Вернувшись обратно.

*** Стэнфорд сидел в подвале и смотрел на чертежи. Поздно. Слишком поздно. Он не спас его. Единственное, что радовало, Диппер умер не из-за Эарриона; он не добился своего, не получил мальчика. Теперь его никто не получил. Стэнфорд повалился на стол, заплакав. Мужчина снял очки и зарыдал. В подвал зашел Стэнли и с грустью посмотрел на брата: — Мне тоже жаль. — Мы не смогли спасти его, — произнес Форд дрожащим голосом и закрыл глаза. — Я не спас его. — Мы не властны над судьбой. Он умер не по нашей вине. Я знаю, как тебе больно. Мэйбл тоже. Но ей я не могу помочь, она ни с кем не говорит, даже с Пухлей. Однако мы должны держаться. Стэнфорд поднялся и сказал, смотря на близнеца красными от слез глазами: — Его больше нет. Я пытался его спасти, но не… не смог. Ты понимаешь, Стэнли?! Я даже не помог ему с его силами! И даже не извинился перед ним. Больше никогда не смогу попросить у него прощения. Стэн вздохнул и опустил голову. Он знал, как близнец привязался к Дипперу, и понимал, какая это боль для Форда. Однако теперь ничего нельзя сделать. — Я пойду. Зови, если захочешь поговорить, — сказал «мистер Загадка» и ушел. Автор же упал на колени и схватился за волосы. Слезы душили его. Вот так, молча, он пригнулся к земле, чувствуя боль и отчаянье. Эаррион во всем виноват. Во всем виноват Эаррион… *** Стэнли пил сок Мэйбл на кухне, который как раз подходил к этому случаю. Не алкоголь, но тошнит и помогает справиться с болью. Неожиданно на кухню зашел Стэнфорд, серьезный и спокойный. И держащий в руках пистолет. — Что за чертовщина? Куда ты? — непонимающе спросил Стэн. — Пойду искать нашего знакомого, — скривился автор. — Если я не вернусь, то знай, что я принес ему немало проблем. Прощай, — Форд посмотрел на брата и кивнул ему. — Нет! Я не позволю… — Если ты не послушаешься меня, то я тебя убью, — процедил автор. — Тем более это только мои проблемы. Я не хочу, чтобы ты пострадал. И он твердой походкой пошел на улицу, быстро направившись в лес, где собрался встретить знакомого. Лил дождь; земля была мокрой, грязь, лужи. Нет ни птички, ни белки — все спрятались. Неудивительно, особенно когда громкие раскаты грома пугают и тебя. Однако Стэнфорд идет, иногда подскальзываясь и падая в лужи. Ему холодно, но он идет, намереваясь отомстить Эарриону. И идет. И идет. Боль терзает его душу, слезы вновь скатываются по щекам. Разум его затуманен горечью и обидой, но он дает отчет в своих действиях. Знает, что идет на верную гибель, однако не может не делать это. — Куда идешь? — раздается сверху чей-то спокойный голос. Подняв голову, автор видит Эарриона, который с интересом смотрит на мокрого мужчину. Взгляд черных глаз опускается на пистолет. — Хочешь убить меня? — Иного ты не заслуживаешь, — твердо говорит Пайнс и резко стреляет в парня, но тот исчезает и появляется позади Стэнфорда. Эаррион отнимает пистолет у мужчины и расплавляет его, потом подвешивает автора над землей и со всей силы кидает его в дерево. С глухим стоном он падает, потеряв сознание от боли, но ненадолго. Ведь зубастик вновь поднимает Форда и вновь отправляет того лететь к дереву. Хруст кости заставляет мужчину очнуться. С воплем он посмотрел в небо, держась за сломанную ногу. — Пистолетом меня же не убьешь. Зря же ты вообще начал это. Эаррион взмахнул рукой, и они переместились в полнейшую тьму. — Побудь здесь часик. Пока не придешь в себя, — послышался злой смех, и мужчина потерял сознание. *** Спустя час он наконец очнулся в полной темноте. Было холодно. Нога болела, но где-то в глубине души Стэнфорд был рад этой боли, которая отвлекала от грустных мыслей. Но что делать дальше? Ждать? Стэнфорд держался за ногу, которая горела адским огнем. Он понимал, что Эаррион вылечит его, но он все равно пугался страшных мыслей. И вот, сидя где-то посередине бесконечного пространства, автор прокричал: — Покажись, трус! Ты, бездушная тварь, покажись! Или боишься меня?! — Я? — спросил голос из ниоткуда, потом послышался смех. — Конечно же нет. — Тогда покажись! Или ты боишься меня? — вновь крикнул Стэнфорд и стиснул челюсти. Нога еще болела. — Боюсь? О нет, — на несколько секунд голос замолчал. — Но я покажусь. Стэнфорд смог не застонать, хотя стиснул зубы так, что они заболели. Непрошеные слезы навернулись на глазах. Вдруг послышались шаги, и появился Эаррион. Он остановился возле мужчины, скрестил руки, улыбнулся и мягко сказал: — Не стоило меня злить. — А что бы ты сделал? Убил бы меня? Ты бы этого не сделал. Я нужен тебе. — Неужели догадался? — с иронией в голосе спросил злодей. — Я уж думал, что и за год не сможешь понять это. — Единственное, что я не пойму, зачем тебе нужен был Диппер? Тебе мало того, что ты сделал с мальчиком? — Опять за свое? Я же ничего не сделал Дипперу. Тогда я ему только помог и все. — Подлая тварь ты! — яростно сказал Форд. — А пытки? А избиения? — Признаю же, я был не в себе. Но это даже пошло на пользу мне, — кивнул Эаррион. — Сейчас же, полагаю, я должен вылечить тебя, чтобы обезопасить себя. Черноволосый щелкнул пальцами, и нога автора зажила. Поднявшись, тот спросил грозно: — Это ты виноват в смерти Фиддлфорда? — Я? Конечно же нет. Он сам застрелил себя. Надеюсь же, ты не принимаешь меня за труса и убийцу. — Ты и трус, и убийца, — прошипел Форд. — Зачем ты убил его? Что тебе сделал МакГакет? — Ничего хорошего и ничего плохого. Поэтому я его не убивал, но помог умереть. — Как и Дипперу…- слезы навернулись на глаза мужчины. Он достал из кармана нож и напал на Эарриона с яростным воплем. Тот увернулся и отбросил автора назад. Он упал, глухо вскрикнув, и поднялся, хотя у него дрожали ноги. Стэнфорд сжимал в руке нож и с ненавистью смотрел на зубастика, который холодно глядел на противника. — Глупо нападать на меня, — громко сказал Эаррион. Голос его эхом разнесся по пустоте, и автор немного испугался. — Меня невозможно убить. Я бессмертен, я многолик, я — высшее существо. Вы пытаетесь сделать то, что нельзя сделать. Диппер умрет. Если он не умер сегодня, умрет завтра. Вы не спасете его, он обречен. Если же вы хотите изменить условия сделки — то сделаете только хуже и для себя и для него. Оставьте ваши попытки. Оставьте ваши планы! Глянув в глаза Стэнфорду, Эаррион сделал то, что мог на данный момент. В глазах автора демон читал решительность и понимал, что тот не отступит от своих планов. А этого нельзя было допустить… Стэнфорд, заворожено глядя на зубастика, начал дрожать от боли, а потом начал корчиться и орать, не в силах отвести взгляд. Черные, словно бездна, глаза пленили, хотелось смотреть в них вечно. — Нет…- простонал Форд, пытаясь перестать кричать, но в следующий миг уже корчился на полу, все так же глядя на Эарриона. Автор заплакал, пытаясь справиться со взглядом и болью, но не мог. Мучитель же начал уставать. На эту пытку уходило множество сил… — Оставь его! — вдруг раздался чей-то негодующий голос. — Я не позволю тебе убить его. Закрыв глаза и открыв их, Эаррион резко повернулся и увидел Диппера. Он был в ужасном состоянии, словно только что пробежал по десяти лесам. Кожа на коленях была содрана до крови, парень часто дышал, пытаясь привести дыхание в норму, но в глазах был огонь. Злой огонь. Яростное, бушующее пламя, в прямом смысле слов. Эаррион видел, что сила оживила Диппера и покорилась ему, будто хотела этого. Однако этого быть не должно. Это неправильно, это невозможно! Черноволосый невольно отступил назад, охваченный страхом. Диппер же наоборот шагнул вперед и глянул на стонущего Стэнфорда. Мужчина судорожно вдыхал воздух, пытаясь совладать с собой. — Ты зря сделал это, — не своим голосом сказал парень. — Ты поплатишься за это. Резко посмотрев на Эарриона, Диппер недовольно скривился — тот отвернул голову, не позволив посмотреть в его глаза. Парень быстрым шагом подошел к врагу, и тот тут же оказался позади него. — Что же тебе нужно? — раздался тихий голос Эарриона. — У меня ничего нет. — Ты мучил его, — Диппер указал пальцем на автора, который уже поднялся и смотрел на них, все так же не поворачиваясь. — Мучил его! Сосна вновь повернулся к зубастику, который не успел увернуться и посмотрел в горящие глаза. В мыслях у него лишь успело пронестись «нет» перед тем, как он упал на колени перед Диппером, заворожено смотря в его глаза, полные огня. Сосновое Деревце был спокоен внешне, но внутри у него вся натура бушевала. Он желал, жаждал больше всего замучить Эарриона до смерти. Или до безумия… Жуткие крики нарушали прекрасную тишину. Крики, хрипы, стоны вызывали страх в любом человеке, кроме самого мучителя. Того охватила сила. Она чуть не убила его, но решила все же остаться в этом теле. Сейчас сила заставляла творить хаос, убивать врагов и обидчиков. Но где-то внутри мучителя был Диппер — самый настоящий. Он был один на один со своей новой сущностью. Один на один со тьмой. Он хотел это прекратить, но не мог. Он не мог остановить это безумие, как бы не пытался. — Надо перестать это делать! — кричал Диппер тьме, задрав голову. А зачем? Разве ты не хочешь отомстить?— вопрошала сила. — Не надо! Стоит разобраться с ним по-другому, более гуманно. Захочет ли он этого? Он попытается уйти от наказания… От расплаты. Ты не сможешь, давай я сделаю это… — Это жестоко. Остановись! Ты не прав, он не изменится. Он ничего не поймет. Только сила поможет. Только боль его остановит. — Заткнись! Ты подчиняешься мне! — голос дрогнул, выдывая страх. Тем не менее это подействовало. Диппер одержал победу в этой короткой драке. *** Тем временем Стэнфорд, слушая вопли Эарриона и видя его слезы, не выдержал, набросился на своего ученика. Диппер как раз пришел в себя и увидел, что натворил. Испуганно попятившись, он сглотнул. Эаррион раскинулся на земле, судорожно вдыхая и морщась от боли. Дрожащим голосом он сказал: — Зря… вы не убили меня… Автор дневников успел подбежать к врагу и схватить его за горло, успев предотвратить новую боль, но уже предназначенную Дипперу. — Ты не тронешь его, — процедил Форд. Это и нужно было демону. Он оттолкнул мужчину и, достав из пустоты меч, рассмеялся: — Наслаждайтесь минутами, — и приковал Сосну к полу, не позволив спасти дядю. Старшему Пайнсу оставалось только уворачиваться и надеяться на свою ловкость… *** Пасифика была во дворе особняка и читала завещание. Блондинка злилась, увидев то, чего не хотела. МакГакет написал два завещания. В одном говорилось, что все имущество предоставляется сыну старика, в другом — Нортвестам. И как же теперь вернуть себе все? Можно порвать «ложный» документ, но копия есть у противника — другого наследника. Пасифика топнула ногой, пытаясь немного успокоиться. — Что, неприятные новости, Нортвест? — послышался ехидный мальчишеский голос. — Гидеон, — повернулась девушка. — Что ты здесь делаешь? — Два завещания. Какая досада…- усмехнулся мальчишка, входя во двор. — Дашь глянуть? Ага… Все переписал на сына. Не очень хорошо, верно? Ведь ты хочешь обрести вновь свое богатство и титул? — посмотрев в глаза Пасифике, он рассмеялся. — Я… Это просто…- растерялась девушка. — Я знаю все. Наш общий знакомый послал меня помочь тебе. Так что не бойся. Я избавлю тебя от соперника. — Что ты хочешь взамен? — Эаррион мне все даст… Но если мне понадобится твоя помощь — ты предоставишь ее. Ясно? — Гидеон скрестил руки. — Ясно, — прищурилась Пасифика. — Но если тебя поймают, Гидеон, то я тут не причем. — Меня не поймают, поверь. Что ж, пришла пора наведаться к жертве, — ухмыльнулся Гидеон, с насмешкой посмотрев на блондинку. Та немного испугалась, тем не менее, была готова получить известие о том, что еще один человек мертв. — Увидимся. — Увидимся, — ответила Нортвест, проглотив ком в горле. Но ведь ей не впервой добиваться своего, жертвуя при этом другими. Почему же она боится? Пасифика пошла домой, смотря на идущего впереди Гидеона. Он шел домой, чтобы оттуда поехать к озеру и устранить противника. Блондинка представила себе это и испугалась еще больше. Ведь в той смерти она будет виновата не меньше, чем сам убийца. …Спустя пять минут девушка уже была в своей комнате. Пасифика прыгнула на кровать и глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться. Но не смогла, так как странный звук и туман появились в комнате. Охнув, блондинка подскочила и спросила громко: — Эаррион? Туман рассеялся, и перед ее взором возник сам гость. Эаррион, который в последнюю секунду успел исчезнуть, чтобы его не схватили, стоял на коленях, тяжело дыша и держась за правый бок. — Проклятые Пайнсы…- процедил он и убрал руку с торса. Увидев на ней кровь, он сжал челюсти и упал на пол. — Ты запачкаешь ковер! — взвизгнула девушка и усадила демона на кровать. — Он стоит несколько тысяч! Эаррион с такой злобой глянул на нее, что та замолчала и отступила к стене. Зубастик опустил голову и зажмурился, пытаясь справиться с болью. Прошептав что-то, он коснулся раны рукой, и та затянулась. Потом также коснулся царапин на теле — и спустя несколько минут был полностью здоров. Поднявшись, Эаррион глянул на удивленную Пасифику: — Он пришел к тебе? — Кто? — обрела дар речи дева. — Гидеон Чарльз Глифул, конечно же. — Да. Он предложил мне… помощь. — Уничтожить противника?.. — Д-да… — Отлично. Ради достижения своей цели он пришел-таки на помощь. Что же, я исполнил свою часть договора. Теперь же ты будешь вновь богата и будешь издеваться над бедными. Было приятно иметь с тобой дело, Пасифика Нортвест, — Эаррион собрался исчезнуть. — Стой! Ответь мне на два вопроса! — Какие же? — Во-первых: кто тебя ранил? — Мои враги, которые же вновь объединились. Второй вопрос? — Зачем я должна была попасть в лапы того монстра? — Это тоже лишь мое дело. Ты должна была просто сделать это. Довольна же теперь? — Нет… Я должна знать. — Лучше же тебе остаться в неведении. Все равно все провалилось. Эаррион исчез в появившемся тумане, оставив Пасифику в замешательстве.