Простые случайности

Уснуть с вечера у меня не получилось. Вначале не мог улечься удобно. Ворочался. Подпихивал маленькие подушечки под живот. Потом решил, что оголодал. Стараясь не разбудить мужа, выбрался из спальни и пошел добывать еду. Затем меня начала мучить изжога. Браслет тут же вколол что-то, но написал рекомендаций на полтора экрана. В кровать я вернулся, но уснуть не смог все равно. Наконец, до меня дошло, что, похоже, пора. Так что снова выбрался из-под бока альфы и начал не спеша одеваться. – Ты чего? – не понял Эрвин, застав меня в процессе натягивания носков. – Рожаю, – вполне мирно сообщил я, кивнув на экран комма, где этот факт тоже подтверждался. – Ты же сказал - завтра, – подхватился альфа и заметался по спальне. – Оно уже наступило, – ответил я. – И не вздумай перебудить всех. Малый санитарный катер я уже вызвал. Несмотря на мои заверения, что все в норме, Эрвин продолжал паниковать. Спасибо, что Изабеля и Лили не стал тревожить. Но в клинике персонал мужа тоже заверил, что все в норме и без осложнений. – Стимуляцию колоть или вы сами? – уточнил у меня врач. – Сам, – отказался я и еще сообщил, что никаких наркотических средств тоже не дам колоть. Хватит того, что дает браслет, и так в голове помутнение. Эрвин порывался весь период схваток быть со мной. А я представил, как это будет, и велел своему альфе сидеть в приемном покое. Он хотел на родах присутствовать, а не на меня маловменяемого смотреть, вот пусть и ждет. – Господин Ларни Артэм, у нас сегодня почти никого нет, – просвещал меня молоденький санитар-омега. – Слева по коридору несколько предродовых. Выбирайте любую. А в палату вас потом уже вместе с малышом разместят. Омежка убежал по своим делам, а я зашел в ближайшее помещение. Осмотрелся и поморщился. Как-то этот яркий свет меня раздражал. По идее, еще середина ночи. И спать хочется. Только вот рожать приспичило. Тут я вспомнил, что свой комм где-то на столике оставил. И решил вернуться за ним. По прошлому разу помнил, что персонал в клинике лучше не беспокоить. Они предпочитают прямым делом заниматься, и праздно шатающиеся омеги их раздражают. Так что задавать вопросы я не стал. Собственно, на меня внимания никто и не обращал. Комм я не нашел. И к тому же забыл, где тот коридорчик с предродовыми комнатами. На площадку с регистраторами выходило несколько коридоров. Мне показалось, что серенькие полы мне вполне знакомы. Туда и свернул. Может, не совсем туда. Коридор был длинный, а идти мне было лень. Так что воспользовался горизонтальным лифтом. Указать направление для техника, разбирающегося в лифтах, вообще не проблема. Это я могу сделать и с закрытыми глазами. Обозначения и символику клиники я не знал. Так что нажал условную комбинацию, подразумевая, что хочу выйти в последней точке прямого участка. Лифт, как мне показалось, вез дольше, чем это требовалось. Но спальные помещения, где я вышел, мне понравились. Приглушённый свет, тихо. В комнате, что я облюбовал, на двух кроватях уже кто-то спал. Я пристроился на третью. Прохладно, конечно, и жестко. Но, стащив с четвертой койки покрывало, я в него замотался и нормально так устроился. Беспокоить соседей и как-то шуметь я не хотел, потому спрашивать ничего не стал, а отсутствие подушки проигнорировал. Опять же пришли воспоминания о предыдущих родах. Я тогда устал неимоверно, и только потому что бродил и никак не мог присесть или лечь. А тут принял удобную позу и решил, что буду лежать, не шевелясь, до тех пор пока терпимо прихватывают схватки. Задремать у меня так и не получилось, но время скоротал. Схватки точно становились чаще. А мне, естественно, хуже. Как сквозь сон слышал где-то голоса или громкую связь оповещения. – Ларни Артэм! Ларни Артэм! – слышалось откуда-то. «Надо же, у кого-то имя почти как у меня. Только я Ларни Иска», – подумалось мне. А еще понял, что лежать больше не могу. Ноги замерзли. «Поищу еще одеяло и вернусь», – решил я, вставая с этой неудобной кровати. Чего их такие высокие сделали? Если бы не какая-то приступочка, я бы и не взобрался на нее. Снова попетлял по коридорам и окончательно заблудился. Лифтом я не воспользовался по причине того, что был не в курсе названия того места, откуда изначально «стартанул». Но ушел далеко от предродовых комнат. Мало того, это точно не было родильным отделением. Зато я отметил, что уже утро. Нескольких альф с ожогами везли на процедуры. Попутно я выяснил у санитара дорогу. Тот даже короткий путь показал. И я как-то сразу наткнулся на круглый столик и свой комм. Обрадовался неимоверно. Комм показывал, что я нахожусь здесь почти пять часов. Может, зря от стимуляции отказался? Хотя мне Лили рассказывал про «народные методы». Нужно поприседать, тогда процесс пойдет быстрее, и никакая искусственная стимуляция не нужна. Приседать в пустынном холле мне показалось неудобным. Так что направился в тот первый коридор, что санитар показывал. Там уцепился за кровать и приступил к упражнениям. Присесть у меня получилось только один раз. И я понял, что уже все! Рожаю! А тут, как назло, персонала нет. Куда все медики подевались, я понять не мог. Но бочком на кровать взобрался. Повезло, что комм я с собой притащил. Набрать вызов мужу труда не составило. – У меня уже лезет! – заорал я. – А тут нет никого! – Ларни, милый, ты где?! – с не меньшей паникой в голосе отозвался Эрвин. – В предродовой! – Номер? Какой номер комнаты?! – ПР–001, – прочитал я над входом светящуюся надпись. Прошло не больше минуты, как послышался грохот, и мой альфа вломился в палату, вынеся напрочь дверь. Кажется, она в другую сторону открывалась, но муж этого не заметил. – У меня уже! – продолжил я паниковать, поскольку понимал, что альфа мне в этом деле не помощник. Но как-то разом помещение начало заполняться людьми. – Ничего страшного, – спокойным голосом обратился ко мне врач. – Сейчас родим. – Как?! Здесь?! – взревел муж. – А что такого? – не обращая ни на кого внимания, продолжал чуть надавливать на мой живот омега. – Вспомните древние времена. У наших прародителей крестьянки в поле рожали, и хоть бы хны. Я хотел возразить, что вообще-то больно и очень, но доктор прервал. – Тужься. И вдруг все закончилось. – Вот и молодец, – похвалил меня омега, перерезая пуповину, и добавил ассистентам: – В родзал его везти не нужно, а малыша несите на обработку. Не менее десятка медиков продолжали суетиться вокруг меня. Что-то вкололи, обтерли, смазали, переложили на каталку и, наконец, отправили в палату. Муж мое перемещение никому не доверил. Повез сам. – Ребенок омега, 3,400! – услышал я вслед от кого-то из персонала и вздохнул с облегчением. Все, отмучился. – Где ты был? – поинтересовался Эрвин по пути. – Вся клиника носилась по коридорам. Служба безопасности все записи просмотрела. – Господин адмирал! – снова кто-то нас догнал. – Записи слежения камер с вашим омегой нашли! Он в морге спал! – В морге?! – не поверил Эрвин. – Не в самих холодильниках, конечно, – заверил охранник. – Не спал, – возмутился я. – Там, между прочим, холодно – не уснешь. – Ладно, свободны, – кивнул муж охране. Я же от той предродовой горячки уже отошел. И сам сильно недоумевал, чего меня понесло так далеко гулять? – У всех омеги как омеги, а у меня уникальный, – бормотал Эрвин себе под нос, продолжая толкать каталку. Собственно, что муж думает об экстремальных методах родов, я узнал ближе к вечеру. Как-то ночь у меня получилась беспокойной, потому проспал я весь день. И только когда принесли на первое кормление Мирта, я проснулся. Еще раз послушал, теперь уже от Изабеля, как адмирал чуть весь флот не поднял в воздух, разыскивая своего рожающего омегу. – Они тебя в клинике надолго запомнят, – заверял Изабель. – Пусть лучше сразу забудут. Хватит мне двоих детей. Дальше буду предохраняться. – А ты, и вправду, на кровати родил? – поинтересовался по комму Илюха. – Пара пустяков, – подтвердил я. – Врач велел представить, что я крестьянка в поле. – Чего? – не понял друг. – Не бери с него пример, – подал голос Изабель и тише добавил: – А то врачей недосчитаемся. Очень уж работа у них нервная. Илюха через несколько дней без всяких приключений родил омежку. Но персонал клиники все равно запомнил Илюху. Такого количества интервью они за всю жизнь не давали. А у друга еще обострение болтливости случилось во время схваток. Так что все дружно радовались, когда омега разродился и уснул. Лили немного расстроился, узнав, что я больше детей не планирую. Но Эрвин заверил деда-омегу, что лет через двадцать-тридцать мы на эту тему еще подумаем.