Расходимся

       По старому замку уже давно гулял ночной холодок. Канделябры освещали коридор, в котором Эрен так старательно намывал пол сегодня. Йегер вышел из душевой и, озираясь по сторонам, отправился в корпус командования. Вот бы не наткнуться на чересчур заботливую Петру. Ведь сегодня она точно не поверит в историю о ночных кошмарах, которые мучают бедного Йегера. И придётся снова пить с девушкой ромашковый чай, а потом, деланно зевая, мчаться в комнату капрала. Капрал не любит ждать. Таков этот чистюля: во всем нужна дисциплина и точность, а особенно в ночных визитах. За нарушение дисциплины будь готов понести наказание. По пути Эрен заглянул в комнату Армина, в которую отчего-то была приоткрыта дверь. Но к своему удивлению, Йегер не застал друга спящим или вообще находящимся в комнате. Думать о том, куда мог подеваться Армин в столь поздний час и чем он мог заниматься, Эрену не хотелось. Голову занимали совершенно другие мысли. О да, те самые, о сегодняшней ночи. Послышались звуки посторонних шагов, они эхом разносились по коридору мрачного замка. Из-за поворота показался капрал. Ривай оказался рядом слишком быстро. Ханджи бы не успела восторженно произнести слово «титан», в то время как Аккерман уже прижимал подчиненного к холодной стене замка. На лице мальчишки появилась неконтролируемая улыбка. От капрала как всегда веяло чистотой, а точнее это был легкий мыльный запах с нотками мяты. — Ты же знаешь, что я не люблю ждать, — в голосе Ривая не было ни единой эмоции. Его нетерпение угадывалось лишь по блеску в глазах цвета плавленного свинца. — Но командор просил зайти, — ищет оправдания Йегер. Тонкие холодные пальцы хватают Эрена за подбородок, и серые глаза встречаются с изумрудно-зелёными. — Ты готов получить наказание? — колено мужчины легко вклинивается между ног мальчишки и давит на промежность, отчего Эрен кусает нижнюю губу и прячет затуманенный взгляд. Ривай проводит кончиком носа по изгибу шеи, не касаясь губами смуглой мальчишеской кожи специально, чтобы раздразнить нетерпеливого подростка. — Сегодня ты будешь извиваться подо мной, выгибаться от моих прикосновений, — зашептал мужчина на ухо Эрену, обдавая нежную кожу горячим дыханием и прижимаясь сухими губами к ушной раковине. Нет, этот мужчина уже давно лишил девственности уши Йегера, но каждый раз этот низкий голос и пошлые фразы толкали подростка прямиком к точке невозврата, когда сознание полностью заволочено туманом возбуждения. — Ты будешь просить большего, но я буду неумолим, — Эрен едва различимо стонет, когда рука мужчины забирается под его свободную рубашку. Ривай слишком занят совращением малолетних, чтобы слышать тихие, но неизбежно приближающиеся шаги по коридору. Тихие, будто кто-то точно как и эти двое ни в коем случае не хочет быть увиденным. — Только когда ты заплачешь от желания кончить и почувствовать меня в себе, я сделаю это. Я войду медленно, все ещё мучая тебя за твои опоздания и непокорность, — Эрен охает и роняет голову, утыкаясь носом в шею мужчины, когда Ривай сжимает ягодицу подростка.       И только когда Аккерман взвалил себе на плечо тушку краснеющего Эрена и обернулся, он увидел перед собой Эрвина. На лицах обоих мужчин было написано в равной степени удивление. Не возможно понять, чему каждый удивился больше: тяжело дышащему Эрену на плече хрупкого, на первый взгляд, капрала, или краснеющему Армину, вжимающемуся в командира и прячущему свои румяные щеки, уткнувшись в ключицы Эрвина. Ривай со свойственным ему непоколебимым спокойствием моргнул, все ещё надеясь, что ему показалось. Эрвин открыл рот, приготовившись придумывать оправдания. Армин сильнее обнял командира, будто боялся, что Смит сейчас опустит руки и он упадёт на пол. — Так, — многозначительно начал капрал. — Мы вас не видели, вы нас не видели. — Расходимся, — кивнул Эрвин. Они разошлись. Думая о том, давно ли они не слышат чужих стонов за своими собственными.