Счастливое воспоминание

      Внезапный звон, разбивающейся из кухни посуды, будит Нанами, вынуждая проснуться. В любой другой день она бы с яростным криком набросилась на виновника её пробуждения в столь ранний час, но не сегодня.       Оглядевшись, девушка окончательно убеждается в том, что произошедшее вчера не сон, и ей (как она очень сильно надеялась) не привиделось. Томоэ смертельно ранен богом и сейчас лежит в своей постели, не подавая никаких признаков жизни.       При виде любимого, сердце Нанами невольно сжалось, и глаза стали влажными. Эта она во всем виновата. Как и всегда, попадёт в какую-нибудь передрягу, а Томоэ приходится её защищать и выпутывать. Только в этот раз, все оказалось в разы серьёзнее. Бог земли, она же простая девушка, сама того не желая, оскорбила Райдзин-саму, повелителя молнии и грома, на собрании богов в Идзумо. За это, не в меру обидчивое божество наказало её мгновенным проклятьем, и Томоэ спас её, взяв удар на себя.       Всем известно, что в роли хранителя, даже такой сильный ёкай, как лис не может одолеть проклятье Бога, особенно такого сильного, поэтому жизнь Томоэ на волоске от смерти. Ему срочно нужно лечение, но Нанами ничего не знает, а Микаге так и не появился.       Нанами уже давно поняла, насколько никчемна и безнадежна в роли Бога, и этот случай, как никогда подтверждает это. Она приняла решение уже давно, но все откладывала, боясь чего-то. Девушка вытерла слезы — сейчас она абсолютно уверена.       Первым делом, нужно со всеми попрощаться. Нанами идет на кухню за своим вторым хранителем. Храм разрушался на глазах: неизвестно откуда появившиеся трещины расползались по стенам, будто паутины огромного Кумо. Неудивительно, ведь только силы Томоэ поддерживали этот ветхий храм. Тихо заглядывая в комнату, она ужаснулась представленной картине. Мидзуки лежит на полу посреди ужаснейшего бардака, повсюду лужи разлитого напитка и осколки разбитого сосуда, разбудившего её. Девушке стоило огромного труда, не наступив на них, подойти к белому змею.       Все еще немного пьяный хранитель поднялся со своего места и мигом налетел на богиню. —Нанами-сама, вы в порядке? Томоэ очнулся? —Я…все нормально.       Увидев, бледное лицо госпожи, Мидзуки понял, что сейчас не подходящее время для расспросов. —Давайте, я приберусь тут немного и приготовлю что—нибудь.—вскочил змей. —Мидзуки, я…       Внезапно вся её решительность и уверенность куда-то ушли. Нанами вспомнила те моменты, когда парень, стоящий напротив неё, выручал её, его преданность… И в ней что-то сломалось, надорвалось. Девушка начала безудержно рыдать, выплескивая все чувства, которые она пыталась сдержать все это время. —Нанами-сама!       Она не готова бросить его, сказать, что уходит в эти наивные глаза, смотрящие сейчас с заботой и пониманием. Но девушка должна. Какая же она богиня! Весь храм в разрухе, первый хранитель при смерти. — Мидзуки, я благодарна тебе за все, что ты мне сделал. Я признаю, со мной всегда было нелегко, но я рада, что вы с Томоэ несмотря ни на что, оставались со мной. Я больше не могу…       Белый змей только сейчас уловил суть всего происходящего. —Нееет! Нанами-сама, не уходииите, пожалуйста!       Духи храма Оникири и Котецу, находившиеся в саду, сразу же прибежали на возглас. И сразу поняли, что к чему. Схватив Нанами за рукава кимоно, со слезами умоляли не покидать храм. — Госпожа Нанами, скоро придет Микаге-сама, и все наладится. Он вылечит Томоэ! —Меня кто-то звал? —вдруг донеслось из-за двери. — Здравствуйте, Микаге-сама. Думаю, вы знаете, что уже случилось, и что скоро случится.       Нанами взяла себя в руки. Сейчас ее глаза выражали лишь непоколебимую уверенность. И лишь немного красные от слез глаза и хрипловатый голос свидетельствовали о недавней минутной слабости. — Я так полагаю, ты хочешь отказаться от звания бога, Нанами? — бывший бог храма, как обычно, обо всем знал. И как обычно, он был чрезвычайно спокоен. — Нет, Нанами-сама! Не надо. Ведь вы…ведь именно вы спасли меня! Я не смогу без вас. Этот тупой лис сам виноват, что потерял бдительность. Это же Томоэ! Я уверен, что скоро он снова встанет на ноги и будет нас доставать своими язвительными замечаниями. Это…это же Томоэ… — Тут Мидзуки замолчал.       Он сам очень сильно переживал за лиса. Ведь, хоть они и считали друг друга соперниками, на самом же деле были близкими друзьями. И слова, которые он сказал Нанами, на самом деле были не для нее, а для самого белого змея. Он старался себя убедить, что с Томоэ ничего страшного не случится, что скоро он встанет на ноги. — Да, Микаге-сама. Я отказываюсь от звания бога и хочу, чтобы вы были им вместо меня. Присмотрите за всеми, и пожалуйста, вылечите Томоэ. Я уже достаточно натворила дел. — Видимо, тебя уже не отговорить? — Микаге отлично понимал девушку. Выдержать всю эту ответственность в роли бога, тем более связывающего судьбы не каждый может. Куда уж там молодой девушке, вдобавок, еще и несовершеннолетней. Хотя, Микаге признавал, что справлялась она со своей ролью довольно хорошо. — Да. Давайте, поскорее начнем. — ей уже хотелось как можно быстрее все это закончить, ведь чем дольше она тут находится, тем больше она хочет остаться. — А? Не хочешь сперва попрощаться со всеми? — Нет…да. Дайте мне, пожалуйста немного времени. — Хоть Нанами и должна была как можно скорее покинуть храм, она просто не могла попрощаться со своими друзьями, с которыми она пережила довольно многое. — Хорошо, буду ждать у выхода.       Нанами подошла к смотрящему в пол Мидзуки и обняла его. Немного времени спустя, хранитель ответил на объятия своей госпожи. — Ты действительно хочешь уйти? — Да, я больше не могу здесь оставаться. Спасибо тебе Мидзуки, ты всегда поддерживал меня и помогал. Всегда веселил и заставлял смеяться. Ты мой очень хороший друг, я никогда тебя не забуду. Я люблю тебя. — Нанами…— Мидзуки не выдержал и заплакал. — Ну же, Мидзуки. Я же не пропаду навсегда. Со мной все будет хорошо, я буду жива и здорова. — Но мы с тобой уже никогда больше не увидимся, да? — Мидзуки жалостливо посмотрел на Нанами. Этого было достаточно, чтобы на глазах девушки снова выступили слезы. — Нет, мы еще увидимся. Через пару лет, я навещу вас, и посмотрю, как вы тут без меня справляетесь. — Правда? — хранитель не до конца верил этим словам. Но все же, это вселило в него призрачную надежду. — Конечно. И тогда, ты угостишь меня саке! —Нанами улыбнулась. Но, конечно же, она врала. Она больше никогда не сможет зайти в этот храм. Храм, который стал ей домом. Следующими были духи храма Оникири и Котецу. — Оникири, Котецу, я… — Нанами-сама, не покидайте нас! —кинулись на нее духи. — Простите, ребята, но я должна. Спасибо вам за все. Когда я только сюда пришла, я была растеряна и подавлена. Тогда вы сказали мне очень много добрых слов, благодаря которым я не унывала, и до этого момента была богом этого храма. Но больше я не могу тут находиться. Я люблю вас, ребята. — Мы тоже любим вас, Нанами-самааааа, мы будем скучаааать. — духи уже не просто плакали, а рыдали.       Остался только Томоэ. Ему Нанами решила оставить прощальное письмо. Положив конверт у кровати первого хранителя, девушка еще раз посмотрела на покалеченное тело своего возлюбленного. Поцеловав его и сказав: «Прощай, Томоэ», Нанами вышла из храма. — Микаге-сама, спасибо вам за все. Приглядите за ними. — И тебе спасибо. Не волнуйся за них, с ними все будет хорошо. Удачи тебе.       Нанами передала метку бога Микаге. Еще раз оглянувшись назад и посмотрев на любимый храм, девушка отправилась в долгий путь, где у нее будет много препятствий и проблем, но она обязательно со всем этим справится. Все-таки, она — Момодзоно Нанами, все еще бог земли глубоко в сердце.