л.

Огромная луна в объятиях чернильного неба светила в распахнутое окно. Рената протягивала руки легкому ветру. - Тёмная… теплая… - Я? Рамазанова подошла, прижимаясь сзади. Блондинка, чуть повернув голову в её сторону, улыбнулась. - Ночь в Италии. Ну и ты, конечно. - Вот именно, я — 'конечно'. Поцелуй. - Зе…ты сегодня мной гордилась? - Литвинова… не вижу смысла отвечать на такие вопросы. Чудеснейшие ямочки на щеках. Молчание. - В данном случае, мне кажется, это — важно. - Нет, Рената. Это — слова. Пустой звук. Воздух. - И признание в любви тоже? - Фраза — я тебя люблю — ничего не значит. Блондинка покачала головой, медленно выдыхая. - Нет, не знаю… я говорю тебе о любви каждый день и … - Да если бы ты мне это ни разу не сказала, я бы всё равно знала. Вот здесь чувства и вся правда. Обхватывая женщину, положила руку в область её солнечного сплетения, слегка похлопав. Рената накрыла горячую ладонь своей, нежно притянув к губам, поцеловала запястье с буквой Р. Повернувшись к певице, приблизилась к лицу, коснулась губами щеки, уйдя вдоль линии подбородка к самолету. Глубоко вдохнула пьянящий запах табака и едва уловимые нотки парфюма. - Рената, ммм… Земфира тяжело сглатывая, расстегнула боковую молнию на шифоновом платье блондинки, одним махом сняла его, отбрасывая куда-то в глубь гостиничного номера. Резко развернула женщину, наклонив на подоконник. Сама навалилась сверху, больно кусая плечо. Литвинова тихо вскрикнула, вцепляясь в край, оставляя на мягком дереве следы от ногтей. Закрыла глаза, чувствуя, как любимые руки скользят по бедрам. Чуть прогибаясь в пояснице, кусала губы, умирая от первых толчков. Горячая волна, пронзающая всё тело, выбила почву под ногами. Голова кружилась, воздуха смертельно не хватало. Медленно отошла от окна в сторону кровати, держа певицу за руку. Рухнула на кровать, утягивая за собой женщину. Соприкасаясь лбами, слушали одно на двоих дыхание, растворяясь в нежности. - Зе… ммм… можешь думать, как хочешь, но я люблю тебя. - Я люблю тебя больше, Литвинова.