Блэр

Идти домой было совершенно плохой идеей. Мой гневный настрой было слишком сложно скрыть, а возможно, даже не получалось. Тодд думал, что я откажусь, но не тут-то было. Если этой ночью я убью четверых, то мне можно ждать скачок силы, тогда я стану меньше уставать в боях. Размышляю, как маньяк какой-то. Но могу ли я убить? Перед глазами до сих пор маячит картина минувших дней. Я дочь наёмников. Это немногое, что осталось в моей памяти. Она сохранила самые малые остатки прошлого. Меня это угнетает. Единственное, что так ярко запомнилось — это день казни. Воспоминания вызывают мурашки по коже. В свои двадцать лет я почти ничего не помню из детства. — Полагаю, что домой мы не пойдем, — Дюк достал из кармана пачку сигарет. — Нет, — я взглянула на небо, — они не маленькие, справятся и без нас. Если мы придём в дом, то я просто посею тревожность. Я не смогу притворяться. — Значит, про эту ночь тоже никто не должен знать, так? — спросил Руди. — Да, не нужно. Вы долго храните в себе ту ночь, значит и эта не всплывёт на поверхность. Нужно признаться самой себе, что я просто боюсь их реакции. Боюсь потерять их, боюсь, что они посчитают меня врагом и захотят уйти сами. Вот только, какой тогда из меня друг? Я им часто вру или недоговариваю, сомневаюсь в них, в их преданности. Какая я жалкая. — В любом случае, Блэр, мы тебя не подведём. — Спасибо, Руди. Правда, меня всегда мучил вопрос. Правильно ли я поступила тогда, когда убила их? — Правильно или нет уже не имеет смысла думать над этим. Единственное, что тебя должно беспокоить, так это то, что твоё сердце покрылось мраком. Ты уже долго восстанавливаешься и к тебе вернулась уверенность, а вместе с ней пришли гордыня и гневливость. А самое главное, только тебе с ними бороться, — Дюк выпустил табачный дым и покашлял. — Только мне, — я невольно повторила за Дюком. Еще раз потерпеть разочарование я не хотела. Физические раны болят, заживают и забываются. Душевные так не умеют. Боль копится годами, собирая всю обиду по каплям, а потом, когда достигнет пика, даст о себе знать. Тогда придется терпеть, пока она не погубит страдальца до конца. — Да, в этом все и заключается. Если тебе не легко, значит ты на верном пути, — продолжил сероглазый. — Да, бывают и лёгкие, но за них, как правило, нужно крупно заплатить. Пока ты жива твои попытки не ограничены, пробуй, рискуй, может и получится что-нибудь. — А если я не понимаю, тяжело мне или нет. Я ничего не чувствую! — Я думаю, это должно прояснится со временем. В мире не всегда темно, с наступлением рассвета все становится яснее. Поэтому и в твою жизнь придёт солнце. А пока ты не одна. Дюк всегда заставляет мыслить глубже, масштабнее. Его мысли зачастую кажутся полны смысла и разумности, что помогает мне самой сосредоточиться на реальности и не уйти в себя. Поэтому, возможно он прав. Вскоре все и правда изменится к лучшему. Это день превратился в пытку. Меня хватил мандраж. Начало знобить, трясти и просто на всего пугаться любого шороха. Я была похожа на дикое животное из леса, что готово сбежать от всех глаз подальше. В жизни каждого наступает момент, когда он не понимает, что происходит во круг него самого и начинает сходить с ума. Дюк мне всегда говорил, что если изменить что-то одно, то обязательно измениться и все остальное. Приходится плыть по течению реки, мне не хочется ничего менять. Но сделка с Тоддом выбивает мою лодку из равновесия. Мы сидели на лавочке в прохладном парке недалеко от фонтана. Я откинула голову на деревянную спинку и закрыла глаза. Мне кажется, что я даже немного уснула, потому что мысли покинули меня и мне стало спокойнее. Пока я, то проваливалась в сон, то возвращалась в реалии, успела ощутить, что кто-то пришёл, но мне так трудно открыть глаза, чтобы посмотреть. Голос был мне знаком это точно. Если нарушить эту гармонию, вновь воцарится хаос. Тогда у меня вопрос, а есть ли вообще в мире гармония? В газетах пишут, что многие жители изо дня в день пропадают, погибают или получают ранения. А кто в этом виноват? Конечно, демоны. Неспроста их стало так много в этом мире, видимо, их ад уже не выдерживает, вот они сюда и лезут, как муравьи. Кажется, что я уже пришла в себя и вернулась в реальность. Голоса стали слышны чётче. Тогда я и открыла глаза. Мир мне показался максимально ярким. Солнце было уже в зените. Когда зрение адаптировалось, то я увидела Дюка, Руди и Белиала. Демон стоял перед ребятами в человеческой форме. — Ну, здрасте, — я держалась за колени, чтобы хоть как-то выглядеть по нормальному. Мне даже в зеркало страшно смотреть. Только глаза никуда не день, я чувствовала, как они устали, как устала я сама. — О, ты проснулась! — Белиал сделал шаг в мою сторону. — Я выпытал все у Руди, — я покосилась в сторону волка. — И? Что дальше? — Честно признаюсь, я людей никогда не убивал. Да, забавился… искушал… совращал… — Я поняла. — Вижу, ты себя совсем паршиво чувствуешь, — Белиал протяжно вздохнул. — Если хочешь, то я могу взять на себя эту ношу, — демон положил руку на сердце. — Нет, спасибо, чтобы быть еще и у тебя в долгах, увольте, — даже представлять страшно, а если Тодд узнает, то тут вообще Армагеддон начнётся. — Не надо меня сравнивать с каким-то зажравшимся скотом. Я ничего не требую взамен. Блэр, ты сама не своя, позволь помочь тебе. — Я сама справлюсь. Я не одна, — я почувствовала боль в правой височной области и резко приложила ладонь. — Спасибо за заботу, но Уолтер под моей опекой. Я должна это сделать сама, — боль отступила, и я убрала руку. — Глупая, помочь же пытаюсь, — Белиал пристально посмотрел на меня. — Хотя, тебя не переубедить. Тогда, будь пожалуйста осторожна, — демон подошёл ближе и погладил мои пепельные волосы, — хорошо? — Ладно, — после он покинул нашу компанию. — Руди, зачем ты ему все рассказал? — час от часу не легче. — Это я разрешил, — пробурчал Дюк, — в надежде, что ты согласишься отдать всю грязную работу ему. В первую очередь я думала не о нем, а о своих. Ради них я должна быть осторожна, чтобы не случилось. Мне хотелось есть, поэтому я попросила Руди найти всем, что-то в магазинчиках. В итоге волк принёс три контейнера с картофельным пюре и котлетой. — Вот, Блэр, я взял тебе еще кофе, — Руди протянул стаканчик, — только осторожно, он горячий. — Спасибо, Руди, — я принялась есть и в процессе задумалась. В эту ситуацию попала не только я, но еще и Руди с Дюком, но пока я волновалась только о себе. Я, оказывается, самая настоящая эгоистка, а еще, что-то Пикарду предъявляю и Белиалу. — А вы сами как себя ощущаете? — Мне все равно, — ответил Дюк. — Ну, понятно… а ты, Руди? — Я особо не переживаю. Я ведь убивать не буду, мое дело тебя довести до места. Единственное, я волнуюсь за последствия, ведь все узнают, что были убиты две семьи одной ночью. Убийцу же по-любому начнут искать. Как бы Тодд не вывел след на нас, — волк знал, что говорил, и он был совершенно прав. — А я об этом не подумала, — мой взгляд начал метаться в поисках решения проблемы, но я прекрасно понимала, что решения нет. — Ой, бестолочь, — заговорил Дюк. — Молчал бы лучше! — мужчина выкинул очередную сигарету. — А ты курить перестань! Не нервничает он! — вскрикнул Руди. — Ну не кричите вы, мне и так страшно, — моё признание не было секретом. Чтобы мы не чувствовали, как бы морально не готовились, время все равно шло и приближалось к назначенному Тоддом. Как только солнце начало уходить за горизонт мы направились искать дом, пока не стемнело. Я прочитала адрес вслух и Руди, недолго поразмыслив, отправился на место будущего преступления. Пункт назначения оказался не так уж и далеко. Всего лишь в семи минутах от той самой лавочки в парке, тогда куда мы так спешили. Район оказался сказочно богатым. Все дорожки, ровно уложенные, шли вдоль роскошных домов. Почти у каждого росли пышные цветы или деревья. Чем больше всматриваешься в дома, тем больше замечаешь, что каждый хозяин постарался сделать свое жилище уникальным и неповторимым. Смотря на все это, я понимаю, что все что здесь находится не принадлежит жильцам. Вся роскошь награблена или же куплена на честно заработанных взятках. Мы же народ простой, все, кто живёт в моей округе, копили сами на маленькие участки земли. Они всегда были дешевле, потому что находились рядом с лесом. А здесь все иначе. Мне не нравится вся эта роскошь по одной простой причине. Здесь живут те, кому выгодны только деньги. В их жизни все куплено, даже их чувства. — А здесь красиво, — Руди осматривал каждый дом с любопытством. — Я бы сказала роскошно, но здесь нет тепла. — Да, духовный мир этих людей давно стал пробитым дном, — вмешался Дюк. — Не могу с тобой не согласиться. Если же мы можем сходить к соседям в гости, чтобы помочь им со сломанной крышей, то, навряд ли, здесь такое практикуют. Руди часто любит наведываться к пожилым жителям нашей улицы. Волк не отказывает старикам в помощи, то урожай поможет собрать, то починить что-то. Это очень достойно для семнадцати летнего парня. Солнце уже полностью скрылось за горизонтом. Осталось дождаться полуночи. Времени в запасе совсем немного. Мне главное не струсить и сделать все, чтобы сохранить семью, мою семью. Мы с ребятами сидели в кустах и нам максимально повезло с тем, что в этом доме не было собак. Жертвы плотно поели во дворе и начали убирать беседку, занося в дом посуду и остатки еды, после чего начинали готовиться ко сну. Полночь наступила быстро. За это время я успела полностью принять тот факт, что я сделаю это. У меня все получится. Еще я настоятельно повторяла себе, что убийство позволит мне увеличить свою силу, а это в первую очередь будет лучше для всех остальных. В этот час я была спокойна и рассудительна. Я была готова. — Нам пора, — прошептала я. — Дюк, преобразись. Тишина поглотила каждый уголок дома, а на улицах не было ни души. Все тихо спали в своих тёплых кроватях, под мягким одеялом и смотрели сладкие сны, но скоро им суждено будет прерваться. Мы медленно обошли дом и нашли приоткрытое окно, что вело в узкий коридор. Открыть его оказалось проще, чем я думала. Руди подсадил меня, и я проникла в дом. Тогда я ощутила весь страх, что был ранее, он вернулся. Мне нужно успокоиться, иначе все пойдёт не так, как нужно. Я сделала шаг, затем второй. Нужно найти комнату супругов, а затем детей. Полагаю, что мне нужно на второй этаж. Там было всего четыре двери, одна из которых была открыта, и она оказалась пуста. Оставалось еще три. Громкий храп словно подсказывал, где находится глава дома. Я стояла перед дверью и держала кинжал в одной руке. Ноги тряслись, а сердце билось так быстро, что даже отдавалось в висках. «Пора», — подумала я и открыла дверь. Супруги спали. Окно комнаты было завешано тёмными шторами. Глаза быстро привыкли к кромешной тьме, и я подошла к мужчине. Подняв кинжал, стоило вспомнить, что это не по моей прихоти происходит. — Простите, — прошептала я и резко провела лезвием по сонной артерии. Мужчина открыл глаза и начал задыхаться кровью. От этого проснулась его жена, я в это время метнулась за её спину. — Клаудиус, что с тобой? — женщина не понимала, что происходит и потянулась к настольной лампе. Но она не успела. Я сделала тоже самое и с ней. Мужчина уже не подавал признаков жизни и только женщина нарушала тишину. Я вышла из их комнаты и закрыла за собой дверь. Теперь их дочь. Уже уверенно я открыла следующую комнату, но там оказался её младший брат, его напоследок. Зайдя в третью комнату, я увидела, что девушка спала с открытым окном. Я заметила её очертания лица. Густые брови, пухлые губы, нос с горбинкой. Она была не причем во всей этой ситуации. Я откинула одеяло и воткнула нож в её сердце, девушка успела только вздрогнуть и открыть глаза. Она не должна мучиться. Выйдя из её комнаты и закрыв за собой дверь, я увидела зажжённый свет у младшего ребёнка. «О, нет», — промелькнуло в моей голове. Дверь открылась и из-за неё вышел маленький мальчик и остановил свой взгляд на мне. — А вы кто? — спросил ребенок. — Я твой сон, — я спрятала кровавые руки и кинжал за спину. Мне было очень страшно. Только не пойму от чего сильнее. Малой мог позвать охрану, да и вообще кого угодно или же мне было страшно убивать ребёнка. В доме уже было тихо, трое из четырёх были уже мертвы, их тела начали медленно остывать. И только один из них сейчас стоял передо мной и сонно улыбался. Как мне убить ребёнка? — Значит ты фея? — завопил паренёк. — Тише не кричи, — шептала я. — А то разбудишь всех. Ну да, разбудит он. Мальчик начал ко мне подходить. Я понимала, что в его мотивах нет злого умысла, ребенок был искренен. Только, если я оставлю его в живых, то скорее всего он будет жить с ненавистью в душе, она будет копиться в нем долгие годы. Пока он не убьёт меня. Мальчик раскинул руки в стороны и побежал ко мне, чтобы обнять. Его детская улыбка была замечательна, но только в мгновенье. — Прости меня, — я села на корточки и когда мальчик подбежал в плотную я выставила кинжал перед собой. Парнишка не успел среагировать и принял удар грудью. Лезвие с хрустом вонзилось в сердце, преодолев мышцы и кости. Дрожащими руками я вынула кинжал из тела, и мальчик упал на холодный пол, заполняя кровью пространство вокруг себя. Я вернулась с места и побежала к лестнице, но потом поняла, что нужно выключить свет в комнате. Иначе заметят неладное раньше времени. Я выбежала из дома и упала на колени. Перед глазами плыли картины прошлого. Тогда была совсем юная и крайне неопытная. На улице шел небольшой снег, вечер. За столом дружная семья и он. Тот, кого я любила всем сердцем. Вот только он решил, что я ему, видимо, не нужна. Мой возлюбленный сидит с семьёй своей новой девушки. Это предательство я не в силах пережить, и я убила всех до единого. Тодд был свидетелем всего этого. После смерти моих родителей его приставили ко мне, как слежку. Только Пикард никому не рассказал, так я и осталась у него в долгах по сей день. — Эй, Блэр, — Руди дотронулся до моей щеки своим холодным волчьим носом. — Все в порядке? — А? — я пришла в себя. — Прости, я задумалась. Нужно покинуть этот дом как можно скорее. Я встала на ноги и запрыгнула на волка, как резко почувствовала сердечную боль, постепенно нарастающую. Что же это за состояние? После мне стало легче, тогда я попросила Руди выдвигаться. Что со мной происходит? Мне ведь даже не известно из-за чего эти боли, но я надеюсь, что когда-то это все закончится. Как беспечно. Мы вернулись домой, где мне стало спокойно. Дом — лучшее место на земле. Единственное, что наше возвращение было подобно ворам. Тихо ушли и тихо пришли. Приняв по-быстрому душ, я ушла спать. Сегодня, на удивление, я заснула быстро. Видимо, этот день выжал из меня все эмоции, что только мог. Это даже к лучшему, наконец-то здоровый сон. Вот только, сердце было не на месте. Проснулась я достаточно поздно. Шёл одиннадцатый час, поэтому уже все давно проснулись и вопили во дворе. Хантер работал, кажется, он что-то чинил, а Киса старалась ему помочь. Дюк играл в шахматы с Уолтером, как ни в чем не бывало. Катрина давала указания Остину и Руди, чтобы те сходили на рынок и купили посуду. Действительно, она мне об этом уже говорила. Мне нужно вести себя как обычно и не подавать вида, что что-то произошло. Только сегодня моё самочувствие даёт слабину. Голова то кружилась, то переставала, возможно, что это последствия моего переутомления. Как обычно, я привела себя в человеческую форму и вышла к народу. Все было хорошо и даже очень пока во двор не явился мужчина. — Это вы Блэр? — он стоял в военной форме. Ветер развивал его светлые волосы, что были забраны в высокий образцовый хвост. В его руках были какие-то бумаги и папка. — Смотря кто спрашивает, — ответила я. Во дворе все напряглась. — Я полковник Волдо. У меня на вас есть заявление и приказ, привести в участок. Этот документ гласит, что именно вы покидали дом семьи Форд. Все доказательства подтверждают вашу причастность. Блэр Уорд, вы обвиняетесь в убийстве одного воителя и четырёх людей. Лучше вам не оказывать сопротивления и сдаться властям! У вас есть право хранить молчание. Все так хорошо началось сегодня утром. Я дома, все чем-то заняты, а сейчас меня выставляют убийцей при всех. Да, это правда, но, как я теперь буду смотреть им в глаза? Мне просто было неизвестно, что делать, поэтому в растерянности я обернулась к Дюку, он встал из-за стола с шахматной доской и подошёл ближе. — Бессмысленно вести борьбу с властью. Лучше тебе сдаться, Блэр, — после, меня хватила паника. Дюк говорил серьезно. Если я окажу сопротивление, то будет только хуже. Окружающие не до конца понимали, что это реально, но им придется в это поверить. — Хорошо, я иду с вами, — я подошла к полковнику с опущенной головой. Убийство… оно карается равносильно преступлению. Если бы ребята знали, что здесь происходит, то приняли бы это? — Берегите друг друга, — я постаралась улыбнуться как можно шире, одарить их своей улыбкой. Показать, что я не сломлена, но из глаз текли слезы, их было не остановить. Постепенно картинка в глазах замылилась и тогда я услышала крики. Это была Киса. Она так испугалась, что начала кричать и простить меня оставить, но её голос сломался, когда она заплакала. Простите, я ничего не могу сделать. Полковник Волдо вывел меня за забор. — Я хочу, что-то сказать вам, — начал Дюк. — Блэр это сделала не по своей прихоти. Она спасала тебя, — мужчина перевёл взгляд на Уолтера. — Что? — голубоглазый встал со стула. — Думаю, вы должны это знать и молиться за нее. Ведь теперь, она должна понести наказание. И я никого не обвиняю сейчас. Меня вели по улицам города. Жители при виде меня шептались или косились. Кажется, слухи уже разлетелись о моем «подвиге» некоторые даже смеялись надо мной. Мне было не по себе от такого внимания, но я понимала, что я это заслужила, но подавать вид я не собиралась, поэтому продолжала идти с гордо поднятой головой. Вот только она кружилась все больше, а я даже не успела выпить лекарства. Скоро мы будем на месте и что тогда? Меня сразу же казнят или сначала будут пытки? Если я умру все мои подопечные перестанут мне принадлежать и тогда они станут свободны. Мы подошли к блекло зелёному зданию, что уже было почти старым. Полковник Волдо открыл хилую дверь здания, и я увидела ступени, ведущие вниз. «Там тюрьма», — я это знала, потому что Тодд в прошлом мне много говорил о ней, в том числе и то, что я буду там сидеть, если сделаю, что-то ужасное. Волдо толкнул меня, намекая, что нужно спускаться. В самом низу спуска оказалась еще одна дверь. Эта уже оказалась прочной и плотной. — Добро пожаловать, — хвостатый открыл проход, и я зашла внутрь. — Это твоё новое место, не на долго, конечно. Скоро вынесут приговор. Полковник открыл одну из камер, и я зашла в неё. Она оказалась очень маленькой, словно, меня посадили в коробку. Как только я села на стул, дверь камеры захлопнулась с эхом раздаваясь по коридору. Я осталась одна. Холодные стены, сырой пол, ободранная кровать. Это тюрьма, а не райский сад. Напротив меня никого не было, только мёртвая крыса под кроватью составляла мне компанию. Я ужаснулась и сразу же подобрала свои волосы с пола. Я просидела на одном месте некоторое время. Нагнетающая атмосфера способствовала ухудшению моего состояния. Я уже не могла держать голову нормально, потому, что меня кружило не по-детски и, казалось, что я вот-вот потеряю сознание, но меня отвлекли голоса. — Кто в той камере? — спросил какой-то мужчина. Его голос был твёрдым и властным, но, в какой-то степени приятный. — Новая заключенная. Прибыла недавно, — ответила пожилая женщина. — Блэр Уорд, кажется. Ах… — старуха ахнула, будто что-то осознала и собиралась продолжить разговор. — Да, я её знаю. Видел дело и… Кто это мог быть, я понятия не имею. Я не знаю никого из военных, но я услышала, как мужчина направился ко мне. Он шагал быстро и громко, а меня начало трясти. Как только он подошёл к решётке, я была готова умереть уже здесь. Высокий мужчина был одет в синюю форму воителей. Его тело было мощное и прокаченное. Пепельные цветом волосы были аккуратно зачесаны на правый бок. Левый глаз закрывала повязка, а другой был чёрным цветом. Незнакомец вцепился в решётку руками, тогда я заметила на его левом указательном пальце кольцо. Мужчина грустно смотрел на меня. Я же была растеряна, не понимая, что от меня требуется. — Блэр, — в этот раз его голос прозвучал мягко и приятно, только у меня мурашки побежали по телу от такого. — Ты меня помнишь? — я услышала отчаяние и покачала головой в разные стороны в знак отрицания. — Понял… Меня зовут Виктор Уорд. Я твой старший брат. — Брат? — я его вообще не помню. — Не верится. — Я предполагал, что ты мне не поверишь, — Виктор снял повязку и, как оказалось, он был таким же светлым, как и у меня. — Хорошо, тогда почему я тебя не помню? — мне было сложно говорить, мне становилось все хуже. — Я старше тебя на девять лет. Когда меня отправили на учёбу, то ты была совсем маленькой и могла меня забыть, — Виктор показал рукой вниз имитируя мой рост в прошлом. — Мы действительно похожи с тобой. Даже глаза. Получается у меня есть брат, а я даже и не знала. Вернее, не помнила, — я схватилась за голову, — да я вообще хоть что-то помню в этой жизни? Но забыть брата — это дикость! — У тебя амнезия, — Виктор понизил голос и был шокирован правдой. — Я помню немногое, малые фрагменты. Но восстановить память не получается. Даже ты появился, а я совершенно ничего не вспомнила! Хотя, может ты меня с кем-то перепутал. Я медленно встала со стула, но поняла, что я зря это сделала. Мне стало только хуже. Я почувствовала, как у меня заболело все тело, словно ломая кости изнутри, а от высокой температуры горело все лицо. Я сползла вниз на колени, держась за стену, и упала на пол. — Блэр! — я уже слабо слышала, все тело содрогалось от боли. — Откройте решётку! Решётку открыл какой-то мужчина, Виктор резко толкнул его сторону и отдернул дверь. — Блэр, — Виктор взял меня на руки, — ты меня слышишь? Ты как? — У меня очень кружится голова, спина начинает болеть и дышать все тяжелее. Все тело бросает в дрожь. Я не знаю, что происходит. — Успокойся, не делай глубоких вдохов. Виктор вышел из клетки, неся меня на руках к выходу. Его пытались остановить и прекратить беспредел, что он устроил. — Не беспокойтесь! — заявил парень с повязкой на глазу. — Эту девушку я беру под свою ответственность. Её дело я изучу сам, а пока работайте, как ни в чем не бывало. Не успел никто возразить Виктору Уорду, как он вышел из подвального помещения наверх, где меня ослепил яркий свет. Отчего боль показалась еще мучительнее. — Блэр, старайся подавлять это состояние. Сейчас я отнесу тебя домой. Попрошу сосредоточится и показать мне дорогу. Я уже ощущала, как мое тело начинает стонать, а боль в спине, с быстрой скоростью, набирать силу. С большим трудом я смогла сориентироваться на местности и трясущейся рукой показать направление к моему дому. Виктор столкнулся от земли и распахнул крылья в воздухе. Прохладный ветер помогал прийти в себя, но боль не собиралась отступать. Голова все равно теряла сознание, но потом снова приходила в себя. Изредка мне приходилось показывать Виктору в какую сторону нам необходимо лететь. Мужчина преодолел расстояние очень быстро, даже несмотря на боль мне показалось, что мы прибыли домой за достаточно короткие сроки. — Сюда? — спросил светловолосый. — Угу, — тихо ответила я. Виктор приземлился в моем дворе и не остался незамеченным. В это время Хантер находился на улице и видел, как незнакомец спустился с неба. — Блэр! — леопард подбежал и взял меня на руки. — Кто вы такой? — Хантер с презрением посмотрел на названного гостя. — Не имеет значения. Блэр не здоровится, и ты это прекрасно видишь, — Виктор осмотрел территорию нашего двора. — Что в том сарае? — спокойно спросил мужчина. — Ничего, почти, — из дома вышла Катрина, за ней потянулись и остальные. — Он старый очень, ремонтировать нет смысла, поэтому там дрова и сено, — девушка поспешно открыла дверь. — Идеально, — произнёс Виктор. — Принесите туда то, что не жалко выкинуть, ну или сжечь. Покрывало какое-нибудь, например, и постелите там. Катрина и Киса начали быстро искать подходящую ткань. — У нее жар! — воскликнул Руди, положив ладонь на мой лоб. — Не переживай, скоро пройдёт, — ответил гость и положил меня на уже покрытую тканью солому. — А теперь отойдите все, кровь сложно отмывается. Уорд закрыл за собой дверь и оставил меня одну в небольшом сарае. Я лежала на животе и уже не могла нормально дышать. Все попытки вдохнуть превращались в жадные и резкие глотки воздуха. Когда боль достигла пика вершины я начала кричать, уже было совершенно нереально терпеть эти муки. Меня накрыло ощущение, что кто-то рвёт мою спину тупым ножом, а затем раздался глухой хруст и меня посетило чувство, что спина треснула пополам. — Почему вы стоите и ничего не делаете? — ошеломленно спросил Руди. — Не волнуйся, она будет жить, — ответил Виктор. — Нужно только перетерпеть этот момент. — Вот же дела. Такая редкая вечеринка, а меня не позвали, — за спиной Виктора прозвучал голос демона, мужчина обернулся и увидел Белиала, который широко улыбался. — Давно не виделись, Виктор. — Что ты забыл здесь? — Уорд напрягся и прищурил глаза. — Не рычи на меня, — голос демона из приятного превратился в стальной и холодный. — Я не к тебе пришёл, а к Блэр, что с ней? — Тебя не должно это касаться, Белиал. Убирайся от сюда иначе тебе несдобровать, ты это знаешь. — Не сильно волнует, — демон фыркнул и направился к сараю, как только он потянулся к дверной ручке, его остановил Виктор, схватив темноволосого за предплечье. — Ты куда собрался? Думаешь, я тебя так просто к сестре пропущу? — Виктор одарил демона надменным взглядом. — Что? — демон был удивлён данной новостью и округленными глазами смотрел на военного. — Ты серьезно, что ли? Быть такого не может. Ты же разыгрываешь меня, да? — по выражению лица Виктора, он понял, что тот не врёт. — Так она и вправду твоя сестра. Значит Блэр… — Уорд. — Что происходит за этой дверью? — повторил попытку демон. — Не скажу. Между двумя мужчина повисла молчание. Оба оппонента смотрели друг на друга с презрением, но демон не собирался уступать воителю. Темноволосый воспользовался ситуацией, сорвавшись с места, не скупясь на силе, демон атаковал Виктора. Тот не успел даже понять, что произошло, как уже отлетел на несколько метров от входа в сарай и, проломив стену забора, остался в сидячем положении. — Блэр, — дверь сарая снова открылась. Демон не ожидал увидеть всего ужаса, что предстала перед его глазами. Пол, стены, потолок, все это было в крови. По середине площади стояла я, тоже не лучшего вида. Мне было сложно держать баланс, поэтому я качалась из одной стороны, в другую. Тяжёлое дыхание было отчётливо слышно. Позади волочились крылья. — Белиал? — я подняла глаза на демона, захотев сделать очередной шаг, я потеряла равновесие и уже была готова вновь встретиться с полом сильным ударом, только Белиал успел меня поймать. — Я здесь, — демон взял меня на руки и вынес на улицу. — Все хорошо, Блэр. — Блэр! — завопила Киса, я заметила, как она сложила пальцы в замок и держала у сердца. — Фух, все хорошо, — выдохнул Остин, а за ним и Руди. Все окружающие почувствовали облегчение, когда увидели меня живой. — Белиал, можешь поставить меня на землю, я могу стоять. — Ага, видел я, как ты стоишь, — демон поставил меня, и я вновь зашаталась. — Вот об этом я и говорю. — Отойти от неё, — к нам подошёл Виктор. — Я предупредил, раз, второго не будет. — Мне и не нужно. Все равно я не уйду, а я вижу, тебе понравилось заборы мять. Хочешь повторить? — демон злостно улыбнулся. — Попробуй, — воитель самоуверенно взглянул на демона. — Найгана, в атаку! — воитель вытащил эспадон из ножен и направил его на демона. Я сначала не поняла, что происходит, обернувшись, я увидела, как гигантская зелёная змея обвила тело демона и медленно его сжимала. Потеряв равновесие, темноволосый упал на землю вместе со змеёй, а брат начал подходить к нему, чтобы убить. В этот момент я поняла, что не хочу его смерти. — Нет, — я рванула к демону, когда Виктор уже поднял свой меч, но от бессилия упала прямо у ног брата. — Не делай этого. — Блэр, ты рассудок потеряла? — возмутился Виктор и махнул рукой в сторону. — Отойди. — Виктор, возможно, ты не поймёшь, но он не сделал ничего плохого. — Вообще-то да, я полезный, — подметил демон. — Хоть Белиал и является нечистым, но это не повод его убивать. Я тоже изначально думала, что от него нужно избавиться, но сейчас мое мнение поменялось. Пусть живёт, он же тебе не мешает, — я отчаянно защищала демона. — Это моя работа, — подметил Виктор. — Я убил тысячи демонов, а тебе одного жалко. — Я тоже многих убила, но этого не надо, — я выдохнула, потому что эта фраза далась мне с трудом. Не хотелось этого говорить, но мне пришлось. Брат был ошарашен, а демон приятно удивлён. Уорд выругался себе под нос и отозвал Найгану. Змея отпустила демона, уменьшилась в размерах и обвила кисть руки Виктора. — Фух, — поднялся демон и покосился в сторону Виктора. — Спасибо, Блэр, а то этот сумасшедший меня бы убил, ведь я был не подготовлен. Как же затекли мои ноги. — Могу избавить тебя от мучений, — Виктор медленно начал доставать эспадон. — Виктор, прекрати! — я услышала довольный смешок со стороны демона. — А ты прекрати злорадствовать! — Кажется её сила возвращается к ней, — шёпотом произнес Уолтер. — Так даже лучше, — ответил Хантер. — Я их почти не помню, — я тихо продолжила диалог. Я всегда считала, что я осталась одна из семьи, а подумать, что у меня есть брат, просто не могла. Ведь, я даже не знала этого, — я осмотрела вновь весь двор. — Может зайдём в дом? Там и пообщаемся. Катрина сразу схватила Кису за руку и повела во внутрь. Ребята расслабились и поддержали идею. Всё-таки чашечка чая может смягчить атмосферу, хоть не на много. Только никто не хотел нам мешать, Дюк настоял на том, что нам необходимо поговорить меж собой, поэтому на кухне остались трое. Белиал расположился у самого окна, мы с Виктором сели напротив него, образовав треугольник. — А ты мог бы и уйти, — брат обращался к демону. — Еще чего, уходить, когда началось самое интересно! Нет уж. Тем более, оставлять тебя с Блэр опасно. А то она от тебя еще больше гадостей наберётся, — Белиал высунул язык, чтобы подразнить Виктора. — Гадости могут быть только от тебя, — светловолосый с силой хлопнул по столу. — Прекратите оба, как дети малые, — прервала я двух твердолобых. — Да, он не стоит внимания, — огрызнулся Виктор. — А ты вообще ничего стоишь, — развел руки черноволосый. — Хватит! Я вас позвала, чтобы слушать ваши комментарии по отношению друг к другу? — Нет, прости, Блэр, — брат положил руку на лицо и громко вздохнул, собираясь с мыслями. — И так, почему у тебя пропала память? — Я не знаю. Я никуда не попадала, чтобы смогла удариться головой так сильно, что даже потерять память. Тем более, это началось, когда я была ребёнком. Мои воспоминания стирались не все сразу, а постепенно. Словно, части памяти уходили от меня, оставляя дыру. В итоге, осталась только казнь родителей, до этого вся история была утрачена мной. — Может, кто-то хочет тебя лишить тех воспоминаний? — предложил демон. — Пикард? — предположил брат, прокручивая кольцо на пальце. — Не думаю, он хорошо использует Блэр, как расходный материал. — Тогда я даже не знаю, кто это мог бы быть, — я опустила взгляд на свои колени. — Давайте подумаем. Есть вероятность, что этот кто-то является не слабым колдуном. Сама подумай, ты так сильно всем доверяешь, что могла даже не заметить кто это, — Белиал пристально посмотрел на меня. — Напомню ты демон, ты мог быть тем, кто лишил Блэр воспоминаний, — прорычал Виктор. — Пф, смешно даже. Да, я демон, но это не даёт тебе права меня обвинять. Ты не лучше, Виктор. Появился в нужный момент и спас бедную сестричку и теперь у всех в глазах ты герой, но кто там тебя знает, что в твоей голове. Как тебе такой расклад? — демон хитро смотрел на Виктора и ждал его реакции, что поступила незамедлительно. — Ублюдок! — брат встал со стула. — Не смей говорить обо мне, как о последнем дерьме этого мира. Белиал был явно доволен собой, демон продолжал довольствоваться негативом моего брата. — Тогда и ты не переводи стрелки на меня, — темноволосый встал из-за стола. — Спасибо за чай, Блэр. Поздравляю с приобретением новых возможностей. До встречи, — демон уже собирался выйти из кухни, как обратился к нам вновь. — Ах да, я не прошу вашего доверия, да и не думаю, что вы все-таки сможете поладить со мной в идеале, но в одном я уверен точно. Я вам обязательно пригожусь, вот увидите. С этими словами Белиал покинул дом. Оставив нас в полной тишине. Каждый задумался над его словами.