но и изнутри.
Это заняло несколько минут.
— Капитан…
— Мия! — Рядом рухнул с разбитой головой Самаэль. — Ты вколола себе эту дрянь?!
То что я себе вколола было очень редкой дрянью, но очень действенной. Звали ее местные, что знали о ней, или хотя бы слышали «Дурь». Запрещенная во всех смыслах дрянь, перевозка которой грозила пятым уровнем Импел Дауна, стоила заебись сколько денег, и где я ее достала даже не спрашивайте, а уж как, так вообще не скажу, но это того стоило.
Прикол был в том, что эта дрянь могла заменить адреналин, только в больших масштабах. Та же стимуляция, что проводил Иванков Мугиваре, только круче, и последствия хуевей.
Если я выживу, то вероятность того, что я буду в состоянии разумно реагировать и адекватно воспринимать реальный мир крайне мала. Не считая того, что буду испытывать адскую боль, галлюцинации и все в таком же духе десять часов. Славу богу смирительная рубашка мне не понадобится, так как я буду лежать пластом и даже рукой дернуть не сумею.
А еще есть вероятность сойти с ума.
В заначке так же осталось два шприца, которые содержали интересный состав-наркотик и сильнейший яд в колбе.
Это на случай если не дай бог попадусь к Вегапанку.
— Идите на субмарину вместе с Джо… — Прохрипела я поднимаясь.
— Нет! — Меня схватили за руку. — Не уйду!
Я встала, подрагивая всем телом и тяжело дыша, так как сердце от «Дури» заходилось ходуном, заставляя меня делать хоть что-нибудь, иначе загнусь тут же уже от этой дряни.
В следующий момент почувствовала беду. Резко развернувшись, я обреченно уставилась на Луффи и Эйса. Эйс был с пробитой грудью.
Тело среагировало само, и я буквально переместилась туда, с тихим хлопком выбивая из груди Портгаса сердце, и быстрым движением втыкая в его тело шприц с жидкостью, которая заставляет тело впадать в «анабиоз». По сути полная заморозка процессов жизнедеятельности в организме. Действие не долгое, но если поторопиться, то еще можно его спасти.
— Полчаса Монки… полчаса… — Выдохнула я и подняла на уровень глаз чудом, ей богу, целое сердце сына Короля Пиратов. — Живо! Иначе не спасешь!
Монки попытался встать, но ноги подогнулись.
— Эйс-кун! Луффи-кун!
— Джимбей! — Закричал Мугивара рыбочеловеку. — Помоги… помоги мне! У меня нет сил… Эйс… он…
Рыбочеловек успел подхватить их обоих. Поднял взгляд на меня.
— Ты…
— Полчаса. Трафальгар. Быстро. — Выдала я, и рванула рядом с ними. — Феникс, прикрой отход!
— Знаю, йои! — Рявкнули мне. — Беги!
— Дед? — Я развернулась в сторону Белоуса. Тот улыбался.
— Беги внучка! Гу-ра-ра! — Он смеялся, хотя глаза были серьезны, как никогда. В глазах была уверенность, что мы выберемся. — Прикройте дети мой их отход!
Даже здесь он сумел поднять настроение. Я улыбнулась и рванула с удвоенной скоростью, украдкой вытирая слезы.
Он ведь умрет. Я знаю.
Жаль. Мы не были знакомы близко.
— Я не дам вам пройти!
Я не знала откуда появился этот дозорный, но особо не заморачивалась с ним. Я прикрывала отход Эйса и Мугивары, при этом подгоняя Джо и оглядываясь, ища Грея с Эшом. Учитывая то, что в нас стреляли всем чем не лень и от этого приходилось то и дело уворачиваться, так еще и Адмирал за нами несется, то думаю в комментариях вы не нуждаетесь.
— Уйди с дороги! — Рявкнула я, но неожиданно он даже не сдвинулся с места. Воля в красках подсказала мне, чем может кончиться мое торможение если я не уклонюсь от подозрительной пули.
Наверное это было самой главной моей ошибкой, когда я ранив, но не добив Дозорного понеслась дальше. Вот только истекающий кровью Дозорный, совсем не думал меня отпускать.
— Ты… сдохнешь! Искажение Реальности! — Прохрипел Дозорный из последних сил, харкая кровью.
Он схватил меня за ногу, вынуждая запнутся, но вырвать из хвата ногу я не успела. Воля взвыла дурниной, как и чувство опасности. Казалось реальность исказилась и разбилась на куски. Шапка слетела с головы, а все тело будто сдавило со всей сторон. Зрачки глаз расширились, горло сдавило, а сердце замерло.
Черт! Время! Только не время…
— Капитан! — Краем глаза я заметила движение, которое Воля определила, как Грея. Он вцепился в меня рукой собираясь вырвать. Мелькнул Эш, который попытался задержать Самаэля, а в следующий момент в меня уцепился Сем.
Вспышка.
Оглушительный хлопок, сопровождался дымкой, которую тут же сдул ветер.
Меня повело в сторону, но я сумела устоять на ногах. Светило солнце, не было запаха крови и гари, лишь теплый соленый бриз скользнул по грязным щекам. Чистый камень, без алых и черных разводов вперемешку с каменной крошкой и льдом.
Передо мной замерли с шокированным выражением лица, курсанты. Совсем дети, лет пятнадцати. Очевидно они ходили строем, когда перед ними появился сам кошмар. Считай смерть.
Маринфорд. Вот только у меня вопрос… была ли война, или еще нет?!
— Эй, пацан, кто тут из вас старший по званию? — Прохрипела я, тут же чувствуя побежавшую кровь на подбородке.
— Я…я! — Выдал белобрысый паренек.
— Сколько? — Я закашлялась. — Сколько лет прошло после казни первого Короля Пиратов?
— Первого?.. — Ошарашено проговорил подросток.
— Отвечай! — Рявкнула я.
— Восемь…! Восемь лет!
Я медленно прикрыла рукой глаза и простонала, сквозь набежавшие слезы.
— Что я такого согрешила в прошлой жизни?! Гребаные боги, за что?!
И разразилась безумным и безудержным смехом, сгибаясь по полам и сплевывая кровь.
***
С исчезновением девушки, мир как будто на мгновение замер.
— Фу-фу-фу! Вот оно, что… — Тихо проговорил Шичибукай вставая в полный рост и теряя улыбку. — Мия…
— Это же она?! — Резко затормозил Адмирал, поворачиваясь к Сенгоку, который хмуро смотрел на то место где исчезла девушка.
— Гу-ра-ра!
— Отец?
— Да, Марко. Ты помнишь, что я тебе тогда сказал?
— Да Отец, теперь помню…
Трафальгар Ло вздрогнул, и сжал руку собирая складками толстовку на груди.
— Мия?..
Память вернулась к тем, кто был знаком с ней в прошлом, как только один незадачливый фруктовик, попытался отправить сам не зная куда, возможно даже в другой мир иномерянку.
И случился глюк, из-за того, что она отринула прошлое в родном мире, и ее закинуло в прошлое этого, в котором ее и не было.
В один момент о ней вспомнили многие люди этого мира. А то что не обратили внимания большинство, это не так уж и важно.
***
— Капитан?..
Зеленоволосая девушка рванула в ту сторону, где раньше был капитан Пиратов Смерти, но сейчас там рассеивался лишь дым.
— К… капитан?! — В голосе была дрожь и отчаянье. Руки сжали меховую шапку. Из глаз потекли слезы, оставляя светлые полосы на измазанном в крови и копоти лице.
Для девушки время замерло.
— Нет-нет-нет! Капитан! Ребята! Капитан! Мия-сан! Мия-сан! Грей! Эш! Сем?! Самаэль! Капитан! Ребята! Как же так… где вы?..
— Бежим дура!
— Капитан! Ребята! Стой, остановись! Ребята!
Девушка просто уже не понимала, что и где, когда какой-то пират тащил ее на себе. Он плакала прижимая к себе шапку капитана.
В душе было так больно и пусто.
Она не заметила, как ее втащили на субмарину к Трафальгару Ло, и она, прижимая к себе шапку, так и осталась сидеть в коридоре на полу, тихо шепча, звать своего капитана и команду не соображая где находится.
