Он(а)

— Вы очень хорошо поработали, Могами-сан! — остановил девушку чей-то голос. Обернувшись, актриса узнала в невысоком, темноволосом парне помощника оператора, имени которого она, увы, не запомнила. Иногда, во время работы, Кеко случайно ловила его взгляды, устремленные на нее, отчего юноша смущался и посылал в ответ робкую улыбку. Однако он еще никогда не заговаривал с ней, и оттого актриса удивилась. — Спасибо, — поблагодарила девушка и улыбнулась похвале, ожидая знака — взгляда или движения — который пояснит, может ли она идти дальше. Брюнет продолжал отчаянно краснеть, чесать затылок и смотреть куда-то в сторону. — И еще… Эм… Я хотел… Кеко растерянно хлопала глазами и терпеливо ждала продолжения… когда взгляд сам ушел за спину помощника оператора. В поле зрения неожиданно показался Цуруга Рен и актриса тут же поймала себя на том, что чуть не бросилась в сторону мужчины как какая-нибудь влюбленная дурочка. Правда, как оказалось, ей она и являлась, так что Могами даже не стала впадать в свои традиционные истязания «Идиотка-что-же-ты-творишь!». Рен нашел взглядом ее и его губы так же дрогнули в улыбке. Настоящей. — …Ну, в общем… Согласитесь ли вы завтра… Ну… Сходить куда-нибудь со мной… — последние слова вернули внимание к парню, про существование которого девушка уже успела позабыть. Стало неловко от осознания, какие чувства она вызывает у напротив стоящего юноши, который ждет ответа с слабо скрытым волнением. И еще грустнее становилось от мысли, что сейчас ей придется подбирать слова вежливого отказа… Но не успела Кеко даже начать, как рядом тут же буквально из ниоткуда материализовался Рен — девушка была уверена, что только что он стоял в пяти метрах от них. — Могами-сан с радостью согласилась бы, но, к сожалению, завтра она не сможет, — сияя ослепительно-вежливой улыбкой ответил он за нее. — А послезавтра? — предложил парень, явно раздраженный неожиданным вмешательством «третьего» лица. Он вполне достойно держался, не подавая виду, что чувствует довольно враждебный настрой первой звезды Японии. — И послезавтра тоже. И послепослезавтра. И вообще никогда, — припечатал актер и тут же, взяв растерянную девушку под руку, мягко, но настойчиво потянул за собой. Никто, кроме самого незадачливого кавалера, не заметил темный, острый взгляд Куона Хизури… Быстрый, показавшийся всего на мгновение, он не потерял даже грамма опасности и плотно засел в подкорке. Угроза, читающаяся в стальных глазах, хмурых бровях, плотно сжатых губах — была очевидна: «Даже думать не смей, понял?»