Привет из прошлого

      Рождество прошло в семейном кругу. Северус и Селена взяли Адама на каникулы и показали Хогвартс. Все шло отлично до тех пор, пока Дамблдор не решил научить Гарри Поттера окклюменции. Догадайтесь, кто сей счастливчик?       — А теперь повтори, что ты сказал — попросила Селена.       — Я должен учить Поттера окклюменции — ответил Северус.       — И ты спешишь сообщить это мальчику?       — Конечно! Я прямо свечусь как рождественская елка!       — Я могу пойти с тобой в дом Сириуса.       — Нет, я сам. А ты пока проверь работы этих оболтусов.       Северус Снейп покидал подземелья. Выйдя к Хогсмиду, он трансгрессировал на площадь Гриммо. Его встретила Молли Уизли и проводила на кухню.       Сириус и Снейп сидели за длинным столом, напряженно глядя в разные стороны. Молчание их было наэлектризовано взаимной неприязнью. Перед Сириусом на столе лежало раскрытое письмо.       — Сядьте, Поттер.       — Знаешь, Снейп, — громко сказал Сириус, отвалив свой стул на задние ножки и глядя в потолок, — я предпочитаю, чтобы ты не отдавал здесь приказов. Это мой дом, понимаешь ли.       Бледное лицо Снейпа некрасиво потемнело.       Гарри сел рядом с Сириусом, глядя на Снейпа через стол.       — Предполагалось, что мы поговорим с глазу на глаз, Поттер, — сказал Снейп со знакомой кривой усмешкой, — но Блэк…       — Я его крестный, — громче прежнего сказал Сириус.       — Я здесь по распоряжению Дамблдора, — Снейп же, наоборот, говорил все тише и ядовитее, — но, ради всего святого, оставайся, Сириус. Я знаю, ты любишь чувствовать себя… причастным.       — Это как прикажешь понимать? — С громким стуком Сириус опустил свой стул на все четыре ноги.       — Да, я понимаю, ты должен быть… ах… расстроен тем, что не делаешь ничего полезного, — с легким нажимом на последнее слово, — для Ордена.       Теперь побагровел Сириус.       Снейп, злорадно усмехнувшись, обратился к Гарри:       — Директор послал меня передать вам его желание, Поттер, чтобы в этом семестре вы изучали окклюменцию.       — Что изучать? — не понял Гарри.       Снейп еще больше скривил рот:        — Окклюменцию, Поттер. Магическую защиту ума от проникновения извне. Малоизвестный раздел магии, но крайне полезный.       — Почему я должен изучать окклю… как ее? — выпалил он.       — Потому что так считает нужным директор, — хладнокровно ответил Снейп. — Вы будете получать индивидуальные уроки раз в неделю, но никому не скажете об этом, в первую очередь Долорес Амбридж. Вам понятно?       — Да. Кто будет меня учить?       — Я.       — Почему Дамблдор не может его учить? — воинственно спросил Сириус. — Почему ты?       — Потому, видимо, что привилегия директора — поручать наименее приятные дела другим, — вкрадчивым голосом ответил Снейп. — Уверяю тебя, я не напрашивался. — Он встал. — Жду вас в понедельник, в шесть вечера, Поттер. В моем кабинете. Если спросят — вы изучаете лекарственные зелья. Всякий, кто видел вас на моих занятиях, не усомнится, что вам это необходимо.       Он двинулся к двери, черный дорожный плащ вздулся за его спиной.       — Постой, — сказал Сириус и выпрямился на стуле.       — Я спешу, Блэк, в отличие от тебя, у меня нет бездны свободного времени.       — Тогда к делу, — сказал, поднимаясь, Сириус. Он был значительно выше Снейпа, который сжал в кармане кулак — Если услышу, что эти свои уроки окклюменции ты используешь для того, чтобы притеснять Гарри, будешь иметь дело со мной.       — Как трогательно, — осклабился Снейп. — Но ты, полагаю, заметил, что Гарри пошел в отца?       — Заметил, — с гордостью сказал Сириус.       — Тогда ты догадываешься, насколько он высокомерен. Критика отскакивает от него, как от стенки горох.       Сириус оттолкнул стул в сторону и двинулся вокруг стола к Снейпу, на ходу вытащив волшебную палочку. Снейп выхватил свою. Оба изготовились: Сириус, пышущий яростью, Снейп, расчетливый и хладнокровный; глаза перебегают с палочки Сириуса на лицо и обратно.       — Сириус! — громко сказал Гарри, но Сириус будто не слышал.       — Я тебя предупредил, Нюниус! — сказал он, сунувшись к самому лицу Снейпа. — Мне плевать, что Дамблдор считает тебя исправившимся. Я тебя лучше знаю!       — Так почему ты ему не скажешь? — прошептал Снейп. — Или боишься, что он не воспримет всерьез совет человека, который полгода прячется в материнском доме?       — Скажи мне, как поживает нынче Люциус Малфой? Поди, доволен, что его верный песик работает в Хогвартсе?       — Кстати, о песиках, — нежно сказал Снейп. — Ты знаешь, что Люциус Малфой узнал тебя, когда ты в последний раз рискнул прошвырнуться? Ловко придумано, Блэк, — показаться на закрытой платформе. Железное оправдание, чтобы больше не высовывать нос из норы.       Сириус поднял волшебную палочку.       — Нет! — закричал Гарри и, опершись рукой на стол, перелетел через него, чтобы встать между ними. — Не надо, Сириус!       — Ты назвал меня трусом! — взревел Сириус и свободной рукой попытался оттолкнуть Гарри, но тот устоял.       — О, кажется, так, — сказал Снейп.       — Гарри… не лезь… под ноги! — рычал Сириус, отталкивая его в сторону.       Поттер пытался докричаться до крестного. В Снейпе закипала ярость. Ещё мгновение — и Сириус был бы мертв.       Вдруг как чертик из табакерки «на сцене» появилась Селена Сантос.       — Прекратили оба! Ведете себя как дети! Сколько вам лет?! — воскликнула девушка, загораживая собой Северуса и отталкивая Сириуса.       — О, у Нюниуса появилась защитница — похотливо улыбнулся Блэк.       — Молчать! — взревела девушка — Если тебе так интересно, песик, то я невеста Северуса, а не его защитница!       — Что? — одновременно спросили Гарри и Снейп.       — Что слышали. Милый, пойдем — подхватив ошеломленного зельевара под руку, Селена вывела его из дома на улицу.       — А теперь объясни, какого Мерлина, ты стала моей невестой? — спросил Северус, когда они оказались в подземельях Хогвартса.       — Вот из-за этого — ответила Селена, извлекая из своих карманов мантии черную коробочку с обручальным кольцом — Ты забыл, когда переносился в штаб Ордена.       — И каков твой ответ?       — Мой ответ «да».       Серебряное колечко с бирюзой в виде сердечка оказалось на безымянном пальце левой руки волшебницы. Северус сначала несколько секунд мысленно осмысливал слова и действия девушки, а потом закружил её в объятиях.