Одна ночь из жизни командира

Красное вечернее солнце постепенно клонилось в поздний летний закат, открашивая белые стены и башни Штормграда приятным оранжевым цветом. Изредка с моря дул приятный соленый ветер, колышущий листья деревьев в главном парке. Было тихо: не было слышно криков купцов из торговой площади, песен дворфов из таверны или беспокойного ворчания грифонов. Над Штормградом парила легкая полутьма, которая как нельзя кстати способствовала романтической атмосфере. В этот прекрасный вечер, действие развернулось в одной из бывших казарменных башен, которая впоследствии стала жилой. Из нее был прекрасный вид на море, и никто не смог бы потревожить две тени, находящиеся там. — Я устрою тебе такую битву, что ты никогда не забудешь, — жарко прошептал-прорычал мужчина на ушко своей спутнице, ночной эльфийке, подтолкнув ее в дверь, ведущую в апартаменты на самом верху башни. — Лишь бы не Альтеракский блиц, — кокетливо усмехнулась она, страстно целуя воргена, который пока что пребывал в своем человеческом обличии. Их прогулка по вечернему Штормграду была прекрасна: птички пели, цветы цвели, а ордынцы вроде как не даже и не собирались нападать. Они познакомились всего пару часов назад, а уже, в целом, были вполне довольны друг другом. Охотник оказался весьма галантным и любезным, а жрица вполне в хорошем настроении, чтобы не отказать ему в предложении зайти на чай. Она лукаво улыбнулась, хихикнула и обернулась к нему, положив ему руки на плечи и заглянув в ему в глаза. Их губы снова сплелись в поцелуе. Руки охотника беззастенчиво бродили по телу эльфийки, позволив себе даже слегка ущипнуть ее восхитительные Дарнасские булочки. Джейнора игриво подмигнула своему партнеру, нежно прикусив его нижнюю губу. Она нежно провела кончиками пальцев по его плечам, спустилась до локтей и коснулась ладоней. Лесандрес перехватил ее нежные и мягкие руки, чуть отстранившись и прижав их к своим горячим губам, оставляя на них чуть заметный след крови от прокушенной губы. Он поднял взгляд на жрицу, обжигая огоньками, которые носились в его карих глазах, словно светлячки темной ночью. — Ты же покажешь мне настоящую звериную страсть? — эльфийка стояла уже у края огромной кровати, пальцами нежно поглаживая воргена по подбородку. — А ты покажешь мне настоящее мастерство жриц Элуны? — так же игриво ответил Лесандрес. По ощущениям, сегодняшний вечер и ночь уже обещают быть потрясающими, от чего охотник невольно улыбнулся сам себе. Усмехнувшись, Джейнора, словно приняла вызов, нарочито медленно поднялась на кровать и кокетливо глянула на оставшегося стоять на полу охотника. — Ну иди и возьми, — жрица эротично провела руками по своим плечам, коснувшись каких-то тайных механизмов женского платья, от чего оно разом упало на кровать. Магия, не иначе. Сказать, что ее тело было идеально — это ничего не сказать. В свете последних солнечных лучей, проникающих в окно башни, от него было невозможно оторвать глаз. Она глянула на воргена и слегка покачнула бедрами, словно дразня его. «Моя часть сделки, » — с усмешкой подумал Лесандрес, шепнув под нос какое-то особое воргенское заклятье. За несколько секунд его тело покрылось толстым черным мехом, руки и ноги обзавелись острыми когтями, а сам он улыбнулся во все свои тридцать два клыка. Эльфийка засмеялась, глядя на обратившегося воргена. Уж не знаю почему, но вот эта звериная часть выходцев из Гилнеаса безумно заводила ее. Ее рука потянулись к застежке бюстгальтера и одним ловким движением пальцев, она расстегнула его, тут же прикрыв свои прелести второй рукой. Дразнящим движением, Джейнора потрясла его в руке. — Лови, — хихикнула она и кинула бюстгальтер к двери. Не успел он пролететь и половины путь, как прямо в полете его зубами поймал ворген. Он усмехнулся, в шутку изображая, что пытается его съесть, заметив смех девушки. Охотник выпустил его изо рта, уронив на пол и спустя мгновение, сорвался с места, оказавшись рядом с эльфийкой на кровати. Легким толчком, он повалил ее на кровать, нависнув над ней. Их взгляды встретились в легкой приятной темноте. Солнце село окончательно и за окном было уже совсем темно. Зажигались фонари, закрывались лавки и расходились дворфы из таверны. Но сейчас это их не касалось. — Ну же, мой дикий зверь, покажи мне свою ярость, — полушепотом произнесла эльфийка, проводя руками по мохнатой спине воргена, взъерошивая его мех.  — Я отблагодарю весь твой народ за помощь после Гилнеаса, — тихо прорычал охотник, сливаясь с жрицей в поцелуе. От самого интересного в мире занятия Лесандреса отвлек вовсе не рассвет и даже не стучащие шваброй в потолок соседи. Ему то ли померещилось, то ли он действительно услышал чей-то негромкий голос со стороны окна. — Псст, командииир, — позвал кто-то из окна. Уши воргена мгновенно навострились, он насторожился, ожидая повторно услышать этот знакомый голос. Эльфийка недовольно нахмурилась, не понимая, почему ее партнер внезапно прервался на самом интересном месте. — Командииир, — снова протянул голос из окна. « Тут что-то неладное, » — Лесандрес вскочил с кровати, на всякий случай прикрывшись своей рубашкой. Повернувшись к жрице, он сделал знак, который бы мог быть истолкован как «вернусь через секунду» или «тихо». Ворген крадучись подошел к окну и отодвинув штору взглянул в стекло. — Ой, командир, как хорошо, что вы не спите! — бодро проверещала разбойница. — Что там такое? — послышался голос жрицы, которая пыталась взглянуть через плечо воргена и понять, что же все-таки происходит. — Это… просто ветер, — сквозь зубы прошипел Лесандрес, заслонив всем своим телом окно, чтобы эльфийка точно ничего не заметила. А то ходят тут какие-то левые разбойницы. Охотник очень недовольно посмотрел на нее, махнув рукой и резко задвинув шторы обратно. Какие к гоблинам могут быть дела в такое время?! Он только развернулся, чтобы вернуться к весьма недовольной происходящим жрице, как вдруг услышал: — Командииир! У нас проблемы! — раздалось из другого окна. Майлури стояла на подоконнике раскрытого окна, размахивая какой-то бумажкой. Лесандрес тут же оказался у второго окна, с хлопком закрыв его, явно давая понять, что сейчас он не будет разбираться ни с какими проблемами. Облегченно вздохнув, ворген направился к кровати. — У тебя как у командира такое часто? — с усмешкой спросила ночная эльфийка, кокетливо улыбаясь ему. — Частенько, — вздохнул, — но должен же я хоть когда-то отдыхать? — он только оперся коленом на кровать, как вдруг его снова отвлекло что-то, на этот раз стук в дверь. От такой вопиющей наглости у воргена аж шерсть на загривке дыбом встала. Нет, ну серьезно, что может быть настолько важным, чтобы оторвать его от такого важного и приятного занятия? В ярости Лесандрес вскочил и метровыми шагами пошел к двери с четким намерением спустить разбойницу с лестницы, да и еще проследить, чтобы точно до места назначения долетела. С каждой секундой сатанея, командир матерился, придумывая попутно всякие новые ругательства, от которых бы у каждого порядочного воргена бы уши завяли. Рывком открыв дверь, охотник ОЧЕНЬ злобно посмотрел на воргеншу, но прежде чем он успел схватить ее за загривок и скинуть с глаз долой, она успела протараторить: — На Стальгорн напали! — пригнулась, словно уклоняясь.- Там весь Клан песни войны! Глаза Лесандреса просто полыхнули инфернальным огнем.  — И ТЫ МОЛЧАЛА?! — его рык был слышен на весь Штормград. — Я… Я пыталась! — разбойница зажмурилась, ожидая кромешный разнос, но командир резко развернулся на месте и бодро пошел вглубь комнаты к ящику с вещами, изощренно матерясь себе под нос самыми диковинными словами. Ну хоть раз бы провести спокойный и приятный вечер, особенно в такой компании. Нет же, проклятые урки найдут как испортить и это. Надевая кольчугу, он уже успел пару раз пришемить мех и был уже готов сам голыми руками поскручивать несчастным оркам шеи. Он бросил короткий взгляд на ошалевшую от происходящего Джейнору и ворген с недовольством понял, что она явно побывала в его уютной холостяцкой берлоге первый и последний раз. Ну конечно, с такими-то приключениями. Охотник подошел к ней, вздохнул и произнес: — Прости, что так вышло… — прошел дальше по комнате и нажав на какие-то кирпичи в стене, открыл секретную секцию с хранимым в ней оружием. Пара тройка луков, два ружья, одно из которых было трофейным и один арбалет, который был лично стырен командиром из орочьей крепости. Пожалуй, сегодня как раз та ночь для арбалета. Лесандрес снял оружие со стены и перекинув его через плечо, пошел дальше, не забыв по пути еще и колчан на плечо закинуть. Майлури в это время абсолютно без тени стеснения прошла до окна, попутно поздоровавшись с застигнутой врасплох эльфийкой, открыла окно и кого-то позвала. Показав рукой, типа следуй за мной и выпрыгнула в окно, аки ассасин прыжком веры. — Я обязательно пришлю тебе почтового голубя, — сказал Лесандрес, глянув на эльфийку в последний раз и подойдя к окну, глянул вниз. В паре метров вниз от окна в воздухе завис грифон, на котором восседала разбойница. Решив не упоминать про свой страх высоты, Лесандрес секунду поколебавшись, прыгнул из окна, не самым удачным способом приземлившись в седло грифона. Недовольно и сдавленно ойкнув, охотник с трудом повернулся в седле. Животное удивленно то ли каркнуло, то ли гавкнуло, но лишь только Майлури ткнула пятками его в бока, он мгновенно сорвался с места, набирая высоту и издавая довольный и оглушающий орлиный крик, снова ощущая приятный ночной ветер в перьях своих крыльев. — Так что конкретно произошло? — уже более спокойно спросил Лесандрес, изучая свиток, который ему дала разбойница. В ней было написано, что Стальгорну нужна помощь его гильдии для отражения нападения ордынцев. — Клан песни войны вломился в Стальгорн под прикрытием, — она чуть повела поводьями вправо, напрявляя грифона. — Там было несколько наших, они смогли связаться с нами. Мэй велел отдать тебе этот свиток, — она кивнула через плечо, не оборачиваясь. — Я так и понял, — охотник кивнул, мельком глянув вниз на проносящиеся мимо поля, леса. Настроение было не из лучших. Иногда быть главой гильдии ооочень надоедает, особенно в такие ночи, когда хочется спокойно провести ночь с симпатичной эльфийкой, а тут тебе вот… Вдруг грифон резко ушел влево, лапами оттолкнувшись от горы, уклоняясь от шпиля другой горы, Лесандрес вцепился когтями в седло, недовольно рыкнув. Но это был еще далеко не конец. Майлури потянула поводья на себя, от чего полуорел-полулев ушел в практически в вертикальный полет, стараясь перелететь Дун-Морогские горы, которые сейчас отделяли путников от Стальгорна. Грифон дернул поводья на себя и рванул дальше вперед, уворачиваясь от острых вершин гор. — Да кто тебе вообще права выдал?! — ворген зашипел, стараясь удержаться в седле как можно дольше, ибо перспектива лететь вон туда вниз его вообще никак не прельщала. — Вы! — перекрикивая горный ветер ответила разбойница. « Ах да, обязательная проверка летных навыков у новобранцев, » — кисло подумал Лесандрес. — Когда мы вернемся, напомни мне отправить тебя на пересдачу, — проворчал охотник. Майлури обиженно фыркнула и уже специально повела поводьями в сторону, решив показать, кто тут главный. Вот теперь ей ну очень захотелось стряхнуть эту наглую мохнатую задницу прямо на какой-нибудь острый и длинный пик. Грифон и кобру выписывал, и боевой разворот и даже мертвую петлю, но несмотря на все их совместные усилия, Лесандрес оказался крепким орешком и абсолютно не собирался перебираться через Дун-Морогские горы пешком, поэтому у входа в Стальгорн они оказались втроем. Спрыгнув с грифона, охотник остановился, перехватив арбалет и взведя курок. На всякий случай. Обернувшись, он глянул на разбойницу и махнув рукой, приказал следовать за собой, почему-то ему хотелось знать, что он вламывается в осажденный город не один. Странное желание. Под покровом темноты они бесшумно вошли в столицу дворфов. В пустынных коридорах вольно гулял Дун-Морогский ветер, неприятно сквозя и пробирая практически до костей. Лесандрес недовольно оглядывался и прислушивался. Ни одного гвардейца на всем пути, потушенные факелы и следы тауренских копыт — все это явно указывало на вторжение. Спрятавшись за стенкой, за которой был вход в общий зал, охотник прислушался. Он явно слышал голоса ордынцев и по примерному подсчету их было не больше пяти. Как-то мало для вторжения. « Наверное это засада, » — подумал командир, взяв арбалет поудобнее, чтобы если что прошить какому-нибудь отрёкшемуся голову. Разбойницу он уже давно потерял из поля зрения, наверняка она прошла дальше посмотреть, что происходит. По крайней мере в это хотелось верить. — Получай, говядина! — послышался голос Эвлора. Лишь только услышав голос согильдийца, ворген, словно чувствуя, что друиду грозит опасность, сориентировался на него и где примерно должны находиться орки, выскочил из-за стенки и выстрелил не целясь. — Ваше вторжение окон…- не успел договорить Лесандрес, как он остановился, словно громом пораженный. Арбалетный болт угодил прямо в рог таурена, который сидел на полу напротив Эвлора и… Играл с ним в новую популярную в Азероте игру Hearthstone! Рядом с ними сидели по пять человек из «Мёртвой хватки» и из «Клана песни войны» и судя по ситуации на игральной доске, друид полностью разбил своего оппонента, выиграв небольшой мешочек золотых. Все они мило болтали между собой. Дремурр и какой-то пандарен пили темное Стальгорнское на брудершафт, Мэй мило беседовал с троллихой, показывая ей друидские фокусы, видя которые она восторженно аплодировала. Альмах насоздавал несколько порталов и вместе с магом-эльфом играл в прятки, и, к слову, Пока что вел по очкам. А Дурька и некий особо зеленый орк о чем-то увлеченно спорили, вроде бы даже о том, Кто на Дреноре был главнее и круче. Однако сейчас они все сидели и ошалело глядели на охотника. — Что. Здесь. К Малфурионовой матери. Происходит? — отрывисто спросил Лесандрес, оглядывая всю эту компанию. Мэй вскочил с пола и, блаженно улыбаясь, подошел к охотнику. — Доброй ночи брат мой, — улыбнулся, — Что привело тебя в такое время? Лесандрес молча кивнул на ордынцев. — Ах, наши друзья, — рассмеялся, — Они вломились в Стальгорн, потому что им стало не с кем больше играть в картишки, — пожал плечами, — Мы сначала подумали, что это вторжение, а теперь, как видишь, — усмехнулся — Показываем им мастер-класс на игральной доске, три к нулю в нашу пользу, — рассмеялся друид. — Карты?! — Лесандрес уставился на Мэя, словно тот был огромным розовым дьяволозавром. — Ну да, война это вчерашний день, — развел руками, от которых посыпались зеленые искорки. — Теперь моя очередь, — Дремурр потер руки, достав из сумки колоду карт и усевшись напротив своего бывшего собутыльника. Лесандрес сжал кулаки, сделал несколько глубоких вдохов, приговаривая: — Я спокоен… Я спокоен… Я… ГДЕ ЭТОТ МЕХОВОЙ КОВРИК?! — зарычал ворген на весь Стальгорн. Все на секунду обернулись, прекрасно понимая, о ком шла речь. Коврику сейчас бы не поздоровилось. Майлури, вся чуть ли не дрожащая от страха, вышла из незаметности метрах в пяти от разгневанного командира. В пару прыжков охотник оказался рядом с ней и, схватив за шиворот, зарычал. Он даже ничего не сказал. Просто посмотрел. Во взгляде Лесандреса было все: боль, страдание, ярость, все три тома «Войны и мира». Не выдержав этого, воргенша резко исчезла в облаке дыма и снова появилась метрах в десяти, в ужасе глядя на командира. — А ну-ка иди сюда, — охотник перезарядил арбалет и выстрелил, особо не целясь. Болт влетел в стену в полуметре от разбойницы, которая в оцепенении стояла и не могла двинуться с места. Повисла тишина. — Еще раз кто-то потревожит меня ночью, — хмуро окинул всю компанию взглядом, — Я не промахнусь, — бросив последнюю фразу, ворген развернулся и пошел в ближайшую таверну, надеясь, что хоть там он выспится. Разумеется, он и не знал, что завтра с самого раннего утра будет проходить парад в честь возвращения в город одного из самых зажиточных купцов во всем Азероте, ну, а пока пускай командир отдыхает. Пока никто не пострадал.