Обделённые миром

— Н-нацу… Когда? Когда всё это произошло? Тело в миг ослабло. Дыхание участилось, а сердце…сердце, что все эти недели будто бы не функционировало, забилось чаще. Хартфилия не верила собственным глазам. Но как? Неужели галлюцинации? Встряхнув головой и моргнув пару раз, Люси вновь убедилась, что перед ней стоит её Нацу! Это он! Он жив! Но как? Слёзы без остановок падали на обожженную землю, руки опустились, а сама Люси осела на землю. Коленки подрагивали, руки судорожно тряслись. А слёзы все никак не останавливались. Сейчас ей было важнее всего, что это Нацу, что он жив и в порядке, ну, практически. Это было главным. Так больно, но в одно время и радостно. — Я скучала… Улыбка, самая настоящая искренняя от всего сердца, впервые появилась на лице у девушки за последние недели, которые она жила в неведении. На небе впервые засияло солнце, а тёмные тучи начали рассеиваться. Сердце готово было выпрыгнуть из груди от радости. Татуировки на теле начали рассыпаться золотой пылью, уносимой попутным ветром. Хартфилия все никак не могла остановить слёзы счастья. Впервые за все время их разлуки, девушке было как никогда легко. А все такая же глупая улыбка на губах Нацу говорила, что он ничуть не изменился, заработав за время разлуки пару шрамов, но и это было лишь пустяками, куда важнее то, что парень жив, что он сейчас здесь…рядом… — Давно не виделись, Люси! — они смогли пройти все испытания, что предоставила им судьба и снова встретились, несмотря ни на что. Нацу каждую ночь желал лишь об одном — встретить Хартфилию. Увидеть снова её яркую улыбку и, прижав к себе, обнять, рассказать, что таится на душе, и как он волновался за неё, как жил без неё, желая найти и больше никогда не отпускать. И вот они перед друг другом, не прерывают зрительного контакта. Она вся изранена и в ссадинах, он — не лучше. Но главное, что они снова встретились. Снова увидели друг друга. Большего и не нужно, как казалось на тот момент волшебникам, но кто знал, что будет дальше? Однако, все еще находясь на поле боя, пара сама же разрушила собственную идиллию, отвлекаясь на подобравшихся к ним соперников. Драгнил, приняв серьёзное выражение лица, почувствовал приближение врага и, подскочив к Хартфилии, защитил её от удара в спину. Люси была жутко слаба, что не осталось незамеченным для Нацу, сжигающему все вокруг. Дождавшись подходящего момента, пока противники отвлекутся, розоволосый подхватил Заклинательницу на руки, взмывая в воздух, понимая, что и сам долго не протянет. Люси ойкнула от неожиданности и, вцепившись в куртку Нацу, боязливо взглянула вниз. Пролетая через белые пушистые облака, девушка внимательно наблюдала за происходящим внизу, попутно протирая влажные от слез глаза. Это было невероятно. Сожженные земли, леса и где-то ещё уцелевшие дома — все это было под ними. Прохладный ветер приятно обдувал кожу после тяжелого воздуха с поля битвы. Вдохнув полной грудью и расслабившись, Люси с радостью заметила, что сейчас чувствует себя свободной. — Что, нравится? — широко улыбнулся Нацу, аккуратно придерживая Хартфилию за талию, покоряя голубое небо. Ухмылка заиграла на его лице. Ускорившись, он принялся крутить в небе пируэты, взмывая, то вверх, то опускаясь вниз. Сердце Люси так и было готово вырваться из груди, было страшно, но в тоже время так захватывающе. Это чувство, когда паришь в небе, будто птица в небесах, позволяет быть свободным. Свобода… А ведь когда-то Хартфилия мечтала обрести её и жить далеко ото всех одна. Но мечта исчезла после встречи с Драгнилом. И своей жизни она больше не представляла без него. Теперь ей не важно, где она будет: хоть в темнице, хоть на войне, но только главное — с ним. — Да, — завороженно выдохнула Люси, но даже все эти невообразимые виды, что открывались перед девушкой, не могли сравниться с его улыбкой. Как только Хартфилия увидела Нацу впервые, его яростный полный ненависти взгляд, она пообещала себе, что обязательно увидит его улыбку, что непременно заставит его улыбнуться! Пусть он улыбается, раз не может она. Люси думала, что уже никто не сможет её заставить улыбнуться, искренне, не притворно, по-настоящему… Но он заставил её сердце страдать, выть от боли, чувствовать. Но вместе с этим он научил ее искренне улыбаться и верить, что не все еще потеряно! И что они смогут выжить… Они приземлись в чаще леса. Драгнил аккуратно опустив Хартфилию на землю, вернулся в человеческую форму, присаживаясь на землю рядом с Люси. На руках и ногах было пару ссадин, на щеке небольшая царапина. Драгнил невольно прикоснулся к ней, отчего карие очи Хартфилии вмиг раскрылись от удивления, но она все равно не отодвинулась, а продолжала сидеть рядом, не двигаясь и, наблюдая за дальнейшими действиями юноши. Его прикосновения были приятными, не такие, как при их первой встрече с королем. Хоть Нацу причинял ей много боли, но без него её жизнь потеряет всякий смысл. Ее кожа была мертвенно-холодная, девушка дрожала, мороз проходил по коже. И Нацу решил это исправить. Поднявшись с места, полу-дракон сел позади девушки, обнимая за плечи, от чего Люси, удивленно распахнув глаза, почувствовала, как тепло разливается по всему ее телу, согревая замерзшую душу, заставив расслабиться. Однако девушка понимала, что ничего не может быть так прекрасно, так радостно, ведь совсем недавно она жила одной лишь местью, желая отплатить за причиненную ей боль. — Прости… — на светлую макушку упало пару соленных капель, на что девушка вздрогнула, подняв взгляд на пустое нежно-розовое в лучах заката небо. Неужели это…слезы Нацу? — Прости, что не пришел раньше и заставил тебя страдать, — Драгнил знал, знал, что заставил кареглазую переживать, знал, но ничего не сделал, по-прежнему оставляя возлюбленную одну, не желая потерять еще одного близкого человека. Какой же он эгоист! Думал лишь о себе, совершенно не заботясь о чувствах девушки. Развернувшись и вцепившись в Драгнила, Люси перестала сдерживать свои чувства, громко разрыдавшись в объятиях любимого человека. С ним Хартфилия становилась чересчур хрупкой и ранимой, она таяла в его объятиях, позволяя себе выплакаться. Прижавшись друг к другу покрепче, Нацу и Люси заснули вод ночным небом, не думая ни о чем. Они понимали друг друга с пару слов и за время разлуки многое осознали. Их жизни навечно связаны, и они не могут идти врозь. Но что же делать, если весь мир, такой огромный и необъятный, пойдет против них?

***

… Прошел месяц. Месяц с того дня, как Хартфилия узнала, что она — Заклинательница Духов, что Нацу «мертв» и что ей предстоит сделать. Люси все время тревожит тот сон. Слова Анны, повторяясь каждый день в мыслях, пугали девушку, заставляя ее теряться в лабиринтах собственных желаний. Но сейчас, встретившись с Нацу, Хартфилия решила, что сделает все, что в ее силах, даже если ей это будет стоить жизни. Ведь они уже выполнили обещание. Да и Люси казалось, что без нее розоволосому будет лучше, что, конечно же, было ошибочным суждением. Завтра она решила столкнуться со своим главным врагом! — Анна, а что с тобой стало после того, как ты запечатала «Алое отчаяние»? — из-за такого вопроса Заклинательница Духов резко помрачнела, это был самый трудный для неё вопрос. Никто не знает правду о том, что тогда между Анной и Эйлин произошло. История таит в себе множество тайн. И те события покрыты мраком. Анна мешкалась пред выбором. Стоит ли ей рассказывать? С одной стороны Анне было ужасно больно, она не хотела, чтобы Люси повторила ее глупых ошибок, из-за которых пришлось многим страдать. А с другой стороны — давило положение, в котором они сейчас находились. Эйлин стала намного сильней, да и её сосуд… Анна боялась, что Люси погибнет. Конечно, в будущем она может даже сможет превзойти Барселону, но сейчас… Сейчас шанс того, что Люси сможет выжить, равен нулю, не говоря уже о победе. Спасение всего мира или существование Люси? Что же выберет когда-то самая сильнейшая Заклинательница духов? — В записях ничего нет о том, что стало с тобой. Все говорили, что ты просто исчезла… — многие забыли о Анне, но были и единицы, сохранившие о ней память. Несомненно, Анна не винила никого, она ругала лишь саму себя. Тогда про Анну говорили, как про сильнейшую Заклинательницу, но так ли это на самом деле? Может ли Анна так зваться? Хартфилия себя такой никогда не считала, ведь знала истину и правду. Тогда, ради того, чтобы запечатать Эйлин, она пожертвовала собой. Нет, не жизнью, своим существованием. Она была навечно приговорена бродить между мирами пустой тенью… — Это очень длинная история, ты готова? — с усмешкой спросила Анна, вопросительно изогнув бровь, на что Люси, одержимая любопытством, кивнула и сосредоточилась, дабы не упустить ничего важного. — Все совсем не так, как рассказывают книги, на самом деле, я и Эйлин, — Анна все-таки решилась. Как бы ей не было тяжело говорить, она обязана рассказать, — считались лучшими подругами. Мы были ни разлей вода с самого детства! Везде и всегда находились вместе. Но проходили года, времена менялись, как и люди. Эйлин выросла. У нее были свои цели, как и у меня. Наши пути разошлись. Она стремилась к власти, я же бежала за мечтой. И однажды судьба снова свела нас, вот только уже не друзьями… — мрачно изрекла светловолосая. — Эйлин, прошу, не надо! Остановись! — вся деревня полыхала алым пламенем, отовсюду слышались крики, умоляющие о помощи. Но им никто не поможет, ведь они пересекли дорогу Багряному Королевству и их беспощадной жаждущей крови Королеве, что не жалела никого на своём пути. А Хартфилия до сих пор не верила, не хотела признавать, что её лучшая подруга превратилась в «чудовище», ведь они столько пережили вместе! Вместе жили и ели. Обо всем друг другу рассказывали. Вместе улыбались и смеялись. В какой момент все так изменилось? — Анна, мы уже не те, что были раньше! Наши пути разошлись. Мы с тобою по разные стороны баррикад! И больше уже никогда не будем прежними… — ухмыльнувшись, Эйлин прошла мимо бывшего товарища. Она уже не та… Её слова ранили глубоко в сердце, Анна больше не могла этого слушать. Она сбежала. Но, как говорится, от своей судьбы не убежишь. И она сводила их снова и снова, и каждый раз Заклинательница пыталась предпринять безуспешные попытки сбежать. Анна остановилась лишь тогда, когда увидела, что творилось вокруг неё, пока она бежала… Мир погибал, люди страдали. Лесов становилось все меньше. Воздух потяжелел, все изменилось. Хартфилия с ужасом осознавала, что если бы она что-то предприняла гораздо раньше, а не убегала, то получилось бы спасти все, что погибло. Даже ее семья… Руки невольно сжимались в кулаки, а в голове были не самые лучшие мысли. Дружба прошла. В глазах был виден огонь. Анна решила, что больше не будет убегать и примет свою судьбу, сразившись с Королевой Багряного Королевства — Эйлин Барселоной, прозванной «Алым Отчаянием»! Хартфилия больше не станет убегать и с гордостью примет вызов, вложив в их битву все свои силы. — И это все, на что ты способна? — насмешливо поинтересовалась Королева, глядя на израненную Хартфилию, которая снова и снова нападала, держась рукой за правое раненное плечо, в то время, как у Эйлин не было ни царапинки. Исход был очевиден, но Анна не сдавалась, пока она, полностью отчаявшись, решилась использовать свое последние заклятие — самое мощное заклинание всех времен. Тайна Заклинателей Духов, которая известна только сильнейшим. Анна успешно выполнила свое предназначение и запечатала Эйлин в пещере на дне глубокого озера. Но вот это заклинание Анна выполнила успешно, только вот какой ценой? Она пожертвовала свое существование в этом мире, став призраком до скончания времен. Анна нарушила закон, использовав такую мощную магию, которая была ей ни по силам. Поэтому Хартфилия была обречена на вечные скитания призраком по этому гниющему миру… Последнее, что сделала Анна, прежде чем окончательно исчезнуть, передала своей сестре странный ключ в форме алой розы, который был весь в острых шипах. Лишь с помощью этого ключа можно запечатать Алое Отчаяние… — Такая вот история, — горько усмехнувшись, закончила свой монолог Анна. — Использовав это заклинание, я обрела неимоверную силу, с которой и победила Эйлин. Так что никакая я не сильнейшая Заклинательница Духов, а всего лишь призрак, обреченный скитаться по свету за то, что нарушила закон мировоздания, — Люси, что на протяжение всей истории, опустив голову, внимательно слушала, молча обняла Анну, на что та, широко раскрыв глаза, удивленно взглянула на неё. — Ты чего? — Прости, — прошептала Люси, все так же обнимая Анну. — Если тебе тяжело было об этом говорить, могла бы и не рассказывать, прости, — Анна, ответив на объятия Люси, улыбнулась. Светловолосая растет хорошей девушкой. И сейчас, глядя на нее, Анна видела в ней отдаленную частичку себя. Люси обязательно будет сильнее нее, ведь у Хартфилии-младшей есть тот, кто сможет ее поддержать, тот, ради кого она будет идти по жизни вперед… Вот и настал следующий день. Они встретили его вместе под открытым небом. Люси не боялась замерзнуть или заболеть, ведь Нацу был рядом с ней, а он больше не боялся ее потерять, крепко сжимая в своих объятиях. Но это лишь пока. Ведь совсем скоро начнется их финальная и последняя битва, итог которой никому не известен. Кто знает, что вдруг может произойти?