Письмо от маленького мальчика

Последние лучи заходящего солнца спрятались за горизонтом, погружая Скайрим во мрак. Довакин чувствовал себя ужасно плохо. Ведь сейчас, когда он увидел свой новый образ, то понял, что Алдуин куда умнее, чем казался до этого. Акитамг теперь сомневался в том, что сейчас у него есть хоть один союзник. С таким уж обликом ему никто не поверит, да и слушать его даже не станут, а сразу начнут атаковать. Сейчас Довакину нужно было постараться скрыться от людских глаз, чтобы всё хорошенько обдумать. Скорее всего кто-нибудь из стражи близ стоящего города уже заметил, что здесь летала белая ящерица. А это значит, что скоро здесь будут "гости" Серый дракон несколько секунд продолжал лежать на холодном камне, после чего с трудом поднялся на ноги, опираясь на чёрные крылья, что заменяли передние лапы. Он огляделся по сторонам и заметил, что совсем недалеко от него были стражники Вайтрана, которые неслись к нему своей немаленькой толпой с готовыми мечами и луками. К сожалению, Довакину даже один шаг дался с трудом и поэтому сейчас ему вообще не стоило думать о полёте, а стоило постараться забраться куда-нибудь повыше, чтобы его никто не смог достать, и чтобы время для размышлений было. Акитамг уже хотел развернуться к горе и вскарабкаться по ней, как вдруг заметил, что кто-то крался совсем близко, но так бесшумно. Приглядевшись к человеку, Довакин понял, что это Цицерон. Этого шута вряд ли можно перепутать с кем-нибудь другим. Его костюм был единственным экземпляром в Скайриме. Драконорождённый решил не подавать вида и проследить за тем, куда его бывший спутник крадётся. Но когда Довакин заметил, что на пути шута лежала его драконья броня, которая упала с него во время превращения, то вариантов кроме - «валить отсюда и как можно скорее» не оставалось.

***

Цицерон замер, заметив, что дракон зашевелился и странной походкой, будто делая первые шаги в своей жизне, направился к горе, но вскоре он продолжил красться дальше, ближе к пещере. Он побежал к Приречной заставе сразу же, как только прочитал письмо. По его мнению, Довакин вряд ли бы пошёл сюда один и поэтому сейчас бывший ассасин крался к пещере, чтобы найти его и, скорее всего, Лидию. Цицерону, дракон, что уже зачем-то пытался вскарабкаться на гору, показался странным не только в своих действиях, но и из-за внешнего вида. Ведь этот ящер отличался от всех остальных драконов, которых шут когда-либо встречал. Когда Цицерон был ещё в нескольких минутах от Приречной заставы, то он видел там белого дракона, а этот казался ему чуть темнее. Наверное, это потому что до этого было светлее, чем сейчас. Цицерон, заглядевшись на дракона, почувствовал, что на что-то наступил. Он опустил глаза к неизвестному объекту и тут же ахнул. Это были доспехи и оружие Довакина. “Неужели им удалось убить Акитамга… Нет. Так не могло случиться! Стоп… а где тело?! Может быть он всё же ещё жив?” ― растерянно начал думать шут, ища подтверждение его мыслей. Но тут он заметил, что справа от него кто-то зашевелился. Цицерон думал, что это скорее всего кто-то из разбойников, но когда он подошёл поближе, то узнал Лидию и её оружие, которое валялось рядом с ней. ― Эй, ты жива? ― Цицерон перевернул Лидию на спину, проверяя, есть ли смертельные ранения, но ничего серьёзного он не нашёл, что уже было хорошо. Шут ударил хускарла по щеке, пытаясь привести её в чувство. ― Чёрт! Где Довакин?! ― негромко спросила девушка, сразу же пытаясь подняться и вспомнить, что же недавно произошло. ― Его… его серьёзно ранили каким-то куском камня, который смог сломать броню и… дракон… там был северный дракон! ― не сдерживая слёзы прокричала Лидия последнюю фразу и, оперившись на камень, закрыла лицо руками. ― Я не смогла спасти его! ― прошептала она. ― Нет, нет. Не нужно плакать! Стой! Я нашёл его доспехи, но не тело! Вон они! ― убрав руку девушки с лица, Цицерон показал пальцем на то место, где лежали доспехи. ― Он жив! Вот только теперь его нужно как-то найти… ― Эй! Шут! Ты видел куда делся белый дракон? ― спросил один из стражников, осматривая в кромешной тьме окрестность. ― Да… Он полез на гору, ― произнёс Цицерон, смотря на гору вместе со стражей. ― Ахаха… ― рассмеялся кто-то. ― Скоро у этих драконов и мозг атрофируется… Ха-ха-ха! Нам и ничего делать не придётся. ― Да замолчи ты, лентяй! А ну всем искать дракона! ― гаркнул главный страж, как вдруг кто-то закричал… ― Да вон он где! На нас летит же! ― стражник показал пальцем в небо, где и правда на них летел белоснежный дракон. Хотя он казался всё же чуть темнее, чем был на самом деле. ― Готовьте оружие! *** Акитамг заметил Лидию, лежащую на камне, но он не решился подойти. Сейчас он один из драконов - злейших врагов Скайрима, и не стоило бы рисковать своей жизнью напрасно. Ухватившись когтём, что был основой крыльев и заменял руку, за крепкий выступ, подтянулся, отталкиваясь задними лапами и хвостом. Он взбирался так по горе примерно одну минуту или чуть-чуть больше. А пока он поднимался, то успел заметить, что когти, заменяющие руки, на крыльях были чёрными, а сами крылья были серого цвета. Нижняя половина лап, носочки, наоборот были светлее его основного цвета – серого. А также, начиная с шеи и заканчивая белым кончиком хвоста понизу, была более светлая, почти белая, полоса, контуры которой были расплывчатыми. Когти на задних лапах были крепкими и острыми. А на спине были чёрные и острые шипы, выстроенные в ряды. По всему хвосту тоже были шипы, но они были чуть поменьше и тупее, чем на спине или лапах. Кончик хвоста был очень острым и крепким, так что им можно было спокойно проколоть несколько десятков сантиметров в камне. А на шее и животе шипы были больше похожи на тонкие и прочные ветви, что защищали его трепещущееся сердце. Добравшись до более-менее ровной площадки, бывший человек спрятался за большим камнем, когда заметил ещё одного дракона, который летел в его сторону, но тот вдруг переключил своё внимание на стражников, копавшихся где-то возле подножия горы, тем самым помогая Акитамгу. “Неужели тут настолько много драконов? Дело плохо…” ― подумал Довакин, аккуратно выглядывая из своего укрытия. Наверное, этот дракон был слишком молодым или просто неопытным в бою, потому что спустя пятнадцать минут он уже не мог взлететь. Его светлые и крылья были окровавленными своей и чужой кровью. Несколько солдат свалились с обрыва, а некоторые погибли в пасти дракона. Вдруг Акитамг заметил, как ему показалась, Лидию. Она аккуратно подошла к белому дракону, пока шут отвлекал того, и неожиданно напала на него, вонзая свой меч прямо в голову бедного дракона. “Бедный?! Это с каких пор я так начал называть эту ящерицу бедной? Он сам напал, вот пускай и расплачивается за свой поступок...”. Через пару секунд белый дракон в последний раз выдохнул воздух и повалился на землю тряпичной куклой. Лидия выдернула свой меч и, выхватив факел, который стражник взял из ниоткуда, подожгла мёртвую тушку ледяного ящера, забрав оружие Довакина, вместе с Цицероном и выжившими солдатами пошла обратно в Вайтран. Акитамг, думая о том, в каком месте Скайрима нет не людей и не драконов, дождался пока его бывшие друзья будут достаточно далеко, чтобы заметить его, и начал осматривать местность. Он решил полететь на восток, так как именно с той стороны гораздо ближе расположена пустая северная пустыня, в которой никто не должен был обитать. Но была одна небольшая проблемка - Довакину было не по себе прыгать вниз с такой высоты, да и то, что он полетит, гарантии не было. Несколько минут Акитамг маялся возле края почти ровной площадки, уговаривая себя, что всё получиться с первого раза, да и нечего ему бояться такой маленькой высоты. Вдруг от мыслей его отвлёк чей-то громкий и грубый голос, призывающий к оружию, позади бывшего драконорождённого человека. Это были Братья Бури. Довакин совершенно забыл, что рядом был их лагерь. Когда он посмотрел в сторону голоса, то тут же крикнул на хорошо вооружённых солдат и, не раздумывая, спрыгнул с площадки. Несколько секунд Акитамг не мог понять в каком он находился положении, пока не расправил крылья и не вывернул в высь, чуть не столкнувшись с землёй, поднялся в чёрное небо, усыпанное красивыми звёздами, северным сиянием и прочими прелестями этого мира.