Последний танец

— Ты убьёшь меня? — протянула Люси, глядя прямо в глаза злодея. — Да, — согласился Роуг и резко крутанул её, обхватив за талию. — Врёшь. — С чего бы? — Я знаю, что не умру. Люси прогнулась в спине и задрала ногу, растянувшись в вертикальном шпагате. Роуг придержал её и плавно развернулся на пятке, выполняя поддержку. Огни факелов начали прищёлкивать и дребезжать от внезапно нахлынувшей на помещение магической ауры. Оба волшебника были злы. Ненависть и страсть окутала их тела. Это лихорадка. Роуг сердился, что не может заставить себя убить её: сколько раз он ни пытался, эта противная женщина возвращалась к жизни и портила его существование одним только своим видом. Гнев Люси с гордостью можно было назвать мстительным. Эта взрослая девушка уже не была той слабенькой соплячкой, что семь лет назад, и фору могла дать любому магу, а после внезапной смерти Юкино поклялась отомстить. Когда она узнала, кто виноват, её магический дух воспрянул: девушку ставили в один ряд с волшебниками высшего класса. Да, она стала сильнее, именно поэтому убьёт его раньше, чем он её. — Когда-нибудь ты договоришься, — цыкнул Роуг и чётким движением заставил партнёршу вытянуться. — Я знаю. Блондинка обхватила ногой его торс, и мужчина наклонился ближе к её лицу. — Но я тебе нужна, ты и сам это понимаешь. Ладони Роуга крепче сжали её: Люси говорила слишком небрежно, будто плевала на его действия с высокой колокольни. Какая самоуверенная! Какая гордая! Почему эта вздорная женщина так сильно привлекала его? Не потому ли, что была слишком похожей на него, и в то же время полной противоположностью умному и расчётливому, жестокому и хладнокровному новому Роугу? Люси взметнулась над полом и переплела ноги в воздухе, чувствуя действия партнёра, будто догадываясь, о чём он мыслит. — Почему ты не зарезала меня, когда была возможность? — На то были причины. — Зачем помогаешь мне, милая? Ты ведь знаешь, что ту тебя, прошлую тебя, я убью, не колеблясь. — Потому что только так я смогу победить. Ты умрёшь не в своём времени. Роуг резко подался вперёд и, обхватив девушку за талию, заставил ту прогнуться чуть ли не до пола. Глаза волшебницы горели странным яростным огнём. Что она задумала? — Это ложь. — Правдивей быть не может. — Не помню, чтобы видел свою смерть. — Тогда прошлая я не могла тебе мешать, но это только тогда. — На что ты намекаешь? Люси нежно обняла его за шею и томно прошептала на ухо: — Не забывай о роде моих занятий. — Хочешь сказать, что видишь все варианты развития событий, — мужчина не спрашивал, скорее, отвечал на свои вопросы. — Верно, — мурлыкнула Люси. — Но, могу тебя обрадовать: ты всё же убьёшь меня. Правда, не ту меня, что танцует с тобой, а из семидневного будущего прошлого, в которое ты отправишься. — Тогда, как ты смогла дожить до настоящего момента? — шёпотом спросил Роуг, прикусывая мочку её уха. Заклинательница мягко провела пальчиком по шраму на лице врага, а после легонько оттолкнула его от себя. Но мужчина отпускать её не собирался, впившись в растянутые ехидной ухмылкой губы. Дерзко и сильно, жёстко, как и всегда, не давая Люси и шанса на побег. А она и не сопротивлялась: целовать того, кого жаждешь убить, было необычно и даже вкусно. Руки мужчины блуждали по стройному стану, поглаживая шелковистую кожу открытой спины, а сама волшебница с силой сжимала в руках его длинные волосы. Мерзкий человек, убивавший её, иногда заставлял сладостно трепетать, однако, и сама Люси не была невинна. На секунду оторвавшись от её губ, Роуг наткнулся на неожиданно резко возведённую преграду. Тонкие пальчики девушки не давали приблизиться к себе ближе. — Потому что умерла та я, которая была из другого будущего. Я, которая не видела той войны, но видела смерть близких друзей, сейчас нахожусь здесь, а та я из прошлого познает ещё больше горести бытия. Мы разные. У нас разное будущее. А у тебя, у того тебя, что стоит передо мной, будущего не будет. — Я докажу тебе обратное, крошка. Я убью и ту тебя, что из прошлого будущего, и ту, что живёт в настоящем прошлом. Я буду проходить через врата столько, сколько потребуется. Быть может, я убью и ту тебя, что живёт, не зная горя, в папенькином особняке. — Не льсти себе. Открыть врата способна только я — последний заклинатель. — Я — повелитель драконов, я смогу. — Ну, это мы ещё посмотрим.

***

Лёжа на холодном каменном полу, Роуг вспоминал слова Люси из его времени. Как не хотелось верить, что строгая женщина оказалась права! Он убил её, она его. Будущее спасено, а, значит, та Люси, которую он любил, больше не будет пытаться скрыть слёзы, не будет заставлять себя ложиться с ним в одну постель, не будет кидать взволнованные взгляды на ключи и не будет сдерживать свои руки, которые так и норовили придушить его. Жалкий. Какой жалкий конец. Но они оба когда-нибудь и где-нибудь увидятся. В аду, или в той беспросветной тьме, куда попадают такие, как они. Золотая пыль медленно уничтожала тело Роуга. Мужчина, как только в голове стали мелькать его счастливые моменты не самой радостной жизни, впервые, за долгое время заплакал. Сейчас можно, сейчас ему никто не запретит, и никто не посмеётся. Прощай, Люси, ты победила.