И промелькнет перед глазами...

      Утром Хантер проснулась позже, чем обычно. И это легко можно объяснить тем, что она очень долго не могла уснуть, ее преследовало какое-то чувство опасности. Только опасность угрожала не ей, а кому-то из тех, кто ее окружал. Когда девушка вышла из душа и спустилась на первый этаж, Скотта в доме уже не было. Сначала банши думала, что она совершенно одна в доме, но услышала на кухне какие-то звуки и направилась туда. Миссис МакКолл, кажется, готовила завтрак. Последнее время она была так занята в больнице, что на кухне появлялась крайне редко. В основном, еду они заказывали на дом. Хантер была не против, ведь такую еду она никогда не ела: в больнице ее кормили лишь лекарством для стирания памяти и противной кашей. Мелисса была обеспокоена болезненным видом девушки и ее чрезмерной худобой, поэтому говорила той не отказывать себе в еде.       - Доброе утро, - поздоровалась Хантер, когда вошла на кухню.       - Здравствуй. Ты долго спала сегодня, - улыбнулась Мелисса.       - У Вас выходной сегодня?       Хантер почувствовала какой-то приятный запах домашней еды. Даже самые изысканные блюда не сравняться с едой, приготовленной дома. Девушка улыбнулась, чувствуя себя великолепно. Она хоть частичкой почувствовала то, что называют семьей.       - Да, но меня вызвали на работу. Что-то срочное. Сейчас приготовлю завтрак и уеду. Ты, наверное, голодна.       - Вы так добры ко мне. Вы стали матерью для меня. Спасибо, - сказала девушка, сдерживая слезы.       Мелисса улыбнулась и выключила плиту. Завтрак был готов. Женщина подошла к Хантер и обняла ее. Девушка чувствовала неимоверное тепло, она готова была отдать все, чтобы жить здесь всегда, чтобы чувствовать себя кому-то нужной.       - Я не хочу быть обузой для вас, - пробормотала Хантер.       - Это не так. Ты не обуза, - ответила Мелисса и отстранилась. - Мне пора ехать. Увидимся вечером, я надеюсь, что успею приехать до того, как вы ляжете спать.       Хантер позавтракала. Это были блинчики. Она никогда не пробовала их. Какие они вкусные, тонкие, ароматные! Девушка наелась так, что чувствовала, что вот-вот лопнет. Она улыбнулась, отправилась в гостиную и села на диван. Чем заняться она не знала, поэтому включила телевизор, и стала переключать каналы. После "Дома Эха" она открыла для себя много вещей. Среди них был телевизор, компьютер и телефон. Научилась она пользоваться только первым.       Спустя некоторое время Хантер задремала, сама не осознавая этого. Девушка открыла глаза, когда на часах было около 5 часов вечера и почувствовала что-то неладное. Хантер выключила телевизор, отправилась на кухню и остановилась, прижавшись к стене. Она не понимала, что происходит, в ее теле будто хотела взорваться неимоверная сила. Но вскоре девушка поняла, что это. Крик банши наполнил дом, но в этот раз обошлось без разбитых стекол, только стакан, кторый стоял на столе треснул.       - Нет! Только не это! Нет! - вскрикнула Хантер, когда крик наконец закончился.       Девушка выбежала из кухни, не зная, что делать. Она тяжело дышала, движения ее были порывистыми, в глазах и мыслях стоял туман. Банши выбежала из дому и, поймав первую попавшуюся машину, села в нее и отправилась в больницу.       - Мелисса МакКолл, в какой она палате?! Говорите! - закричала Хантер, когда находилась уже в больнице у регистрационной стойки.       - В двадцатой, - ответила девушка.       Хантер бежала так быстро, как могла. Она распахнула двери в палату и первое, что она увидела - Скотт. На его лице застыла гримаса ужаса и боли. Он смотрел на свою маму, которая уже полчаса как не дышала.       - Что…. Что случилось? - выдавила из себя банши.       - На нее напали. Неизвестно кто, но травмы были не совместимы с жизнью, - ответила тихим хриплым голосом Эллисон, все уже были здесь.       - Нет, - прошептала Хантер и по ее щеке скатилась слеза.       Девушка подошла к Скотту и крепко обняла его. Он прижался к ней, сжимая в руке ее волосы и уткнулся носом в ее плече. Банши почувствовала, что футболка в том месте, где ее касалось лицо оборотня, стала влажной.       - Скотт, все будет хорошо, ты слышишь меня?! - говорила ему Хантер, вытирая слезы, которые катились по ее щекам.       Скотт отстранился от нее и перевел взгляд на свою маму. Видимо, ему дали время, чтобы он попрощался с ней, поэтому ее пока что не уносили из палаты. Лицо женщины было изуродовано и покрыто засохшей кровью. От этого вида девушка чуть не вскрикнула.       - Тебе нужно выйти отсюда, Скотт. Иди, - велела ему Хантер.       Но он не слушал ее, взгляд парня был прикован к его матери. Он ничего не чувствовал, кроме неимоверной боли, которая готова была съесть, уничтожить его изнутри. Скотт не готов был потерять свою мать. Он никогда не был к этому готов. Она была всем для него. Самый близкий человек. И что же ему делать сейчас? Скотт снова мог обнимать Эллисон, но при этом он потерял свою мать.       - Уведите его отсюда, - сказала ребятам Хантер, повернувшись к ним.       Они кивнули. Эллисон взяла парня под руку и все они направились к двери. Он еле волочил ноги и не понимал, что все это действительно происходит с ним. Когда друзья покинули палату и звук их шагов перестал доноситься до слуха Хантер, она опустилась на больничную кровать, на которой лежало тело самой доброй женщины, которую когда-нибудь встречала банши. Она не умрет, - твердо решила для себя Хантер. Девушка взяла Мелиссу за руку, закрыла глаза и закричала. Крик пронзил всю больницу, и люди с опаской закрыли уши.       - Что это было? - доносилось ото всюду, когда крик закончился.       Скотт резко поднял голову, освободился от рук Эллисон и побежал в палату к маме. Он увидел, как Мелисса обнимает Хантер, и они смеются и плачут в одно время. Парень будто примерз к тому месту, где стоял. Но, опомнившись, он подбежал к ним и обнял их обеих. Чувства переполняли его. Он хотел подняться в небеса и поднять с собой Хантер от счастья. Она вернула ему маму. Она сделала лучшее, что кто-нибудь делал для него. Друзья вошли в палату, увидев это, они улыбнулись.       - Там кто-то умер в коридоре, - нарушила эту идиллию Малия.       Скотт и Хантер подняли глаза. Они нехотя освободились от объятий и направились в коридор. На полу лежал какой-то врач, он не дышал.       - Такая же смерть. Еще одна, - сказал второй врач, который осматривал его.

***

      Мелиссу выпустили из больницы в тот же день. На ней уже не было ран, и она была полностью здоровой. Недоумение врачей возрастало, и они даже не знали, как это объяснить.       - Я же говорила, что вернусь домой до того, как вы ляжете спать, - сказала Мелисса, когда они вошли в дом.       Хантер улыбнулась, чувствуя, что сейчас заплачет. Миссис МакКолл отправилась в душ, чтобы освежиться и смыть с себя остатки нападения, а Скотт повел банши в свою комнату, чтобы поговорить с ней.       - Она не знает, кто напал на нее? - спросила Хантер.       - Нет, она не видела нападавшего. Поговорим о другом. Ты солгала мне! - недовольно вскрикнул Скотт.       - О чем ты? - недоумевала девушка.       - Врач умер в ту самую минуту, когда ожила мама. Я сначала не понял, но потом сопоставил. Первые смерти произошли в тот самый момент, когда ты оживила Эллисон и других. Даруя одному жизнь, ты отнимаешь ее у другого. Ты знала об этом?!       - Я подозревала. Один из врачей умер сразу после того, как я оживила ту девушку в "Доме Эха", но я не была уверена, - призналась Хантер.       - И когда ты мне собиралась сказать это? - злился Скотт.       - Никогда, прости. Но вы так хотели видеть своих друзей. Какая разница, что будет с теми людьми, которых ты не знаешь?       Скотт ничего не ответил, потому что это был глупый вопрос. Он готов был защищать каждого невинного человека. Умерло немало людей, которые были не виноваты в том, что друзья их погибли, и что они так желали воскресить их.       - Вы здесь? - спросила Мелисса, входя в комнату Скотта. - Что случилось с тем врачом?       - Неважно, ведь главное, что Вы живы, - улыбнувшись сказала Хантер.       - Мне так жаль, что вам пришлось пережить это. Вернуться из мира мертвых так необычно, - призналась Мелисса. - Я не представляю, что вы чувствовали. Пару дней назад в больницу приходила женщина. Ее 8-летний сын умер такой же смертью, как врач сегодня. Она была убита горем. - Скотт с осуждением посмотрел на Хантер, а она опустила глаза. - Я не знала, как утешить ту, которая только что потеряла своего единственного ребенка. Знаете, как-то странно, что тот врач умер сразу после того, как я открыла глаза.       Мелисса ушла из комнаты, а альфа сложил руки на груди и молча смотрел на банши. В его взгляде было столько осуждения, что она не могла поднять голову и посмотреть на него.       - Ребенок ни в чем не виноват. Мы отняли жизнь у ребенка, Хантер!       - Скотт, я не хотела. Я не думала, что так выйдет. Мне очень-очень жаль, - оправдывалась Хантер.       - Мы все исправим. Мы должны все исправить. Можешь ли ты вернуть все как было?       - Ты ведь понимаешь, что если я все верну, то Эллисон снова умрет? Все умрут. Стайлз никогда не захочет снова прощаться со своей мамой.       Скотт сел на кровать, наклонил голову и закрыл лицо руками. Он глубоко вздохнул. Парень сидел так несколько минут, а Хантер стояла недалеко от кровати и не двигалась. Ей было жаль, что из-за нее он так страдает. Ей было жаль, что она дала им всем надежду. Отнять надежду - худшее преступление в мире.       - Мы все вернем обратно. Все должно быть так, как есть. Мы не должны вмешиваться в судьбу людей.       - Скотт, - прошептала Хантер и ободряюще положила руку ему на плечо.       - Так будет правильно. Я позвоню сегодня друзьям и скажу им об этом. Мы все сделаем правильно.       Девушка села возле него и грустно опустила голову.       - Прости меня, прости за то, что я вообще появилась в твоей жизни.       Скотт поднял взгляд на нее и отрицательно покачал головой.       - Я рад, что смог снова увидеть Эллисон. Но нам придется снова вернуть все, мы не должны пользоваться жизнью других ради своей радости. Это неправильно.       - Они возненавидят меня, - грустно прошептала Хантер.       - Они поймут.       Банши и оборотень долго сидели в молчании. Скотт не решался взять телефон и позвонить Стайлзу. Он понимал, что эта новость уничтожит его друга. Он собирался отнять у своего лучшего друга его мать, о которой тот думал каждый день, он засыпал с мыслью о ней. Но Скотт должен был сделать это, потому что восьмилетний мальчик не должен был умереть.