Перерождение души

Проходит несколько дней с того момента, как Чимин согласился. Как оказалось, визу в штаты и билет на самолет предоставил университет. Чимин узнал, что о нем там прекрасно осведомлены. За эти несколько дней ничего особого не было. Не в первый раз, конечно, но парень ему не снился. Чимин решил, что это затишье перед бурей, по-другому это не объяснить, как будто намечается что-то особенное. С родителями он договорился, что они ему по-прежнему будут отсылать деньги, но уже с учетом съема квартиры. Правда, отцу было все равно, сколько это будет стоить, поэтому будет отсылать нужную сумму. Госпожа Пак в глубине души беспокоилась, но не показывала вида и оставалась такой же холодной по отношению к сыну. Юна все эти дни ходила грустной. Только после того, как Чимин с ней поговорил и сказал, что будет с ней общаться в какао, то она повеселела. За эти несколько дней Чимин помог ей подтянуть корейский, поэтому теперь он был на очень хорошем уровне. Так продолжалось до тех пор, пока Чимина снова не вызвали к директору. Это было в середине дня и на уроке. Директор сказал, что самолет у Чимина через два дня утром, чем удивил парня. Также он передал папку, где были все документы, которые понадобятся Паку для жизни в Америке. Уже все одноклассники Чимина были в курсе того, что он уезжает. За день до отъезда Пак собирает вещи в чемодан. Родители дали ему необходимую сумму, которую он потом должен заменить на доллары. Утром Чимин проснулся, попрощался с родителями и поехал в аэропорт. Пока он ехал в такси, то переписывался с Юной, так как не было времени нормально попрощаться с сестренкой. За эту неделю, что он общался с ней, Чим узнал о ней многое, что даже родители не могли знать, но Чимину было интересно с ней говорить и помогать. Какое же было удивление Пака, когда в аэропорту он увидел Тэхёна с Хосоком. Он не знал, что Тэ будет прогуливать школу, чтобы с ним попрощаться. До самого отлета они разговаривали на разные темы. Также Хосок снова предупредил, что у того, с кем будет жить Чим, ужасный характер, позже добавил, что его встретят. Когда объявили рейс Чимина, он попрощался с друзьями и пошел на посадку. Регистрацию Чим прошел без проблем и сам полет проходил спокойно. Во время полета он либо спал, либо читал книгу. Из-за разницы временных поясов Чимин прилетел утром этого дня. Когда он забрал свой багаж и шел к выходу, то увидел плакат со своим именем. Его держали два парня: один с розовыми волосами, а другой с темно-пепельными. Позади них стоял еще один: шатен с красивыми чертами лица. Чимин направился в их сторону. — Ты, наверное, друг Хосока? — сказал пепельноволосый. — Мое имя Ким Намджун, это Мин Юнги, — он указал на парня с розовыми волосами, который оценивающе смотрит на Чимина, — а это Ким Сокджин или просто Джин, — Намджун посмотрел на шатена. — Здравствуйте, меня зовут Пак Чимин, — парень поклонился. — Давай на «ты», — у Джина очень приятный голос. — Кстати, тебе сколько лет? — Пока семнадцать, но через месяц будет восемнадцать. — Мне и Юнги двадцать один, Джину двадцать четыре. Пойдем. — А с кем вместе я буду снимать квартиру? — Со мной, — впервые заговорил Юнги. Чимин даже передернуло от хрипоты и шепелявости в голосе. Школа, как узнал Чимин, является не отдельным зданием, расположенным рядом с универом, а крылом в универе в несколько этажей. Там учатся гораздо меньше учеником, чем в обычных или частных школах, потому что большинство учеников будущие студенты. Поступить же в школу в разы тяжелее, чем в универ. Штат, в который сейчас прилетел Чимин холодный, но не до такой степени, но все равно толстовки снимать не будешь даже летом. Полный контраст с Сеулом. Квартира Юнги находится не так далеко от университета, в нескольких кварталов. Она не такая большая по площади, но визуально (из-за интерьера) кажется больше и просторнее. — Чимин, удачи тебе в проживании и учебе, — похлопал по плечу Намджун. Намджун с Джином ушли, и Чимин остался наедине с Юнги, который никак не показывал свою гостеприимность. Чимин следовал за розоволосым и разглядывал его. Кожа была очень светлой, чуть ли не бледной, но это никак не мешало, худое тело, глаза-полумесяцы с хитрым взглядом, как у лисы. — Вот твоя комната. В ней ничего особенного не было. Стояла кровать для одного человека, небольшой стол, стеллаж с книгами, которые принадлежали хозяевам квартиры и большой шкаф из вишни. — Мне как тебя называть? — Я тебя старше, поэтому «Хён», «Юнги-хён». Хочу сразу сказать, ко мне в комнату не заходи, если решил все-таки зайти, то постучи. Понятно? — Да. — Хорошо. Я гей, так что иногда будь готов, что тебе надо будет сваливать на некоторое время. — Ладно. — Тебя это не пугает? — Хён, это твое личное дело, поэтому мне не надо туда лезть. — Рад, что ты это понимаешь. Оплату делим пополам. Расслабься, я не кусаюсь, только характер паршивый. Ах да, держи ключи. Он кинул ключ и вышел из комнаты. Чимин начал раскладывать свои вещи. Пока он был занят, то его не покидало странное чувство. Ему было интересно, почему Юнги, даже не зная человека, пригласил его жить в одной квартире. Вечером они ужинали молча. — Юнги-хён, я могу задать вопрос? — Я тебя слушаю. — Почему ты пригласил незнакомого человека жить с тобой в одной квартире? — Первая причина: мне нужен сосед для проживания. Квартира стоит дорого, одному тянуть тяжело. Вторая причина: друг Хосока никогда не будет раздолбаем. Завтра ужин на тебе и мне плевать, как сильно ты будешь занят. И, Чимин, посуду моем по очереди. Я в душ. Это был прямолинейный намек на то, что Чимин сегодня моет посуду. За оставшийся вечер Чим собирает необходимые вещи для первого дня в школе (суббота считается учебным днем), зависает в интернете, идет в душ, а потом ложится спать. За все это время Юнги так и не выходил из своей комнаты. Чимин надеялся, что сегодня сон будет более спокойным, но это не оправдалось. POV Чимин Я находился в конференц-зале. Там было много людей, все они были акционерами или просто крупными шишками в компании. Во главе стола сидели родители моего «ночного друга» и он сам. — Мы вас собрали для очень важного дела, — начала Миссис. — Конечно, это является причиной собрания, но все-таки в основном мы вас собрали не для этого, Джулс. Стоп, он назвал свою жену «Джулс»? Впервые за все время, когда я видел его родителей, промелькнуло чье-то имя в разговоре. — Так как дела в нашей компании не очень, мы с моим супругом решили, что передадим наши акции сыну, хотя это выглядит очень абсурдно. Также мы решили, что, когда наш сын окончит университет и будет управлять компанией, ему предстоит жениться. — Ма… Миссис Хоккинс, вы серьезно? Я почувствовал тревогу, шок. Было понятно, что парень не знал об этой части плана. Возможно, он был к этому не готов, хотя проблема была не в этом. Я знал, что ему нравятся парни и он не хочет встречаться с девушками. — Кто она? — Мы пока еще не выбрали. Но будь готов, что ты должен на ней жениться безо всяких отговорок. — Я вас понял, отец Парень был покорен, но я чувствовал, что он недоволен, даже немного зол, что с его мнением не считаются. — Мистер и Миссис Хоккинс, у меня есть дочь, как вы думаете, она смогла бы стать невестой вашего сына? Как только мужчина это сказал, многие в зале зашептались. Сразу по этому тону стало понятно, что они недовольны. Мои чувства еще сильнее обострились: это было уже не недовольство, а тревога, испуг и даже ненависть к этому человеку. Мне не составило труда догадаться, что это и есть тот акционер, у которого 50% акций компании. — Господин Ник Сандерс, мы с женой и с сыном подумаем, но, надеюсь, вы понимаете, к чему это может привести, если мы согласимся? — Я прекрасно все понимаю, но благодаря моим деньгам, компания еще не обанкротилась. А я так думаю, что деньги вам нужны. — Хм… Ник Сандерс, мы подумаем над вашим предложением. А теперь, давайте перейдем к насущим вопросам. Черт, это же какой отвращение должно быть к человеку раз младшего Хоккинса так трясет, но он не подает вида. Это все очень странно. На протяжении всего заседания акционеры обсуждали дела компании, в конце, когда все складывали свои бумаги, младший Хоккинс сказал: — Мистер Сандерс, прошу, задержитесь ненадолго. Когда они остались вдвоем в кабинете, Хоккинс продолжил: — Я знаю, чего вы добиваетесь. Прошу, остановитесь. Не знаю, зачем вам это, но прекратите все это. — Я не понимаю, о чем вы говорите. Мои деньги всего лишь помогают вашей компании. — Любая помощь не может быть без какого-либо умысла, тем более в этой сфере. — Допустим, что ты меня раскусил. Но я знаю, что твои родители тебе не поверили. Что ты будешь делать? У тебя есть план? Хоккинс замялся. Мне не надо было чувствовать его эмоции, чтобы понять это. У него не было никакого плана. — Ты — мальчишка. У тебя всего лишь деньги твоих родителей и их покровительство. Ты даже компанией не управляешь. У тебя акций меньше, даже когда тебе передали свои Миссис и Мистер Хоккинс. И ты думаешь, что сможешь меня остановить? Это смешно, — пока Сандерс говорил, Хоккинс молчал. Он был зол, чувствовал себя беспомощным. — Я знаю, что ты меня раскусил. Да, я хочу обанкротить вашу компанию. Почему? Потому что твоя семья построила свой бизнес на бизнесе моей семьи. И да, я хочу мести. Но я могу предложить альтернативу, — младший Хоккинс посмотрел на мужчину. Он знал, что тот предложит. В этом парне я чувствовал столько ненависти, что сам трясся. — Ты соглашаешься на свадьбу с моей дочерью, я отдаю ей половину своих акций, а другой половиной акций овладеваешь ты. — А на самом деле? — А на самом деле, я контролирую компанию через свою дочь. — Я НИ ЗА ЧТО НА ТАКОЕ НЕ СОГЛАШУСЬ! — Хоккинс это выкрикивает. Его пробивает страх, ненависть и уже крупная дрожь. Я подхожу к столу и опираюсь руками. Контролировать и сдерживать эмоции я не в силах. Они очень сильные, не удивлюсь, если все это снова отображается на моём физическом теле. — А ты слабый. Управлять компанией тебе не под силу. Сандерс подходит и резко хватает парня за горло. Он и я начинаем задыхаться от нехватки воздуха. В этот момент я надеюсь, что не потеряю сознание. — Слушай меня, щенок. С этого момента ты будешь подчиняться мне. Твои родители мне ни к чему, они теперь не имеют никакой власти. — Нет, я никогда не буду вам подчиняться. — Это мы еще посмотрим. Запомни, я знаю ниточки, за которые мне надо дергать. Я знаю про тебя все. И твое слабое место — семья и друзья. Ник Сандерс выходит из кабинета, оставляя парня одного. Он приходит в себя, но стареется контролировать свое состояние, а вот у меня этого не получается. Мои «воспоминания» прекращаются, и я проваливаюсь уже в нормальный сон. END POV Чимин Юнги снова не спал, он доделывал проект для универа: сочинял биты, музыку и текст. В один момент, когда он выходил за еще одной кружкой кофе, то услышал какие-то звуки из комнаты Чимина. Зайдя в его комнату и подойдя к кровати, он видел, как соседа всего трясло, лоб начинал покрываться испариной, а потом он начал задыхаться. Юнги не понимал, что ему делать и что с этим парнем вообще происходит. Через несколько минут Чимин начал приходить в порядок, лицо приняло облегченный вид. Юн только пожал печами и вышел из комнаты, закрыв за собой дверь. Утром, когда Чимин пошел завтракать, увидел вялого и помятого Юнги. — Если тебе снятся кошмары, ты должен был меня предупредить. — Ты все видел? — Чимина бросило в холод. Он не знал, что сказать, потому что одно дело, когда тебе снятся кошмары, а другое дело, когда тебе снится твоя прошлая жизнь, причем с такой херней. — Да, и впредь тише скули. И что это была за херня с удушьем? Ладно, забей. Я пошел. Юнги зашел к себе в комнату и сразу же вышел, направившись к выходу из квартиры. Чимин остался один, пока самому не надо было идти в школу.