Скажи, что ты девочка

- Скажи, что ты девочка. Тихий вкрадчивый голос кружил голову, опьяняя своими низкими нотами нежности. Он уже не ощущал такой четкой реальности, воспринимая лишь ее образ, ее темные глаза, кажущиеся еще темнее в тусклом свете лестничной клетки, ее растрепанные короткие смоляные кудри, подчеркивающие бледность хрупких плеч. Лишь ее. Всю ее и больше ничего и никого он не замечал. Странное благоговение мешало думать, мыслить в правильном русле. И из-за него он был готов исполнить любое ее желание. - Я девочка. Тихо, почти беззвучно одними губами он прошептал эту короткую фразу, смотря лишь на нее. И именно сейчас он понял, каково это - "тонуть в ее глазах". Кажется, он был не в себе. Не понимал, что говорит, лишь испытывая трепет перед ней и дикую нежность, необузданное желание просто быть рядом и так смотреть на нее. - Скажи еще раз. Ей всё было мало. Что-то менялось в ее лице. Она старалась разглядеть в нем что-то потаенное, скрытое внутри. Взгляд в душу. Рядом с ней он чувствовал себя обнаженным, она будто видела все его потаенные уголки. Настолько пронзительный взгляд. Она видела его сущность. В нем билось одно большое сердце, в котором было столько места, что ему было просто больно биться с этой пустотой. И в нем зарождалось кое-что еще. Что-то новое. - Я девочка. Уже громче. Увереннее. И она почти слышала эту самую девочку, которая раскрывалась в нем. Стоило только закрыть глаза... - Твоя девочка. ...и она видела ее. Маленькая хрупкая красотка с обворожительными длинными волосами, широкое белое платье. Ужасно соблазнительный голос пленил ее. Она верила, что он - девочка. Он заставил ее поверить. Поддалась искушению. Поцелуй. Которого он так долго ждал. Которым она не насытится. Жадность двигала обоими. Нужно больше отдать, принять в троекратном размере. И запомнить на всю жизнь этот долгий страстный поцелуй на лестничной клетке в лучах заходящего солнца, еле пробивающегося через грязное окно. Она - лесбиянка. И он знал это. Знал, но верил всем своим существом, что она сможет полюбить его мужское начало. Верил и любил. Объяснить свою любовь к ней он не мог, просто потому что сам не понимал себя, своих чувств. Но что-то зацепило его в этой красотке. Черные кудри или стан дикой кошки. Он не знал. Может, и не любил он ее на самом деле. По крайней мере до первого секса. О, как она кричала. Подобно изголодавшемуся зверю царапала его спину, жадно насаживаясь на член, кусала его ухо, выдыхая ставшее ему таким привычным: "Моя девочка". Как за такую раскрепощенность не полюбить? Обидно было осознание того, что как бы она ни смотрела на него, что бы ни делала, она видела лишь его внутреннюю девочку, которую сама себе придумала, которую ему пришлось принять, чтобы быть с ней. Но оно того стоило. Парень терзал себя, не мог полностью смириться с таким плачевным состоянием. Девушка никак не успокаивалась, она не замечала в нем мужчину, периодически придумывая женские вариации его имени. Сколько бы времени ни проходило, его ожидания не оправдывались. Становилось только хуже, запущенней. Постепенно в их личную жизнь прокрались ролевые игры с переодеванием в костюмы горничной, что таки делал парень, как вы догадались. И теперь в его обязанностях числилось: встречать каждый божий день возлюбленную в коротеньком платье со словами "Здравствуйте, Госпожа!" В ходе их отношений он отрастил волосы, и сам уже начал верить в то, что он - девушка. И правда. Медленно, долгими месяцами его внешность менялась. Всего на капельку, не больше. Но черты лица становились мягче, плавнее. Стала вырабатываться талия, сужались плечи, он перестал сутулиться. Его тело перестало быть прежним. - Девочка моя! По-прежнему тихий томный баритон женского голоса кружил голову не хуже старого бургундского вина. Он чувствовал кожей каждый звук, слетающий с этих прекрасных уст, таких любимых, ничуть не изменившихся за столько времени. Пять лет. Уже пять лет они вместе. Уже пять лет он - ее девочка. Казалось бы, столько воды утекло с тех пор, а он всё равно пьянел от ее слов, особенно этих. - Твоя. Твоя девочка, и только твоя. Но этот голос изменился. Он стал на тон выше, более похож на женский, не такой хриплый. Сам он ничего не замечал, никаких изменений. Он лишь смотрел с почти безумным обожанием в ее темные омуты глаз. Как давно он утонул в них, оставив за собой лишь девочку. Маленькую хрупкую девочку с длинными волосами и бледной кожей. - Моя... А она улыбалась, замечая лишь то, что ее девочка выросла. И это лишь больше заводило ее. Каждое слово, сказанное им, каждое движение... Она следила за ним, словно хищник за своей жертвой. Он был ужасно сексуален. Как он скромно вилял попкой при ходьбе, совершенно не замечая этого, как танцевал с грацией кошки. Ей нравилось это всё. Она завязла в нем. Завязла надолго, вообразив себе небывалое. И она схватила его за тонкую талию, дотягиваясь до ухоженных губ, целуя их, будто испивая сладкий напиток. Что может быть прекраснее, чем любовь двух девушек? И он стал ею.