Время новых решений. Снова вместе

*Из воспоминаний Давида* Я думал, что делаю лучше нам обоим, но браком я лишь усугубил ситуацию. Наша дружба менялась, менялось и моё отношение к новоявленной жене. Я уже не испытывал к ней братские чувства, слишком она выросла для статуса младшей сестрёнки. Однако сама она этого не замечала и продолжала беситься со мной, разговаривать на различные темы и, поняв, что я выслушаю всё, она превратила меня в жилетку, которой можно высказаться и поплакаться. На ранних сроках я терпел это, но чуть позже меня начинало трясти от одного её опечаленного вида, я пропадал на работе сутками, почти не говорил с ней, а когда говорил, то обязательно срывался. И она плакала, а я ненавидел себя, не мог позволить себе видеть её слёзы, ведь с самого начала всё делалось ради блага малыша. Найдя в себе силы, я извинился за всё и даже начал ходить с ней по врачам, как вдруг у нас случилась новая беда. Элисон переживала, что на пятом месяце ребёнок совсем себя не проявлял, не пинался. И хоть все врачи в голос твердили, что с малышом всё в порядке, она никак не могла успокоиться. Не позволяла никому трогать животик, пила различные лекарства, делала гимнастику, но ни к чему это не приводило. И вот, однажды ночью, Элисон разбудила меня, предложив положить руку на живот, и знаете, что я почувствовал? Он толкался, лёгкие толчки вибрацией отражались в моей ладони. Я вдруг почувствовал себя отцом, я жаждал увидеть младенца и назвать его своим. Тогда я и сказал ей, что чувствую. - Я тоже люблю тебя – шёпотом сказала Элис, моё сердце забилось чаще – ты самый лучший друг на свете. Я был неправильно понят и тут же, убрав руку с живота Элис, отвернулся к стене, ссылаясь на ранний подъём. Так прошли остальные месяцы, срок подходил, и я всё же думал признаться ей, и это случилось…как раз в день икс. Мне позвонили на работу и сказали, что моя жена рожает. Я пулей примчался в клинику и первое что сказал ей « ты мне не друг! Я люблю тебя!» На меня тут же набежали врачи с халатами, а я всё смотрел на Элисон, ожидая её реакции, но она лишь ошалело смотрела на меня. -Вы хотите присутствовать на родах? – спросил меня кто-то из врачей. Я согласно кивнул головой, на что Элис мне сказала что-то вроде «ты никогда не станешь для меня тем, кем был он». Меня как током дёрнуло! Я даже уйти собрался! Но не ушёл, не смог, я просто держал её руку, которую она сжимала своей хрупкой ладонью с такой силой, что даже я, сильный мужик, кривился от боли. И вот, спустя 8 часов мучений я услышал долгожданное «у вас мальчик». Было всё равно, что она говорила дальше. Ведь у нас мальчик. После их выписки я благополучно перекочевал на пол с собственной кровати и спал теперь там, а так же Элис перестала носить кольцо, говорила, что не хочет напоминать себе причину нашего брака. Мы словно только познакомились и с опаской относились друг к другу. Но я не переставал помогать ей, просыпался по ночам, играл с маленьким Ником, давая отдохнуть Элисон. Она ощутимо меняла своё отношение ко мне, снова улыбалась, говорила со мной свободно и оставляла на меня сына, уходя в магазин. Как-то раз она пришла с «большой закупки» домой и увидела меня, всего перемазанного в каше, сидящего перед Ником, в попытке накормить его. Элисон была в оцепенении и даже ужасе. -Что вы сделали с моей кухней?!! – кричала она, бросив пакеты на пол. -Твой сын отказывался, есть! – оправдался я. – и я позволил ему покормить себя. Эли закрыла лицо ладонями. -Так. Ладно. Бери ребёнка и живо в душ! Я тут всё уберу. – сурово сказала она, но затем, сменив гнев на милость, посмотрела на меня с улыбкой. – тоже мне, папаша.