Человек, который украл всё

Сквозь сон Энмор почувствовал, как кто-то прикоснулся к его плечу, мягко, но настойчиво вытаскивая его из сна. А ведь он спал так недолго… Ну конечно, это Руз Пелл. Сегодня день суда. А ему как раз приснился такой дурацкий сон, в котором этот день уже был прожит. Что такое было в этом сне? Что?.. – Ещё минуточку, – пробормотал он, но настойчивое прикосновение никуда не делось, и Энмор недовольно открыл глаза. Странно. Над ним склонилось чьё-то лицо, но это был не адвокат Пелл. Это был его учитель Иол. Он улыбался, но на его глазах блестели слёзы. – Мальчик мой! – прошептал Иол, прижимая сухую ладонь к его щеке. – Я уже думал, что ты никогда не придёшь в себя… – Что… – пробормотал Энмор, пытаясь приподняться, но тут же падая на кровать. – О чём ты говоришь, учитель?.. Как ты здесь оказался? Когда приехал в Волтон? – Мы не в Волтоне, Энмор, – ответил Иол уже более спокойным голосом, вытирая остатки слёз. – Мы дома. В Старых Клыках. – Что? – ахнул Энмор и тут же застонал от боли, которая охватила левую сторону его головы. Иол мгновенно посерьёзнел и прижал ладонь к его виску. Закрыв глаза и нахмурив брови, он прошептал какое-то неизвестное Энмору заклинание, и боль исчезла. Вместе с тем прояснилось сознание Энмора. Он вдруг сразу вспомнил всё, что произошло в Волтоне – от того момента, как они с Кориэлем прибыли в порт и до того, как в его голову полетела пуля из пистолета Кинна. – Сколько времени я был без сознания? – тихо спросил он. – Неделю, – коротко ответил Иол. – К счастью, тебя только ранили, но сразу после того, как ты израсходовал весь свой запас волшебства. В таком состоянии заклинание Исцеления могло бы повредить твою память, дух или магические способности. К счастью, твои новые друзья доставили тебя ко мне. Вот, кстати… – Иол потянулся куда-то в сторону и подал Энмору письмо, запечатанное лиловой сургучной печатью с изображением горы. Герб Нодеров! Энмор распечатал письмо и достал листок, исписанный чётким, размашистым почерком. «Я благодарю вас за помощь, смелый магистр. Вы нажили себе немало могущественных врагов, ради того чтобы спасти мою жизнь и доброе имя. Кроме того, вы пожертвовали собой ради жизни моего сына. Я буду вечно благодарен вам и вашему учителю, благородному магистру Иолу. Двери моего дома всегда будут открыты для вас обоих, и вы всегда сможете рассчитывать на мою помощь. Лиогар Нодер, граф Ульвельдский Чуть ниже начинался другой почерк, более крупный и слегка торопливый: «Энмор! Нам пора возвращаться в наш замок Черновьюн, а ты до сих пор лежишь без сознания, и мне тяжко даже смотреть на тебя. Ведь это из-за меня тебя ранили, а теперь я даже не могу попрощаться с тобой и сказать тебе спасибо за всё, что ты для меня сделал, хотя вовсе не был обязан. Знаешь, в начале нашего с тобой пути я часто был недоволен тем, что ты со мной, но сейчас я понимаю: ты стал для меня настоящим другом. Надеюсь, ты скоро поправишься и прочитаешь это письмо, потому что я хочу, чтобы ты приехал к нам и погостил хотя бы немного. Передавай привет Висельнику. До встречи! Кориэль» Энмор сложил письмо, улыбаясь от удивительно тёплого чувства в груди. На душе у него стало легко и хорошо. Он снова вложил письмо в конверт и протянул его Иолу: – Граф Нодер приглашает меня в свой замок. Можешь себе представить? На лице Иола появилось смущённое выражение, как будто его опять стыдили за пьянство. – В чём дело? – насторожился Энмор. Иол помолчал, вздохнул, потом кивнул головой в сторону: – Вон там на стене список мест, куда тебе разрешено ездить. Черновьюна там нет, Энмор, извини. – Что? – не понял Энмор. – Как это – разрешено ездить? Что такого я… Что-то словно щёлкнуло у него в голове, и Энмор со стоном схватился за неё руками. – Суд! Чёрт возьми, как я мог забыть… – Суд уже состоялся, Энмор, - мягко сказал Иол. – Что?! Как он мог состояться без меня?! – Когда тебя привезли, я сообщил об этом в Гильдию, как полагается, - вздохнул Иол. – Сюда прибыли все семеро Великих Магов из Совета, включая магистра Авелона, и убедившись, что ты в плохом состоянии… ммм… покопались в твоей памяти. Энмор ещё сильнее сжал свои виски, словно пытаясь понять, как много им удалось найти в его памяти. Как назло, ему вспомнилось много такого, что он желал бы скрыть даже от самого себя. – И так они поняли, – со вздохом продолжал Иол, – что ты и в самом деле не убивал того человека. Но знаешь его убийцу и почему-то не хочешь говорить, кто он. – Она, – пробормотал Энмор, отворачиваясь. – А я-то хотел сохранить это в тайне… – Так что обвинение в убийстве с тебя сняли, – продолжал Иол, – но ты считаешься соучастником. А за это предусмотрено наказание. – Что, выгонят из Гильдии? – устало спросил Энмор. – Из Гильдии тебя, положим, не выгонят. Если только выдержишь испытательный срок. Тебе нельзя будет покидать деревню, разве что ты поедешь в какое-нибудь место из списка. – А много таких мест? – чуть оживившись, поинтересовался Энмор. Иол встал на ноги, подошёл к прикреплённому к стене листку, оторвал его, принёс ученику. Энмор взял листок в руки. На нём значился очень короткий список: 1. Тирль 2. Остон 3. Новые Клыки – Богато, – пробормотал он, возвращая листок учителю. Иол торжественно повесил его на место. – И сколько будет продолжаться этот испытательный срок? – Год, – твёрдо заявил Иол. Энмор издал такой душераздирающий стон, что Висельник, спавший на печке, поднял голову, огляделся по сторонам ошалелыми глазами, с недовольным видом спрыгнул на пол и удалился за дверь. – Может, ты снова дашь мне поручение? – с надеждой спросил Энмор. – Я не смогу завязнуть здесь на весь год! Я умру со скуки! – И не проси! – гневно отрезал Иол. – Чтоб я ещё хоть раз дал тебе поручение после того, что случилось! Ты едва не погиб! Нет уж, сиди дома. – Но после того, как ты отправил меня в путешествие, я тоже много раз мог погибнуть, – резонно возразил Энмор. – Например, однажды меня чуть не принесли в жертву… – Что?! – Да-да, Духу Ручья. Оказывается, я решил попить водички не в том месте и не в то время, и чуть не схлопотал стрелу в голову… – Но я думал, с этими культами покончено! – Не совсем, на Севере свобода вероисповедания. Разговор прервал глухой стук, раздавшийся снаружи, а вслед за ним – мелодичная птичья трель, тут же заглушённая боевым «Мяу!» – Опять этот проклятый кот! – взвился с места Иол. – Только-только птицы начали поспевать, а он тут как тут!.. С этими словами он стремглав вылетел за дверь. Смеясь, Энмор откинулся на подушку, но при этом движении смех его тут же затих, а в глазах потемнело от боли. Видимо, пуля Кинна причинила ему больше вреда, чем показалось вначале… Ничего, магия может вылечить почти всё. Когда-нибудь от боли не останется и следа. Лёжа в постели, Энмор слушал, как за стеной Иол воюет с Висельником под рулады новорожденной иволги, и наблюдал, как на потолке вспыхивают зелёные, красные и фиолетовые сполохи от магии, которую птица разбрызгивала вокруг себя. Он думал о том, что, в конечном счёте, всё не так уж и плохо. Он помог Кориэлю, спас невинного человека от гибели, и наконец-то вернулся домой. Теперь его снова ждёт спокойная, тихая жизнь, прямо как та, которая была до его путешествия на Север. Не того ли он хотел десять дней назад, не оттого ли возмутился, когда Иол предложил помочь Кориэлю?.. Настало время радоваться покою, не так ли?.. … Вот только Энмор не выбирал этот покой. Его выбрали за него другие. И это ему очень не нравилось.