глава VII. Гермиона Грейнджер
23 июня 2016 г., 19:34
У Гарри в доме на площади Гриммо стало значительно уютней — чувствуется рука эльфа-домовика. Да и душу Кикимер, нужно признать, вкладывал в свое дело, и он сильно отличался от того злобного карлика, каким был каких-то полтора года назад. Эльф встретил меня сразу же по прибытию через камин, проводил в гостиную, усадил в прекрасное уютное кресло, укрыл пледом и принес чашку (моего любимого размера) душистого крепкого кофе с корицей и пару ароматных пирожных собственного приготовления. Он стал больше походить на Добби, только без излишней суетливости последнего.
Для душевного покоя я взяла книгу с ближайшей полки (естественно, как и всегда в таких ситуациях, это была «История Хогвартса») и, попивая кофе, рассеянно просматривала потрепанный том.
Видимо, я задремала, так как пропустила момент появления парней. Выглядели они спокойными, но их тревогу и любопытство выдавали глаза. В это время Кикимер как раз накрыл на стол и пригласил к обеду. За обедом я практически дословно пересказала друзьям, что со мной произошло, естественно, с акцентом на разговор с Амелией Боунс. Парни выслушали не перебивая только переводя взгляды то на меня, то друг на друга. Когда же я закончила повествование, в столовой повисла напряженное молчание. Гарри смотрел в свою полупустую тарелку, словно разыскивал там древний артефакт. Рон же постоянно стрелял глазами по нам, стараясь увидеть важную подсказку. Наконец он не выдержал:
— Что ты решила, Гермиона?
— Не знаю, Рон, не знаю… это стало так неожиданно. Я догадывалась, что такое может произойти, но не предполагала, что так быстро.
— Может, тогда ты согласишься с предложением, а мы продолжим заниматься нашим делом? Ты просто не будешь лицом партии, а так будешь делать тоже самое? — горячо предложил мой Уизли. (Святая простота.)
— Рон, смотри, — спокойным голосом начал Гарри, не дав мне ответить, — есть сотрудница весьма юного возраста. Да, она прекрасно знает свое дело, подает большие надежды. И вдруг ей предлагают стать «заместителем начальника Отдела Обеспечения Магического Правопорядка по аналитической работе и стратегическому планированию» — это в двадцать-то лет! Также, у меня есть подозрения, что этой должности до сегодняшнего дня не существовало, — и он бросил вопросительный взгляд на меня.
— Да, Гарри. Мне тоже пришла эта мысль в голову, и я навела справки — такой должности никогда не существовало.
— Вот, Рон, — он развел руки, — то есть должность берут с потолка. Как думаешь, для чего это делается?
Рон состроил непонимающую гримасу.
— Чтобы контролировать меня, — задумчиво вставила я.
— Я бы выразился бы резче, следить за тобой, за твой почтой, твоими перемещениями и контактами, то есть и за нами тоже, — сказал Гарри так, словно доказал теорему.
— И, заметьте, без дополнительных усилий с их стороны, — добавила я встревожено.
— Но твое предложение, Рон, — продолжил Гарри, — при всем при этом, не лишено смысла. Все это нужно хорошенько обдумать. Тебе ведь дали время, Гермиона?
— Да, до конца Рождественских каникул, — подтвердила я.
— Ладно, друзья, утро вечера мудренее, — подвел итог Рональд. — Мама просила напомнить вам всем, что ждет Вас завтра в Норе.
— Да, да, — сказала я.
— Да, мы с Джинни, конечно, будем, — заверил Гарри. — Ты сам завтра что делать будешь?
— Как что, мне на службу завтра! А тебе разве нет? — удивился Рон.
— Нет, я еще в октябре на эти каникулы взял отпуск, чтобы со своей женой их провести, дорогой шурин.
— О, Мерлин! А почему я не подумал? — Рон был сконфужен.
— Я не знаю, — рассмеялся Гарри. — А ты, Гермиона, не составишь мне компанию встретить Джинни?
— С большим удовольствием! Давно ее не видела! Она, наверно, уже… — я осеклась под испепеляющим взглядом Гарри.
— Так-так, что это?.. — заинтересовался Рон.
— Да, ничего, Рон, завтра узнаешь, — попыталась я исправить свой же промах, — это сюрприз.
— Хорошо, значит договорились, Гермиона, — сменил тему Гарри, — сегодня вы у меня остаетесь?
— Ой, Гарри, спасибо. Это так кстати, а то меня что-то совсем разморило, — поблагодарила я.
— Ок. Только извините меня, тоже чего-то в сон клонит. Спокойной ночи, — и он покинул столовую.
