Мой любимый демон

(POV Себастьян) Впервые за столько сотен лет я смог уснуть крепким сном. Теплое чувство в груди согревало мое грешное существование в этом мире. Теперь я не один… Она рядом со мной. И я не куда не отпущу её. Моя бессмертная жизнь обрела смысл. Я буду жить ради неё и радоваться каждому дню, проведенной с любимой. Теперь я понимаю что такое счастье, радость, любовь… Эти чувства такие теплые и приятные. Она лежит возле меня. Бледный свет солнца освещает её прекрасное личико, волосы небрежно рассыпаны по подушке, веки опущены, а пухлые губки иногда шевелятся, будто она хочет что-то сказать. Я чувствую тепло её тела. Рукой поглаживаю её плечо, касаясь подушечками пальцев мягкой, почти шелковой кожи. Анастасия останется такой навсегда: свежей, с бледной кожей и румянцем на щеках, большими ласковыми голубыми глазами, розовыми губами, нежными как лепестки розы… Не смотря на то, что демоны пережили смерть, наше сердце все еще бьется, а это говорит о том, что мы все еще живы. Тьма становиться неотъемлемой частью нашей жизни, мы должны питаться грехами и страхом людей, и это никак не изменить. Словами не передать, как я люблю эту женщину. Мою женщину, которую я никогда не отпущу из своих объятий и не перестану целовать её. Если демон любит, то это раз и навсегда… До самой смерти. — Себастьян, — слышу тихий голосок. Глубокие и немного сонные голубые глаза радостно смотрят на меня. Она улыбается… И от её улыбки я забываю обо всем на свете. — Доброе утро, солнышко, — улыбаюсь я в ответ, поцеловав её в лоб. За маской безразличной и сильной женщины, таится хрупкая и нежная девочка, пленившая мое сердце. — Я люблю тебя, — шепчу я, положив свои руки её на талию, еще сильнее прижав к себе и начиная вдыхать запах её ароматных волос, от которого я лишаюсь рассудка. Её голос, её запах, её взгляд или прикосновения… От всего этого я буквально схожу с ума. — И я люблю тебя, — чувствую как она утыкается носиком в мою грудь. — Ты дрожишь. Замерзла? — улыбаюсь, берусь за край одеяла и накрываю её по самую шею. — Угу. Вот это ты зря… Валю её на спину, а сам ложусь сверху на неё. — Давай я тебя согрею, — довольно улыбаюсь, облизнувшись в предвкушении. — Ты извращенец… Сейчас только ранее утро, а ты все никак не уймешься, — её щеки все больше розовеют. — Разве это плохо… Хотеть свою любимую женщину? — я наклонил голову и поцеловал её. Пользуюсь отвлекающим маневром и… — Себастьян, — тяжело дыша прошептала она, вцепившись тоненькими пальчиками в одеяло и крепко сжав его. — Как же я люблю твое смущенное личико, — я все продолжал любоваться её лицом. — Дурак, — ответила она, посмотрев на меня своими полузакрытыми глазами. Вот ведь… Женщины. Говорят что не хотят, а сами уже тают от переполняющего возбуждения, заполнявшее разум пошлыми мыслишками. За окном уже светало. Теплый весенний ветерок едва покачивал зеленые ветви деревьев, усеянные маленькими душистыми и пахучими цветами. Птицы звонко щебетали, словно приветствуя новый день… С большого открытого окна доносился тихий шум воды. В комнате витал свежий аромат моря, который доносил ветер. — Не так быстро… — едва слышно сказала Анастасия, повернув голову вбок и прикусив губу. — Как прикажете, моя леди, — ухмыльнулся я. Я ощущаю, как её тело вздрагивает, покрывается мурашками… Как все чаще она вздыхает и учащается биение её сердца. Упираюсь руками в кровать, не в силах больше удерживать равновесие. Все не могу налюбоваться её прекрасным обнаженным телом, извивающимся подо мной. Её тихие и волнующие кровь в моих венах протяжные стоны, становившиеся все громче и громче… Закатив глаза, она полностью отдалась этому мгновению слабости, страстно соединяющему нас. Быстрее. Сильнее. Громче. Её дрожащее и извивающееся подо мной тело лишь только больше заводило меня. Ни одна женщина не привлекала меня так как она. В последний миг, когда из её уст стал доноситься громкий обрывистый стон, я прервал её поцелуем, сильно сжав её запястья в своих руках. Горячая дрожь окутала наши тела, а наши голоса сплелись воедино, наполнив комнату звуками страсти. — Себастьян. — Ммм? — лежу рядом с ней, положив на неё руку. — Наш контракт все еще в силе и это значит, что ты не сможешь поглощать человеческие души из-за меня… — Глупая, души мне и не нужны, — улыбаюсь ей, погладив по голове, — я буду питаться тобой. Ну вот, я снова её смутил. — Мной? — Твоя кровь слаще любого нектара или человеческой души, — облизнулся я, взял её руку и преподнес к своим губам. Мои клыки пронзили тонкую нежную кожу и вонзились в пульсирующую венку на запястье. Отпив несколько глотков, немного отстраняюсь и облизываю две глубокие ранки, которые зажили через несколько секунд. — Сладкая, так бы всю и съел… — Дурак. — Я восхищаюсь твоей регенерации. Ты и впрямь, истинный демон, — обхватив её руками, крепко прижимаю к себе. Только она и я. Даже смерть не разлучит нас. Вместе и навсегда… Навеки вечные. Анастасия не хочет ничего вспоминать о прошлом. Это причиняет ей боль. Она больше не может вернуться домой… Её дом там, где рядом я… Большего ей и не надо.

***

(POV Анастасия) Прекрасный закат. Едва теплые лучи солнца освещают пожелтевшие листья на верхушках деревьев. Увядающая пора года просто прекрасна… Пейзаж окрашен яркими теплыми красками. Небо на западе ярко оранжевое, немного с оттенком светлого малинового. С востока движутся черные тучи, несущие за собой наступление темного времени суток. Листья медленно падают с деревьев на землю, укрывая её толстым разноцветным одеялом. Холодный ветер колышет длинные черные волосы демона, не отводящего от меня глаз. — Мы должны поторопиться, нам далеко добираться до дома, — сказал Себастьян. Иду рядом с ним, взяв его под руку и наблюдаю как впереди нас идет маленький мальчик с черными как смоль волосами и неся в руках большой букет алых роз, из-за которых он едва мог видеть куда идет. Увидев вдалеке серые надгробия, он поспешно побежал в их сторону. — Гадриэль! Не убегай далеко! — крикнула я ему вслед. — Хорошо, мамочка! — послышался детский голосок. — Такой же упрямый и непослушный как ты, — прошептал мне на ухо Себастьян. — Я не при чем. Это ты виноват… Он весь в своего отца, — улыбнулась я. Мы продолжили медленно идти, все ближе приближаясь к кладбищу. Я все никак не могла насладиться запахом и звуками осенней природы, постоянно смотря по сторонам и чувствуя как она медленно погружается в сон. Но несносный демон перебил мое гармонирующее умиротворение: — В нашем распоряжении вечность. Ты всегда будешь рядом со мной и я не куда не отпущу тебя… — Я знаю, — я посмотрела в его алые глаза, наполненные любовью и нежностью. Сколько десятилетий прошло с тех пор… Как я была здесь в последний раз… Большая часть памятников была полуразрушена, а от некоторых и вовсе остались лишь камушки. Ветер все усиливался, а вместе с ним все больше опадали листья и заметали собой это брошенное миром место. Наш сын, затаив дыхание, медленно шел по узкой дорожке, внимательно всматриваясь в надписи на памятниках. — Покойся с миром, Танака, — тихо сказал он, положив рядом с надгробием две розы. Горькая боль в груди все росла. — Покойся с миром, Финиан… Мейлин… Бард… Горячая слеза пробежала по моей щеке. Невыносимо больно… — …Рейчел и Винсент Фантомхайв… — Все хорошо, я рядом… Я люблю тебя, — Себастьян вытер мои слезы и крепко обнял меня. — Я тоже люблю тебя… И Гадриэля… Люблю вас больше всего на свете, — я прижалась к его груди и тихо заплакала. — Придет время, еще деточек сделаем, да? — Дурак! — крикнула я, ударив его кулаком по плечу, — я скорблю, а ты говоришь такое… Да еще при ребенке! Демон ласково посмотрел на меня. Улыбка не исчезала с его лица. — Я все равно смущаю тебя, — его зрачки расширились. — Ну перестань так смотреть на меня, — я немного замялась, а мои щеки покраснели. — Мама! Папа! А кто эта тетя? — прервал нас звонкий голос. Тетя? Повернувшись в сторону, я увидела очень пожилую женщину одетую в темно-серое платье, сидящую в инвалидной коляске. Лицо все в морщинах, длинные седые закрученные волосы, большие зеленые глаза, которые шокировано смотрели на нас. Дрожь в её теле все усиливалась… Она не могла поверить в то, что видит. В её взгляде было непонимание, шок, удивление и изумление. — Не может… Быть… — прошептала она хриплым голосом, не отводя от нас глаз. Медленно начал падать снег. Воздух и ветер становились все холоднее. Солнце спряталось за горизонтом. Белая и пушистая снежинка коснулась моей щеки и я почувствовала её холод прежде, чем она растаяла. — Элизабет… — улыбнулась я, начиная ощущать как быстро и безвозвратно пролетело время и кануло в прошлое. Немая пауза затягивалась все дольше. Она смотрела на нас, а мы смотрели на неё… Я обнимала нашего сына. А он обнимал меня.

Прекрасный и дорогой… Мой любимый демон...