Господи, какое небо мятное

Гермиона собиралась на трансфигурацию. Девушка надела короткую юбку, белую рубашку и мантию, обув на ноги балетки. Мельком посмотрела в зеркало, после чего поправила волосы, и вышла с сумкой на плече, улыбнувшись Полной Даме. В ответ женщина начала петь оперетту в благодарность Гермионе за её постоянную вежливость. Поэтому девушка остановилась и терпеливо ждала, топая ногой. Девушка обернулась, услышав вдалеке голос Невилла. Парень увлеченно о чем-то рассказывал какой-то блондинке. Грейнджер уже хотела помахать парню, но загадочная девушка подняла голову, и шатенка увидела черты Луны. Лавгуд нежно смотрела на парня, а он, наклонив голову, заплетал ей косу. Девушка посмеивалась, смущенно краснея. — Что? — Гермиона встряхнула головой, будто думала, что ей это снится. — Два безумца нашли друг друга, — решила гриффиндорка и тяжелым шагом пошла в кабинет, поблагодарив женщину из портрета.

***

Драко проклял Выручай-комнату всеми ругательствами, что он только и знал и помнил, за то, что пропустил темные искусства. Парень тренировался в использовании темных заклинаний и иногда увлекался так, что забывал обо всем. Нет, он не мог сказать, что ему нравилась черная магия. Но он пообещал отцу. А Люциус дал непреложный обет Темному Лорду, что его сын станет достойным Пожирателем. Драко до сих пор не мог простить эту клятву. Она разрушила его нормальную жизнь, воткнувшись острым сорняком в повседневность. Но иногда были интересные заклинания. Сегодня он изучал обязательное для приспешника Тома Редлла заклинание: Морсмордрe. Оно вызывает Черную метку буквально куда-угодно. В любой форме, размере и состоянии. Драко зашел в комнату, увидев перед собой мрак и темноту. Только ведра, наполненные водой, отбивали собой тусклый источник света, появившийся ниоткуда. Сегодня метка появилась на воде. Было забавно и красиво — видеть, как зеленый свет волнами переливается на воде, создавая огромные и, своего рода, страшные тени. Но на трансфигурацию идти пришлось, так что именно туда он и направлялся. Драко зашёл в кабинет и сел на одну из задних парт, не желая встречаться взглядом с Макгонагалл. Казалось, она все знает. Она была безумно умной. Раздражающей, но разумной и опытной женщиной. Даже без проникновения в его мысли путем заклинания, казалось, что Минерва сквозь лёд в его глазах видит все: страх, боль и даже похоть. Да, один раз он смотрел так на Пэнси, которая зашла в класс почти что в одном белье — так назвала это учительница. И только один взгляд Макгонагалл заставил Малфоя отвернуться.

***

Гермиона решила заскочить в библиотеку за одной из нужных книг. Библиотека — как второй дом. Там всегда можно было обрести покой и отвлечься. И когда девушка взяла книгу, она рванула к кабинету трансфигурации. Так как все ученики боялись строгую Макгонагалл, класс был забит, боявшись опоздать, и оставалось только единственное место — возле Драко. Где чертов Нотт. Гермиона растерялась и осталась стоять возле двери, ожидая, что скажет Макгонагалл. Гриффиндорка молилась, чтобы женщина понимала, насколько они ненавидят друг друга. Малфой поднял глаза и чуть вскинул бровь, но ничего так и не сказал. Выпендриваться не хотелось, совсем. — Мисс Грейнджер, почему Вы там? — обратилась к девушке профессор, которая только что зашла в кабинет. — Профессор, мне нет места, — виновато улыбнулась девушка, надеясь, что в толпе женщина не заметит пространства возле Малфоя. Драко чуть ухмыльнулся и опустил взгляд в книгу, надеясь, что профессор заступится за свою любимицу и посадит её вперёд. — Как нет? А последняя парта? — вскинула брови Макгонагалл. — Пожалуйста, присаживайтесь, мы не будем Вас ждать, — строго сказала женщина, осенив Гермиону взглядом «я-все-понимаю-но-ты-должна», и девушка неохотно подчинилась. Малфой выпрямился и исподлобья взглянул на девушку. — Опаздываешь, Грейнджер? — Малфой, — вздохнула девушка, будто констатируя факт, что она должна протерпеть целый урок возле этого Ледяного Принца с немыми глазами, и, нахмурившись, села возле него, раскладывая учебники и подготавливая перо для конспектов. — Где твой друг? — поинтересовалась она. — Какая ты грубая, — закатил глаза Драко, проглотив этот раздражительный тон. Он решил сохранять нейтралитет, — В спальне, судя по всему. Лучше, чем находиться тут. — Я не груба, Малфой, — успокоилась девушка. — Просто устала от того, как ты привык обращаться со мной, — девушка прикусила губу. — Я так со всеми обращаюсь, так что не обольщайся, — хмыкнул блондин. Хотя нет, он соврал. К этой девушке он докапывался гораздо больше. На всех остальных ему было откровенно плевать. Но почему ему нравилось так её злить… Макгонагалл на пару минут вышла, и Гермионе было скучно. Она повернула голову и решила просто рассмотреть Драко, который вступился в тетрадь. Он был красив, безумно. Но за этой красотой скрывался холод. Было такое ощущение, будто в этого парня не глаза, а льдинки. Его лицо было расслаблено, но на нём был намёк на раздражение. И у гриффиндорки создалось такое впечатление, будто это выражение лица у парня не меняется. Она по привычке прикусила нижнюю губу. Драко чувствовал её взгляд на себе и привычное отвращение, которое родители взращивали в нем годами, смешалось с любопытством. — Опять пялишься, Грейнджер? Шатенку как током ударило. Она подскочила от неожиданности, будто её застали за чем-то незаконным. — Мне стало интересно, меняется ли у тебя когда-то выражение лица? — девушка съязвила. Это стало обычным способом защиты при общении с Малфоем. — Видишь ли, предпочитаю проявлять эмоции только при общении с теми, чья кровь не вызывает во мне отвращения. Грейнджер закатила глаза. — Теперь понятно, почему ты общаешься с Паркинсон. Ты же выбираешь себе в друзья не умных, а чистокровных. — Паркинсон мне не подруга, — возразил ей Драко. — Девушка? — предположила Гермиона, хотя даже ей стало смешно так её называть. — Ты же вроде славишься умной, Грейнджер. Думай, — закатил глаза парень. — Мне кажется, у таких отморозков как ты, не бывает девушек. Такие, как ты, не умеют любить. Тебя родители не любили и этому не научили, — сказала Гермиона, даже не подозревая, что перешла грань. — Все-таки ты тупая, — холодно произнёс Малфой, однако сжал кулаки. — Тупая, — повторила девушка, будто смакуя это слово. — Конечно, — сказала она и быстро повернула голову. — Даже признать правду не можешь? — хмыкнул Малфой. — Ты же сам знаешь, что очень ошибаешься, Малфой, — притворно мило улыбнулась шатенка. — Я не ошибаюсь, Грейнджер, — ответил Драко, отворачиваясь от неё. — Тогда, скажи мне, в чём именно я ошиблась, — продолжала Гермиона. — Ты — абсолютная копия своего отца. У тебя даже сейчас нет девушки, нет симпатии, а тем более, любви, поэтому я сделала вывод, что и у Малфоя-старшего тоже не возникло настоящих чувств. — гриффиндорка внимательно всматривалась в каждую морщину на лице Малфоя, на его эмоции, что пророждались сквозь каменное лицо. — И, наблюдая за твоим поведением с девушкой, отношением к друзьям, я могу сделать вывод, что у тебя не было где видеть настоящую любовь. — Где. Мой. Промах? — Гермиона прикусила губу. Малфой поднял голову к потолку, сжимая зубы. Он повернулся к ней, яростно стреляя серыми глазами. — Отлично. Хочешь узнать, где твой промах? — он повернулся к ней всем корпусом, — настоящая любовь — выдумка, которую вам рассказывают магглы. Любовь возможна у эльфов и грязнокровок, настоящие аристократы умны, бессердечны и умеют распределять приоритеты, чтобы приумножать свой достаток. Ты яро веришь и надеешься, когда от веры и этой глупой, слепой надежды нужно избавляться первыми. Ты слаба. Вот в чем твой промах. Ты пытаешься тягаться с теми, кто тебе никогда не будет по силам. — Тягаться? — удивленно переспросила Гермиона. — Я ни с кем не тягаюсь. А если даже ты это так называешь, поверь, мне общение с тобой приносит такое же удовольствие, как и тебе. — Гермиона вдохнула новую порцию воздуха. — И вообще, если ты не веришь в любовь — значит твоя жизнь пуста и бессмысленна, ты навсегда останешься Принцем с ледяными глазами, пока сам не превратишься в льдинку. Ты останешься один. Ты никогда не будешь иметь с кем разделить свою радость, даже рассказать кому-то о своей печали и тяжести на сердце. Никогда не сможешь поделиться деньгами, за которыми ты так яростно женешься. У тебя нет сердца, как и у твоего отца. — Господи Боже, Грейнджер, ты не знаешь меня, моего отца, мою жизнь в принципе. Если ты думаешь, что твой грязнокровный разум поймёт всю сложность, то ты ошибаешься. Ты можешь знать арифметику, но не мою жизнь. Ясно? — гневно произнёс Драко. Гермиона автоматически прикусила губу до крови, горький привкус металла наполнил её рот. — Ясно, — она решила сдаться и не углублять конфликт, понимая, что его не переубедить. По крайней мере, сейчас. Малфой взглянул на девушку, впервые посмотрев на неё внимательно. Она не была похожа на обычных девушек, которых полно в его окружении. Небрежно собранные волосы, выбивающиеся светлые пряди, никакого макияжа, воинственный взгляд. И черт возьми, зачем она прикусывает губу. Она ассоциировалась с Макгонагалл — умная, но раздражительная. Тихая, но взрывная. Строгая, не позволяющая никому увидеть истинные чувства. Но пока что по-детски наивная и беззащитная. Как она пожимает плечами и прикусывает губу. Вцепляется короткими ногтями в парту, пытаясь что-то кому-то доказать. И, в конце концов, просто сдается, хотя внутри все горит. Блондин мог прочитать эту девушку, как открытую книгу, хотя в конце все равно оставалась недописанная глава. Кто хотел — писал её сам. Но сначала нужно было прочитать.

***

Нотт же зашел в гостиную, упал на диван, пытаясь отвлечься. Посмотрел на двух девушек, которые занимались в углу. Нет, не то. Слишком скучные. А кто, собственно, ему нужен? Не такая легкомысленная девушка без мозгов, как Паркинсон, но и не заучка Грейнджер. Ему была нужна та, кто способна его изменить. Парень был в этом уверен. Нежная, но умеющая за себя постоять. Тео был нужен постоянный контраст. Нужна была Золотая Середина. И имя ей… Грин… Нет. — оборвал поток мыслей парень. О да. Он устроит вечеринку, но не на выходных. Да. Туда придут все самые лучшие девушки. Туда придут все. Это как раз тот вариант. Как только Драко зашел в гостиную Слизерина, на него накинулся Тео. — Дракоооооооо! — проорал он, чтобы услышать самого себя на фоне очень громкой музыки. — У нас тут вечеринка! — он начал двигать тазом в такт с мелодией, держа в руке стакан с огневиски. — Зови всех, я хочу найти себе девушку, — Нотт явно уже выпил. Драко внимательно осмотрел гостиную. Самый большой, круглый и скользкий, посредине комнаты, стол выполнял сегодня функцию танцпола. На нём уже танцевали еще пока не пьяные девушки, нежась разноцветными лучами, исходящими с непонятно, откуда взявшимся, дискотечным шаром. Они были почти обнаженными — короткие шорты, или же платья обтягивали их фигуру, в руке уже виднелся пластиковый стакан, а голова была закинута вверх, глаза закрыты. Ну, а столы по бокам отвечали за напитки. То есть, в меню были только вода и огневиски. Все гениальное — просто. Ну это чтобы не заблевать гостиную. Драко улыбнулся. Нужно было напиться. — Ты этим занимался вместо трансфигурации? — догадался Малфой, но ухмыльнулся, — поддерживаю идею. Позову Гринграсс, она растрещит всем, — догадался парень и решил послать ей письмо, потому что он ленивый. Там он сообщил о вечеринке. — У нас была трансфигурация? — притворно удивился Нотт, прикрывая рот рукой. — Как я это переживу? — Страдай, — ухмыльнулся Малфой.

***

Гермиона же все обычные вечера проводила в гостиной в компании книг. И этот не стал исключением. Девушка углубилась в интересный мир драконов, перелистывая сухие страницы возле камина. Помещение было заполнено мягким теплым светом. Девушка, немного прищурившись, еще раз посмотрела на огонь, пламенеющий прямо перед глазами, и взгляд обратно вернулся к книге. На ней был свитер грубой вязки и носки, которые ей подарил Рон. Они были чем-то важным для девушки. Ничего в тот момент не предвещало беды, ведь с ней был огонь, книга и мятный чай. Дафна получила письмо и загорелась идеей. Ей хотелось разозлить Нотта, ей хотелось довести до белого каления этого мудака. Но для этого ей нужна была подруга. Так что она направилась в гостиную Гриффиндора, попутно пригласив ребят со своего факультета. Она сообщила о вечеринке и многие загорелись. Кто-то произнес пароль, и она быстро проскочила внутрь, заметив Грейнджер. — Пойдёшь, Гермиона? — Куда? — шатенка подняла глаза на Дафну, немного вздрогнув от неожиданности. — Вечеринка, Гермиона. Алкоголь, веселье и возмездие, — заговорщически произнесла Дафна, — не отнекивайся, я тебе даже платье притащила. — Алкоголь? — сморщилась гриффиндорка. — Фу! — Ну не будь ханжой, — умоляла Дафна, — пошли со мной, — девушка мило надула губки. — Ладно, — Гермиона закрыла книгу, решив, что раз это последний год, можно хоть раз побывать на вечеринке. — Что за платье? — Уверена, это твой размер, — Гринграсс протянула ей платье и направилась в спальню девочек, — помоги мне также определиться, я принесла тут пару вариантов.

***

— Смотри, какая малышка, — Нотт кивнул в сторону Кассандры Кавьер, которая зажигала танцпол. Ну, то есть, стол. — Шестой курс, тебе не по зубам. Предпочитает серьезные отношения, — отрапортовал Малфой, который знал практически всех красивых девушек школы. — Мне не по зубам? Мне? — скривился Нотт. — Ты хоть знаешь, кто перед тобой стоит? Немножко огневиски, и даже Грейнджер — моя, — ухмыльнулся Тео. — Оо, не обольщайся, — засмеялся Малфой, но его челюсти сжались, — ладно, пьяный Теодор, весели меня. Тео подошел к девушке, начиная разговор, и подмигивая Малфою. Все было так, как должно было быть.

***

Гермиона натянула свое платья, применила пару приглаживающих заклинаний к своим непослушным волосам и показалась Дафне с ужасающим взглядом. — Оно безумно короткое, Дафна! Грейнджер выглядела потрясающе. Даже Дафна это признала. Бежевое платье, обтягивающее её полностью, с красивой драпировкой и геометрически оформленным вырезом, сквозь который было видно очертания груди, на каких красовались нежные бутончики светло-розовых розочек. Обнаженные светлые ноги, чуть темнее тона платья, тонкая талия, длинная шея, которая подчеркивала элегантность наряда. Золотистые волосы мягко спадали на острые ключицы. — Гермиона! — ахнула Дафна, подрываясь с дивана. — Ты идеальная! У тебя прекрасные ноги, ты чего. — Так, давай примеряй, мне очень интересно, — широко улыбнулась Гермиона, растерявшись от столь приятных слов на свой адрес. Сначала Дафна примеряла черное короткое платье с длинным рукавом, воротничком и прозрачными вставками, размещенными в определенном порядке. Это платье Грейнджер не понравилось, и она фыркнула. — Ну не всем же выглядеть так идеально как ты! — улыбнулась девушка, и нырнула в девчачью спальню примерять следующее платье. И да, оно сидело превосходно. Красное, вызывающее — то, что нужно Дафне в этот вечер. Безумно обтягивающее, с вырезанными частями по бокам, показывающими плоский живот и ровную спину. Длина не позволяла касаться колен, но не была в стиле Пэнси Паркинсон. И вообще, Гринграсс показалось, что девушка сегодня придет просто в купальнике. Ну, а что? Никто бы не удивился. Дафна вышла к Гермионе и самодовольно улыбнулась, когда подруга открыла рот. Да, это именно то выражение, которое она хотела увидеть на лице Теодора. Красные губы — в цвет платья, высокие каблуки, подчеркивающие длину ног и стрелки. Не жирные — аккуратные, делающие взгляд кошачьим. Собравшись, девушки вышли из гостиной, ловля ошарашенный взгляд Невилла и похотливый — всех остальных парней на коридоре. Идеально. Гермиона смущенно улыбалась, но не могла сказать, что внимание было неприятным. А Дафна купалась в славе, ей это приносило удовольствие.