История одного вампира

POV Дакота       Сегодня академия наполнилась болью, слезами и скорбью. Никто не остался равнодушным, даже те, кто не знал мальчика с прозвищем Бон. Больше всего плакала Шиеми. Эта малышка стояла рядом с Рином, вцепившись в его руку своими маленькими ладошками, плача громко и заражая всех своими эмоциями. Сам парень пытался сдержать слёзы, успокаивая свою девушку и как бы показывая, что он стойкий. Но мне было прекрасно видно, что вот-вот из глаз темноволосого польются солёные капельки воды.       Юкио стоял рядом со своей новой девушкой. По крайней мере мне сказали, что они переспали и теперь Сюра перешла в ещё большее наступление. Если я скажу, что мне не обидно, то я совру. Я не ревную, нет, просто немного неприятно и гадко на душе. Вот и всё.       Окумура и Киригакурэ тоже плакали. Хотя нет, не так. Плакал очкастый, а экзорцистка тупо выдавливала из себя слёзы, чтоб показать всем, как сильно она огорчена от произошедшего. Наверно только слепой не увидит, что светловолосая устраивает цирк.       Остальные эксвайеры так же не остались в стороне. Из этой компании больше всего было слышно маленького головастика Конэко. Даже всегда каменная Камики ревела навзрыд, а парень с розовыми волосами Сима, обнимал девчонку и его слёзы капали на её длинные хвосты.       Мефисто решил похоронить Бона вечером и сейчас я описывала всё это, именно на похоронах. Конечно это стремительные и слишком быстрые похороны, но по-другому никак, иначе траур в академии будет длится слишком долго, но Фелесу это не нужно. Для него и так гибель парня стала ударом, ведь на его памяти такого ещё не происходило. Директор всегда пытался уберечь учеников от опасности, но в данной ситуации он оказался бессилен и это его угнетало. Демон пытался сдержать слёзы, потому что ему предстояло говорить речь.       Самой спокойной из всех была я. Я видела много смертей и даже эта произошла на моих глазах. Мне не удалось спасти парня, хоть я и старалась изо всех сил. Возможно, будь я не голодной, то сумела бы убить вампира, который перегрыз глотку бедному парню. Он боролся, Бон в самом деле пытался спасти себя от гибели, но тщетно. Я помню его крики, я буквально прочувствовала всю боль, которую испытывал парень. Он умер на моих руках, когда я плакала над ним, а он улыбался и хрипел, чтоб я попросила у всех прощение за то, что он сделал. "Я не виню тебя, Дакота. Значит я больше нужен Богу, раз Он забирает меня." - это были последние слова суеверного парня. Потом он закрыл глаза и уже больше не открыл их, а на его губах была блаженная улыбка. Я долго кричала над телом парня, что отомщу и не допущу больше смертей в академии, но меня слышал лишь лес, который тихо шелестел листьями деревьев, прощаясь с Боном.       Парня хоронили в закрытом гробу. Многие бы не выдержали, если бы увидели тело парня таким, каким его увидели мы, экзорцисты. Нам было поручено принести Бона в академию, чтобы похоронить по всем традициям. Рядом с телом Кристиан нашёл тоненькую красную ленту и передал её мне. Он понял сразу, что это не просто украшение для волос, а метка. Я долго смотрела на эту ленту, держа её в руках, и в конечном итоге пришла к заключению - по лесу ходит не один вампир, возможно, что здесь все "дети" Абелия. Вполне вероятно, что и сам он здесь. Кристиан долго смотрел на моё сосредоточенное лицо и просто молчал. Ему ничего не надо было объяснять, ведь он прекрасно всё понимал.       Моего напарника не было на похоронах. Он и ещё несколько экзорцистов прочёсывали лес, пытаясь найти хоть что-нибудь. Их не было уже несколько часов, значит поиски не приносили никаких успехов.       Нужно ли говорить, что убийцей считали меня? Думаю, что нет, потому что в мою невиновность верили только Кристиан, братья, Сюра (!) и почему-то Мефисто. Все остальные смотрели на меня, как на животное и пытались убить взглядом. Я не пыталась убедить всех, что убила Бона не я, потому что меня попросту никто не слушал и тыкали пальцем, крича в мой адрес всякого рода ругательства. На меня поставили клеймо и я буду ходить с ним до тех пор, пока настоящий убийца не будет найден. Но похоже, что искать его буду одна я, ведь только малое количество не пошло на поводу у толпы и всё ещё доверяет мне.       Бона похоронили. Академия начала свою жизнь в скорби, но я уверена, что через несколько дней все забудят об этом происшествии. Такова суть людей. Некоторое время они будут лить слёзы, а потом станут смеяться, как-будто ничего и не происходило. Надо ли говорить, что я ненавижу людей? Не думаю, потому что это и так понятно.