Белый ирис

— Что на этот раз? — не удержалась Галина. Они как обычно расположились на кухне. Время ужина прошло, дети смотрели «Спокойной ночи малыши». — Египет, — выдохнул Костя. — А что не так со страной пирамид? — Марина протянула ему стакан компота. Костя с удовольствием отхлебнул ароматный напиток. — Поездка на три дня, семейный отдых. — Алекс вздохнул. — Бизнес партнёры. Как всегда всё решится не в офисе, а в шезлонге под коктейль. — Они берут с собой жён? — И детей, короче дамы выбили возможность позагорать, пока мужья совещаться будут. Галина бросила взгляд на календарь, как раз осенние каникулы. — И всё бы ничего, если бы не Петраковы. — Александр взглянул на Костю. — А что не так с Петраковыми? — Да сестра его жены на Костю глаз положила. Как выяснилось. — И чего же ты красивый такой, бедолага? — Марина искренне посочувствовала парню. Костя вымученно улыбнулся. — Нет, он значит бедолага, а я? — Алекс шутил, но как-то невесело. — Женить тебя что-ли? — Галина задумчиво покусывала ноготь. — В смысле? — Алекс ошарашено посмотрел на неё. — Для отвода глаз. Чтоб отстали. — На ком? — Упавшим голосом спросил Костя. — Да не волнуйся ты, Костик, — Марина хлопнула его по плечу. Костя вздрогнул.- Мы же только прикидываем варианты. — А схема не так плоха, — Галина смотрела куда-то в пространство. — Давайте рассуждать: если бы вы оба были женаты (или в гражданском браке состояли), проблем с обществом было бы меньше. С другой стороны… — С другой стороны, были бы проблемы со стороны жены. — Алекс раздражённо бросил в рот виноградину. — Ну да, не всем же везёт как тебе, — Костя тяжело вздохнул, — тебя Галя всегда прикрыть может, вам даже напрягаться не нужно, достаточно просто детей с собой взять. Галя хмыкнула, налила себе компот и села рядом с Александром. — Как мы вам? — Она кокетливо склонила голову на его плечо. — Идеально, — вздохнул Костя, — а мне теперь с Петраковой младшей обниматься? Они же наверняка Степана Петровича накрутят, если я её отошью. — Прикрыть тебя что-ли, Костик? — Марина задумчиво смотрела на него. — Выдержишь моё общество? — Боюсь, другого выхода нет. Если только от поездки не отказаться. — Галина пожала плечами. — Вам действительно так надо там быть? — Не то слово Дарлинг, причём обоим. Образуется холдинг, на национальном уровне, нам просто жизненно необходимо «влезть». Тем более Косте, это сразу сеть ресторанов и кафе по всей стране. Мой интерес клубная деятельность, площадки для медиа проектов. — Серьёзные планы. — Галина задумчиво потягивала компот. — Думайте ребята. Времени мало. Прибежал Семён с частями самолёта в руках, с серьёзным видом вручил их Косте: «тсини». Костя улыбнулся, в два движения собрал игрушку, вручил малышу, и Марина отправилась с сыном в гостиную.

***

— Игра стоит свеч? — Александр с вопросом смотрел на Костю, тот как всегда предпочитал сидеть на полу. Он снизу вверх глянул на Александра. — Стоит. — Тогда? — Прикрыться Мариной? Знаешь, мне… как —то стыдно. — Поясни? — Ну как за мамину юбку прятаться, что-ли. Алекс вздохнул, Костя снова озвучил его собственные мысли. — Надо подумать, что мы сможем сделать для них в ответ. — Может, для начала оплатим путёвки и перелёт? — Само собой, им — то зачем вкладываться? — Тогда решено? Отдых на море в обмен на «семейный антураж»? — По крайней мере, не так стыдно.

***

Уже стоя у стойки ресепшн отеля, выбранного для встречи, они мысленно возблагодарили провидение, что приехали на день раньше остальных. Благодаря сбою в программе регистрации они остались без одного из трёх номеров, причём самого большого. В результате напряжённых переговоров, управляющий предложил им один президентский номер без доплат, когда понял, что лишится не только стоящих перед ним клиентов, но и ещё четырёх, что прилетят завтра. В президентском номере было три спальни, кухня, четыре санузла, три из которых были с ванной, просторная гостиная и кабинет. — Просто отлично, народ, да мы в шоколаде! — Галина закружилась, раскинув руки. — Не теряй голову Дарлинг, — Алекс достал из бара бутылку, наполнил бокал, — мы только начали. Приближался вечер, детишки с криками носились по просторному номеру. Девушки даже не думали их успокаивать. — Ребята, забейте. — Марина хлопотала на кухне, — сейчас набегаются, зато раньше «батарейки сядут». Плотно поужинав купленной в ресторане отеля едой, они перебрались в кабинет. Дети, вяло протестуя, перебрались в спальню, и заснули, едва донеся головенки до подушек. — Умаялись, — Галина пришла из спальни, — даже до середины сказку не дослушали. Они вооружились бокалами и приступили к обсуждению «мероприятия». Александр ввел девушек в суть дела. — Наша цель провести успешные предварительные переговоры, для чего необходимо произвести впечатление стандартных людей, с обычными «грехами». В моём случае это длительный гражданский брак. У Кости задача сложнее, его роль — попытка убедить Марину вступить в брак. Она женщина с ребёнком, опытная, самостоятельная на фуфло не купится. Но уже почти согласная выйти за него. Наша цель убедить окружающих в устоявшихся отношениях «пар». — У нас с Галиной всё проще, — Алекс обнял Галину за плечи, она расслабленно прислонилась к нему. — Мы давно знакомы и физический контакт не вызывает отторжения. А вот вам нужно привыкать. — А в чем проблема? — Марина обхватила Костю за талию. Парень вздрогнул. — У меня гаптофобия, я боюсь прикосновений женщин. Особенно красивых. — Костя? — она встревожено посмотрела на него. — Мариш, я очень постараюсь, — Костя закрыл лицо руками. — Плохо дело, — Галина внимательно глядела на него, — ты всегда так реагировал на женщин? — Да, как только начал взрослеть. — Костик, — Марина специально держала руки на виду, чтобы ненароком не коснуться его. — А мама, сёстры? На их касания ты реагировал так же? Костя задумался, отрицательно покачал головой. — Они как-то иначе это делали что-ли. Не знаю. Но они не вызывали такой реакции. — Надо с этим что-то делать. Придётся тебе чаще держать Сёму на руках, на него у тебя такой реакции нет, а впечатление создастся самое то, будто ты со мной через сына сблизится пытаешься. Костя, посмотри на меня пожалуйста. Костя поднял голову, он очень нервничал. Ещё никогда он не говорил на подобные темы ни с кем кроме Алекса. Его удивил теплый сочувствующий взгляд Марины. В нём не было ни капли слезливой жалости, так смотрел бы друг, протягивая руку. — Я постараюсь исключить физический контакт, — Марина говорила спокойно, без тени возмущения или гнева. Как будто обсуждала условия игры. — Но может случиться так, что тебе придётся, например, подать мне руку. Нам нужно прорепетировать. Согласен? Костя неуверенно кивнул. — Попробуй, — Марина положила руку на стол. Костя неуверенно коснулся, по его телу снова пробежала дрожь. — Эк тебя, — Галина качнула головой, — а давай так, Саша встань за Костей и положи руки ему на плечи. Алекс хмыкнул, но сделал как она просила. Коснувшись Кости, он почувствовал как тот напряжен. — Расслабься, Костик. Это же сестрички. Костя глубоко вдохнул, выдохнул. Он осторожно посмотрел на Марину. Она спокойно ждала, тот факт что его плечи обнимает мужчина, нисколько её не беспокоил. Костя закрыл глаза, «Вишенка» подумал он. Его руки мягко коснулась чья-то теплая и сухая ладонь. Он расслабил плечи и решился посмотреть. Её вишнёво-карие глаза улыбались. Он неуверенно улыбнулся в ответ. — Теперь попробуем без Саши. Алекс убрал руки с Костиных плеч. Марина не разрывала контакт. — Костя, — голос Галины доносился откуда-то издалека, — попробуй коснуться второй рукой. По виску Кости стекла капля пота. Он изо всех сил старался не зажиматься. Медленно, очень медленно его рука накрыла руку Марины. Он выдохнул. — Ну как? — Марина вопросительно смотрела на него. — Маленькая… твоя рука… такая маленькая … и теплая…сухая — Да, у меня часто кожа пересыхает, надо увлажнить. — Нет, не надо… я не люблю… влажные руки Марина облегченно вздохнула. — Из твоего минуса, можно получить плюс, если смело ссылаться на твою гаптофобию, сделав акцент на том, что ты переносишь прикосновения родных, — Галина кивнула на Алекса, — и Марины, как своей невесты. — Хорошая идея, Костя, как думаешь? — Марине предложение явно понравилось. Костя кивнул, долго скрывать всё равно не выйдет, а тут почти правда. — Повторение мать ученья, но давайте отдохнём? — предложила она. Костя облегченно вздохнул. Девушка протянула ему бокал наполненный темно-красной, почти черной жидкостью. — Что это? — Спросил Костя принимая бокал. — Бордо, — Марина улыбнулась, — выпей, полегчает. — Мезон Буэ, Летр де Франс, красное сухое — действительно бордо.- Он прикрыл глаза, смакуя. — Ещё? К полуночи они натренировались настолько, что Костя даже не вздрогнул, когда девушки стащили с него одежду и уложили спать. К вечеру следующего дня компаньоны дружно встречали гостей. Петраковы пришли всем кланом, вместе с пресловутой Петраковой младшей. Так её называли за глаза, на самом деле, будучи сестрой жены Степана Петровича Петракова, она носила другую фамилию — Светлицина, звали её Виктория. — Можно Вика, — девушка приятно улыбнулась. Вика недавно закончила институт, и старшая сестра, Анна, вовсю пыталась её «пристроить». Что на этот счёт думала сама Вика, было неизвестно, но пообщавшись с ней, Галина и Марина сильно засомневались в её желании связать себя узами брака как можно раньше. Вика была девушкой не столько красивой, сколько видной. Обладая хорошим чувством юмора и здравым смыслом, недостатка в кавалерах не испытывала. Ей достаточно было взглянуть на Сёму на руках у Кости, и на детишек Галины, чтобы сразу сделать определённые выводы. К облегчению девушек, Вика как-то расслабилась, она взглянула на сестру, будто говоря «вот видишь, это не моя вина». Затем прибыли Корелины Олег и Светлана с сынишкой Игорем восьми лет, и Звениговы Роман и Ольга с дочерьми: семилетней Алиной и пятилетней Машей. Все дружно посмеялись над «казусом», обеспечившим всем просторное место для встреч и бесед в жаркое время суток. Дамы тут же принялись обсуждать школу, здоровье, плавно переходя к аукционам и антиквариату которым увлекалась Анна Петракова, она была старше всех в компании. Марина заинтересованно просмотрела каталог с последней выставки, и похвалила последнее приобретение Анны, та дешево купила действительно ценную брошь. — Это слоновая кость, примерно девятнадцатый век. Точнее на глаз сложно сказать. — Мариночка, Вы в этом понимаете? — Анна была приятно удивлена. — Я искусствовед по образованию, антиквариат моё хобби. — Марина улыбнулась. — А как Вы думаете… — и они углубились в рассуждения понятные только «посвященным». Галина улыбнулась, Мариша нашла единомышленницу, и это было хорошо. Она занялась остальными дамами. Детишки крутились рядом. Они уже нашли, чем заняться, старшие обсуждали школьную программу, младшие просто играли в машинки, даже Маша. Она на правах старшей руководила гаражом и раздавала указания что грузить, а что не надо. Мужчины немного поговорили на общие темы и поняв, что за дам беспокоится не стоит, удалились в кабинет. Ужинать решили все вместе, в ресторане отеля. А после ужина, очень довольные собой и приятным знакомством, разошлись по номерам. — Ффу, как я устала. — Галина упала в кресло и вытянула ноги. — Дети, справитесь с умыванием сами? — Маам, — Кристина закатила глаза, — я уже большая, конечно справимся. Пошли Коля. Марина укладывала Семёна, он почти весь день провёл без мамы и немного капризничал. — На учки! — требовательно пищал он. Марина поцеловала его в нос и положив на колени стала покачивать.

***

Костя и Алекс вернулись позднее, мужчины решили продолжить в баре. Они как раз тихонько шли к себе, стараясь не шуметь, и услышали, как Марина поёт: «Тыныс йоко телэйем, Минен йэн кисэккэйем, Элли-бэлли бэпэйем.» Костя замер, прислушиваясь. Но Марина уже закончила петь. Мужчины пробрались к себе. — Что это было? Ты понял, на каком языке она пела? — Алекс с интересом смотрел на Костю — Это башкирская колыбельная. Моя мама пела её, когда я был ребёнком. — Ты скучаешь по родне? — Конечно, Алекс. — Так навести их. — Не могу, я не смогу посмотреть в глаза матери. — Почему? — Алекс, мне двадцать шесть лет. Она сразу спросит про внуков. Я никогда не смогу ей рассказать о нас и не смогу соврать. У неё слабое сердце, она просто не сможет это принять. — Всё будет хорошо, Костя. Пока мы вместе, мы со всем справимся. Ты не один.

***

Марина уложила Семёна, укрыла одеялом, чмокнула в розовую щёчку. Малыш заворочался, вздохнул и поджал ножки. Она улыбнулась и пошла на кухню, нужно было отнести стаканы. Малышня напилась перед сном воды. Дети спали в отдельной спальне. Марина тихонько прошла в их с Галиной комнату. Гала действительно вымоталась, оставив на Марину Анну Петракову, она «занялась» тремя другими дамами, и теперь спала, едва добравшись до кровати. Свет настольной лампы падал прямо на лицо. Марина улыбнулась, вспоминая эту Галину способность — быстро засыпать, как будто кто-то нажал кнопку «Выкл». Она подошла к подруге села рядом и долго смотрела на неё. Галина, самая близкая душа. Без её оптимизма, энергии, Марина никогда бы не закончила институт. Да что там институт, Галя всегда была готова «подставить плечо», хоть и самой приходилось не сладко. Плечо, маленькое хрупкое плечико. Без неё не было бы ничего: ни дома, ни финансовой независимости, ни этого отдыха. Спящая Галя была похожа на ребёнка. Её губы приоткрылись, челка упала на лоб, скрывая пол лица. Марина наклонилась, аккуратно отбросив волосы со лба. От Галины слабо пахло чем-то знакомым, пытаясь понять, она вдохнула глубже. Сердце забилось сильнее. Этот запах. Она точно его знает. «Стоп», сказав себе это, Марина резко отстранилась. Галя приоткрыла глаза, она ещё не проснулась до конца. Её взгляд коснулся лица Марины, скользнул по губам, опустился ниже. Веки потяжелели и сомкнулись. Дыхание выровнялось. Марина быстро выключила лампу и легла в свою кровать. Она ещё долго не могла уснуть, сердце никак не успокаивалось. Она не могла понять, свою реакцию. Запах? Да, сначала запах. Несомненно, он что-то значит для неё. А затем взгляд, такой…волнующий… Она потрясла головой, надо срочно лечь спать. Под утро ей приснился тот сон: «Черри,… люблю тебя…», жаркий шепот, сводящие с ума прикосновения, теплое дыхание ручейком ползущее по спине. Её бархатная маска щекочущая кожу. Ирис… Она резко открыла глаза и села на кровати. По вискам ползли капли пота. Низ живота напрягся, Марина выругалась. Снова этот сон. Она-то думала, что за столько лет смогла забыть. Глянула на часы, шесть двенадцать. Девушка скрылась в ванной.