Господи, какое небо мятное

Завтрак для Драко прошёл без происшествий. Пара шуток с Теодором и Блейзом, пара сэндвичей и чая. Но он, к сожалению, сегодня не выспался, спасибо, Пэнси, так что на травологию он плёлся медленно и был донельзя недовольным. Гермиона была уже в теплице. Оснащена специальным костюмом, перчатками и, на всякий случай, противоядием. Сегодня у них было одно из самых ядовитых растений, судя по номеру теплицы. Девушка ждала на профессора Стебль, расхаживая помещением и вдыхая запах земли. Теплица, благо, не изменилась: посредине помещения стояли столы, на которых разместились всевозможные растения. Сбоку были расположены специальные шкафчики, тумбы стеллажи, маленькие столы с оборудованием для практических занятий. И, разумеется, приятный запах земли, смешанный с нерезким запахом пота и духов профессора Стебль. Дафна же была во вполне приподнятом настроении, так что она натянула перчатки. Заметив Гермиону, она подошла к ней и поздоровалась. — Привет, — весело ответила шатенка. — У нас сегодня какие-то страшные и ядовитые штуки? — поморщилась Гринграсс, — вот никогда не любила такое.

***

— Нотт, где ты тащишься там? — громко спросил Драко. Нотт был в превосходном настроении, как всегда. Он не любил травологию, но ему нравился тот факт, что все факультеты теперь будут заниматься вместе из-за недостатка учеников для привычных двух факультетов на одном уроке. — Здесь я, — бросил Тео. Теодор Нотт, известный как разбиватель женских сердец после одной ночи, обожал на занятиях заниматься тем, что строить глазки девчонкам. Это было очень круто. Видеть, как самые тошные заучки беспомощно хлопают ресницами, пытаясь понять: ей он подмигнул, или нет. Один раз было даже такое, что страстная фанатка слизеринца упала в обморок от его взмаха руки. Интересно, круто ли это — влюбляться. — Почему ты такой счастливый? — пробурчал Малфой, заходя в теплицу. — Лишний повод кого-то подколоть, — усмехнулся парень. — Расслабься, Драко. — Теодор похлопал блондина по плечу. — Полюбуешься грязнокровкой Грейнджер, — ухмыльнулся он, поддевая друга. — Просто фу, — скривился блондин, — не порти настроение.

***

— Как по мне, это неплохо, — сказала Гермиона. — Обожаю травологию. Лучше неё разве только руны, — улыбнулась девушка. — Я люблю травологию, но только в теории, — попыталась объяснить девушка. — А чем тебе практика не угодила? — подняла брови Грейнджер. — Ну, земля, грязь, да и руки у меня не из того места растут, я горшок могу уронить. — Ладно, не буду тебя убеждать в противоположном, — хмыкнула Гермиона. — А что ты любишь? Какой предмет? — поинтересовалась она. — Защиту от темных искусств, — без раздумий ответила Гринграсс, — и заклинания. — Понятно, — пожала плечами гриффиндорка и опёрлась о стол, на котором стояли горшки с растениями, зацепив один плечом. — Черт, — выругалась она. — Ядовитая тентакула! — Это успех, Грейнджер, — ехидно промолвил Малфой, подходя к Дафне и приветственно кивая ей. Девушка проигнорировала Малфоя, но в очереди подколоть её стоял за его спиной Тео, который без раздумий решил вставить словечко. — Жаль, что оно не на тебя упало. Так бы, может, у тебя что-то доросло. — он ухмыльнулся, — может, рука. А, если повезло бы, то грудь, — парень сам посмеялся с себя и пошёл вслед за другом. Дафна сделала лицо а-ля Китнисс Эвердин. — Ха-ха, — похлопала она, — смешные вы. — Гринграсс, опять большую подругу строишь из себя? — прорычал Тео, которому не нравилась позиция девушки. — Типа того, — приторно улыбнулась Нотту брюнетка. Луна подлетела к подруге и чмокнула её в щеку. — Привет, Гермиона, — мечтательно сказала она, в принципе, в манере, свойственной только Лавгудам. — А что здесь происходит? — блондинка непонимающе кинула взгляд на Малфоя и Нотта, которые вызывающе смотрели на Грейнджер, ища повода для конфликта. — Опять эти? Драко сложил руки на груди, пренебрежительно вскидывая брови. — О, привет, полоумная Лавгуд. И ты тут? Я прямо счастливчик. Грязнокровка, сумасшедшая и Долгопупс. — Еще раз ты посмеешь нахамить мне, — Нотт сделал шаг в сторону Дафны, ртом дыша в её ухо, — Гринграсс, — закончил предложение парень. Он любил издеваться над девчонками таким образом, но сейчас соблазнение Гринграсс стало азартным. Надо признать, эффект сие действие произвело и Дафна на секунду задержала дыхание, но быстро пришла в себя. — Поведай мне, пожалуйста, что ты мне сделаешь? Вроде, процентное содержание магической крови в моих венах позволяет меня вести с вами на равных. — Малфой, да кто ты такой, чтобы унижать нас, — Гермиона бросила вызов, сделав шаг вперёд и скрещивая руки на груди. — Кроме сыночка Люциуса, купившего тебе мнимую репутацию, ты — ничтожество, — Грейнджер хитро улыбнулась и сделала акцент на последнем слове. — Репутацию зарабатывают, а не покупают, — процедил Драко, — и запомни, Грейнджер, если ещё раз упомянешь моего отца, то это будет для тебя и твоей шайки потенциально проблематично, — по парню было видно, как он помрачнел. Даже на Дафну он произвёл сильное впечатление. Тео ухмыльнулся, еще стоя очень близко к Дафне, — в принципе, тебе может понравится, — прошептал он. — А, может, и нет, — он прищурился, сбоку наблюдая за реакцией девушки и, поправив прядь волос, заложив их за ухо, отстранился. Гринграсс открыла рот, чтобы ответить, но закрыла его, гордо вскидывая подбородок и складывая руки на груди. — Посмотрим. Черт, что он только что делал. У девушки по всему телу побежали мурашки и она очень надеялась, что никто не заметил слабинку. — А что, Малфой? — Гермиона вздёрнула подбородок, — твой отец является для тебя чем-то неприятным? Или, может, проблематичным? — шатенка решила отвечать им их же монетой. — Захлопни свой грязнокровный рот прежде, чем выбесишь меня окончательно, — холодно произнёс Малфой, но в серых глазах горело пламя ярости. — А что ты мне сделаешь, Малфой? — дерзко спросила Гермиона, чтобы, в конце концов, окончить этот дурацкий спектакль. — Круциатус? Авадой прихлопнешь? — глаза Грейнджер были широко распахнуты, — внутри девушка почти горела. — Клянусь, Грейнджер, ещё одно слово… — прошипел Малфой. — Что. Ты. Сделаешь? — медленно произнесла девушка. Драко выхватил палочку и приставил её к горлу гриффиндорки, но вовремя остановился. Он не произнёс заклинание, но то, что он угрожающе дышал и его взгляд безусловно пугали. Он стал, как его отец. Как Люциус. Который без проблем может убить человека на месте. Нет, блондин не хотел этого. Какого черта он собирался сделать с и без того несчастной Грейнджер? Гермиона прекратила дышать и в какой-то момент её сердце остановилось от неожиданности, так ей казалось. Она застыла на месте возле стоявшего так близко Драко, который направил на её горло палочку. Прекрасно. — Драко! — воскликнула Дафна, вмешиваясь, — что ты делаешь, черт возьми? — Малфой, — Тео схватил его за руку. — Она — конченая сука, но этого не стоит. — он посмотрел на Драко. Малфой был безумно благодарен Нотту за такие моменты. Одним словом, одним обеспокоенным взглядом друг мог решить всю проблему. Он пробуждал в Драко эмоции, которые тот тщательно скрывал. Он прятал Люциуса внутри. — Она оскорбляла меня и моего отца. Полагаю, грязнокровка заслужила того, что немного испугалась, — процедил Малфой, вновь засовывая палочку во внутренний карман мантии. На самом деле, он сам себя напугал. Он превращается в своего отца. И это было ужасно. Блондин выхватил руку и пригладил волосы, а затем резко отвернулся и пошёл к столу, где занимался Слизерин. — Ты в порядке? — Луна с беспокойством посмотрела на шатенку, одной рукой приглаживая её и без того пушистые волосы. Дафна укоризненно взглянула на Гермиону, но также прошла к столу Рейвенкло. Гермиона не ответила на вопрос Лавгуд, не могла даже сказать и слова: Малфой её напугал. Но девушка улыбнулась, мол, все хорошо и сделала шаг к их столу. Да, она была напугана. Сердце бешено стучало, но в один момент Грейнджер показалось, что это не страх. Это какого-то рода адреналин. Малфой был так близко. Его дыхание щекотало ей шею. Да, в попытке тебя убить, Гермиона. Разум взял над эмоциями верх, и Грейнджер перевела взгляд на профессора. — Вставайте на свои места, пожалуйста! — в теплицу зашла низенькая профессор Стебль. Она была Драко примерно по грудь, если не ниже, — приятно видеть вас в новом учебном году. На вашем седьмом курсе мы будем изучать самые опасные и самые ядовитые растения, которые не было позволено касаться вам прошлые шесть лет. Вы готовы к путешествию в удивительный мир травологию? Женщине было примерно 50 лет. Она, как всегда, была одета в серый костюм со смешной шляпкой. И, что заметила для себя Дафна, она была сама похожа на растение. Стебль ассоциировалась с травологией. И это было забавно. Пухленькая, низенькая, с немного красными щеками. Женщина была очень милосердной, наверное, поэтому, она занималась природой. Нотт вспомнил, как Малфой ушел с травологии к Пэнси, а сам Тео не хотел сидеть там один. Поэтому он подошел к учительнице и соврал, что ему срочно надо к мадам Помфри. И, к его удивлению, женщина ласково улыбнулась и отпустила парня с урока. Теодор до сих пор относится к профессор Стебль лучше, чем ко всем остальным. — Луна, — прошептала в её сторону Грейнджер. — Иди к своему столу! — Одним из Ваших долгосрочных заданий на этот год будет вырастить ядовитую тентакулу. Естественно, в одиночку вы не справитесь, так что предлагаю вам разделиться на группы по три-четыре человека, — повещала учительница. Луна бросила вопросительный взгляд на Гермиону, но девушка проигнорировала его. Да, блондинка хорошая, но она очень напрягает, заставляет много думать и анализировать свое поведение, свой внутренний мир. А этого гриффиндорке как раз сейчас меньше всего хотелось. Лучше уже с Дафной с Рейвенкло, — подумала Грейнджер и краем глаза наблюдала за девушкой. Гринграсс сложила руки на груди и кивнула, перехватывая взгляд Малфоя. Каким бы подонком он не был, они были одной командой. — Даю вам пять минут на распределение, — заявила профессор. Грейнджер заметила это, поэтому решила отказаться от команды Дафны, если там будет Нотт и Малфой. По крайней мере, она сама проситься не будет.

***

Дафна Гринграсс пошагала в сторону слизеринского стола, все еще задержав взгляд на Драко. Они, сколько девушка себя помнила, всегда были командой. Сама же брюнетка судорожно продумывала план действий. Драко возиться с землёй не будет, она — тоже. — Гермиона, айда к нам. Глаза шатенки округлились. — Что? — обернулась девушка к Гринграсс. — Нам не помешает в команде гениальная гриффиндорка, — улыбнулась брюнетка. Малфой скривился, но решил не возражать. Пока, по крайне мере. Гермиона размякла от слова «гениальная», поэтому кивнула. Если что — всегда можно уйти и сделать все самой. Для девушки это не проблема. — Теодор, ты с нами? — спросил Драко, — точнее, мы — это Дафна и я, а ещё Грейнджер привязалась. Нотт уставился на Малфоя, почему он до сих пор молчит. — Грязнокровка? — прошипел он в сторону блондина. — Ты серьезно, Драко? — Я к никому не привязывалась, Малфой, — фыркнула Гермиона. — Я найду дела поважнее, чем копаться в грязной земле. А она сделает все за нас. Думай вперёд, Теодор, — пожал плечами Малфой. Иногда ему даже нравилось подначивать Грейнджер. Да, Драко определенно нравилось выводить гриффиндорку. Наблюдать, как маленькое лицо морщится и краснеет, а темные глаза сначала блестят от злости, а потом закрываются, пытаясь успокоиться. Как миниатюрные кулачки сжимаются, а зубы сцепляются. Даже в таком состоянии, он не мог назвать Грейнджер уродливой. — Дела поважнее — это развлекаться с Паркинсон? — сморщила нос Грейнджер. Он ей ничего не сделает. — Я с тобой всегда, а Гринграсс и Грейнджер — дополнительные детали, — ухмыльнулся Тео. — Завидуешь, Грейнджер? Гормоны скачут, а принца нет, так что ублажить тебя никто не может? — лениво парировал Малфой. — Фу, Малфой, разве тебя может интересовать личная жизнь грязнокровки? — притворно скривился Теодор. — Вот что на «личном» у Мисс Паиньки, — он скосился на брюнетку, — да, интересно. Парню было действительно интересно, что происходит у Дафны с Роджером. Почему — неизвестно, но одно упоминание Гринграсс о нём заставляло Тео сжать челюсти. — Алло, — пощелкала пальцами Дафна, подходя к ним, — не надейтесь, что вы ничего не будете делать. Вы будете как минимум таскать учебники — все нужно тщательно конспектировать, а эти дурацкие книги весят килограммов десять. — Так, как вы уже знаете, — начала Гермиона, — это растение безумно ядовитое. Одно касание — ты парализован — это в лучшем случае. Поэтому нам нужно иметь с собой перчатки, защитный костюм и, конечно, противоядие, — рассказывала девушка, наблюдая за реакцией. — Кстати, это и вправду интересно, — заметил Малфой, махнув рукой на шатенку, — с каких пор ты стала такой ярой защитницей убогих? Подожди… — он ахнул, — только не говори, что Дэвис, по которому ты сохнешь, грязнокровка. Гринграсс сначала пыталась игнорировать Драко, но щеки предательски вспыхнули и она повернулась к Гермионе. — А можно кинуть это растение в лицо Драко, чтобы он заткнулся? — Я только за, — засияла Грейнджер. Драко закатил глаза, многозначительно глядя на Тео. — Так, посадить и вырастить — не проблема. Нам нужно сделать так, чтобы мы не погибли от её яда, и не испортили листву тентакулы при попытке защититься, — продолжала Гермиона. — Да умолкни ты, Грейнджер, мне плевать на тентакулу, — перебил её блондин, — давай, Гринграсс, выкладывай, мы хотим знать все о твоей личной жизни. — Бла-бла-бла, — лениво протянул Нотт. — Грейнджер, ты еще не поняла, что заниматься этим будешь ты одна? — Я ещё буду этим заниматься, — Дафна отчаянно продолжала игнорировать друга. — Да, Дафнуля, — начинай, — криво улыбнулся Теодор. — Или как там тебя называет этот чмырь? — Дафнуля? — выкинулась Гринграсс, — иди вон в команду к Паркинсон, там и иронизируй. — Я тебя, кажется, предупреждал на счёт твоего пренебрежительного отношения ко мне? — прищурил глаза Тео, искренне наслаждаясь этим. — Кажется, я уже говорила, как мне плевать, что ты сделаешь? — фыркнула Дафна, и, быстро развернувшись, вышла из класса, ловля на себе удивленный взгляд профессор Стебль. Гермиона Грейнджер укоризненно посмотрела на парней, а потом подбежала к учительнице, проинформировав её, что Гринграсс плохо, и она пошла к мадам Помфри.