А ты думал, в сказку попал?

На Японию спустилась ночь. В штабе расследования по делу Киры все отправились спать. Все, кроме одного – Рюдзаки, как обычно, не спал. Потягивая кофе из чашки и заедая его шоколадными конфетами, лучший детектив мира сверлил глазами мёртвый монитор компьютера. Совсем недавно он вместе с остальными членами штаба поймал Киру. Дело было закрыто, и все вздохнули с облегчением. Но… «Хигути был Кирой. Вне всякого сомнения. Но какой-то он… ненастоящий. «Настоящий» Кира убивал только преступников и тех, кто пытался ему помешать. А Хигути убивал тех, чья смерть была бы выгодна его корпорации… нет, Кира еще жив, и ещё на свободе. И я даже знаю, кто ты, Кира. Я знал это с самого начала. Но у меня не вышло раскрыть тебя. Не вышло…» Рюдзаки закрыл глаза, прокручивая в голове всё с самого начала расследования. Что он сделал не так? Ведь Кира – Лайт Ягами, это очевидно. Лайт вовсе не был дураком. Напротив, он был очень умён – лучший ученик Японии! Но, несмотря на все свои аналитические способности, он почти сам сдал себя в руки детектива. Ключевое слово здесь – «почти». И теперь это слово жгло Рюдзаки мозг, лишая сна и покоя. «Я испробовал всё, что только мог. Но ничто не помогло. Кира ускользнул от нас. Нет, не от нас. От меня… что же делать? Я уже пробовал его изолировать, запугивать, давить, запутать – ничего не помогло. Нет, умом Киру не взять. Насилием - тоже. Неужели… - Рюдзаки прикусил губу – неужели остаётся только этот способ?» В то время как детектив размышлял над делом Киры, Лайт находился у себя в комнате. И преступнику было совсем не до сна… - Лайт! Лайт поднял запавшие глаза. Перед ним стояла Миса в одном нижнем белье. - Миса. Что? - Лайт! У нас так давно ничего не было! – произнесла девушка сладким голосом – С этим расследованием у тебя совсем не оставалось времени на меня! Но теперь расследование наконец-то закончено, и мы можем свободно предаваться любви! «Вот чёрт» - подумал парень. - Миса, ну давай не сейчас? Я устал… Ягами прекрасно знал, какая реакция последует на его слова. И он не ошибся. - Что?! Лайт, что ты такое говоришь?! Вы ведь сегодня почти ничего не делали, ты только болтал целый день с этим Рюдзаки! А теперь говоришь, что устал?! Или ты меня не любишь?! Вздох. - Конечно же, я люблю тебя, Миса – произнёс Лайт как можно более приятным тоном, стараясь держать себя в руках. - А если любишь, так докажи! – не унималась девушка. - Ладно – сдался Лайт – пошли. «Чёрт возьми» - думал парень, лёжа в кровати спустя полчаса и слушая, как Миса вдохновенно вещает ему про Новый мир и про то, как им хорошо там будет жить. «Я, конечно, слышал, что девушки любят поговорить после секса. Но неужели это будет всегда?! И, если уж на то пошло, я люблю другого человека - тут Лайт покраснел до кончиков ушей – Но, Боже мой! Я ведь не могу быть с ним. Да и не поймёт он меня. Сомневаюсь, что он – гей. Ой, сомневаюсь…» Вздох. - Любимый, ты чего вздыхаешь? – раздался откуда-то голос Мисы. - Ничего. Давай спать. - А? Хорошо… - Спокойной ночи. - Спокойной ночи, Лайт… Но вернёмся в главное помещение штаба. «Неужели остался только этот способ? Не верю! Но этот должен оказаться самым действенным. Я же вижу, как он на меня смотрит…» И Рюдзаки задумался о том, когда ему впервые пришла в голову эта безумная идея – совратить Киру? Наверное, с тех пор, как он заметил отнюдь не дружеский интерес Лайта к себе. Ведь если Лайт в него влюблён, то почему бы не притвориться, что он – тоже? Ведь Лайт поступает с Амане так же. К тому же, если Лайт увидит взаимность, он, скорее всего, захочет жить с Рюдзаки вместе, вдвоём, счастливо… и он признается. Да. Или бросит своё занятие. И то, и то, конечно, неплохо, но признание – это именно то, что нужно детективу – признание своей вины Лайтом. Так почему бы и нет? Наступило утро. Вся команда собралась перед монитором компьютера. На мониторе – Амане, крупным планом, со всех ракурсов. Сидя в своей комнате, Миса читала какой-то модный журнальчик. - Думаю, что Амане можно отпустить. Она больше не член штаба расследования. Нет необходимости держать её здесь. «Наконец-то»- подумал Лайт. Сидя перед монитором, команда наблюдала за сценой прощания Лайта и Мисы. «Ну, парень. Я бы на его месте и то больше бы чувства изобразил. Тьфу». - Думаю, за ними можно больше не следить – бесстрастно сообщил Рюдзаки и выключил камеры. К большому удивлению всего штаба, Лайт вернулся буквально через пять минут. - Уже вернулся? Быстро ты. С Амане сняты все подозрения. С тебя тоже. Почему бы вам не вкусить радостей свободной любви – в хорошем смысле? «Он издевается?!» - Рано расслабляться, Рюдзаки. - Вот тут ты прав, Ягами… Вот так постепенно и наступил вечер. Наскоро перекусив тортом, Рюзаки отпустил всех членов расследования, кроме Лайта. «Чёрт. Видимо, опять меня подозревает» - Что такое, Рюдзаки? - Нам нужно поговорить. «Точно подозревает» - О чем? - Знаешь, Лайт, ты какой-то странный в последнее время. - В смысле? - Ну, знаешь, смотришь на меня как-то странно. Ты в меня, часом, не влюбился? - Нет! – выпалил парень, в тот же миг краснея. - Даа? А что ты тогда покраснел? – еле слышно произнёс Рюдзаки, подойдя к парню. - Рюдзаки, я… Но Лайта бесцеремонно прервали поцелуем. - Я тоже, Лайт. Я тоже… - прошептал детектив. Оторвавшись от губ Ягами. - Правда? - Да. - Уф, прямо гора с плеч! А то я хотел признаться, но боялся, что ты не поймёшь. - Я уже давно всё понял, Лайт. Улыбка. - Лайт. - Да? - Пошли в спальню… Сглотнув, Лайт кивнул. Войдя в спальню, детектив тут же повалил парня на кровать, впиваясь в его губы поцелуем. Лайт тут же ответил, начиная стягивать с партнера майку… А потом были поцелуи, страстные, нежные, долгие. Такие, которые запоминаются на всю жизнь. Исследуя тела друг друга везде, где только можно, лаская руками, губами и языком самые чувствительные места друг друга. Их стоны раздавались по всей комнате, благо в здании были звуконепроницаемые стены… И вот, Рюдзаки входит в своего партнёра. Лайт цепляется за его плечи, шею, спину, смотря прямо в глаза. Рюдзаки двигается. Толчки. Быстрый, рваный ритм. Лайт стонет, выгибается, царапает спину. Ритм становится просто бешеным. Ещё пара стонов – и оба парня, обессилев, падают на кровать. Закрыв глаза, Лайт задумался. Когда он полюбил своего врага номер один? Пожалуй, именно тогда, когда он перестал быть врагом – когда Ягами потерял память, отказавшись от Тетради. Тогда и полюбил, даже не подозревая, что может оказаться тем, кого они ищут. Усмешка. «Чертова жизнь. Чертов детектив. Что теперь будет?» А дальше были дни. Дни проходили как во сне: Рюдзаки понял, что Кира появился снова. Рюдзаки подозревает Мису. Ему не верят… За днями шли ночи. Длинные, яркие ночи, которые клеймом выжигались в памяти. Конечно, Лайт понимал, что продолжаться так до бесконечности не сможет. Он должен был что-то сделать. Вот только что? Ответ, к сожалению, был только один… «Я должен признаться ему? Нет! Но я так надеюсь, что он сможет принять меня. Даже после того, что узнает. Нет. Тем более после того, что узнает». Рюдзаки спокойно сидел за столом и пил чай, когда раздался стук в дверь. - Можно? - Заходи, Лайт… Ягами зашёл, закрыв за собой дверь. - Рюдзаки, нужно поговорить. - Говори, я слушаю. Глубокий вдох. - Рюдзаки понимаешь… Пауза. - … Я Кира. Нырок. - Я знаю. У Лайта упал челюсть. - То есть как – знаешь? - Обыкновенно. Я же с самого начала тебя подозревал, забыл? - Помню. Неловкость. - Вот. Лайт протягивает детективу тетрадь. - Так вот оно что… - тянет Рюдзаки, листая тетрадь. Дрожь. Рюдзаки отрывает взгляд от тетради. - Лайт, ты арестован. - Что? Щелчок пальцами. Появляются все члены штаба расследования. Закрыв глаза, Лайт слушает гневные речи, которые сыплются на него из всех углов. Его хватают, скручивают, связывают. Тащат в камеру. Запирают. - До завтра, Лайт. Завтра мы решим, как с тобой поступить. Грохот двери. Лайт сидит на жёстком матрасе и глядит в потолок. Он знает, что теперь с ним рядом не Рюк, а Рэм – Мисин бог смерти. Не осталось никого. Только он, камера и Рэм. - Рэм… - раздаётся слабый голос. - Чего тебе, Ягами? - Я хочу заключить сделку на глаза… - Чего ты? Тебе итак жить недолго осталось, считай, всего день. - Все равно. - Как пожелаешь. …Утро. Лайт спит, лёжа на матрасе. Вдруг – грохот. Клетка открылась. Заходит Рюдзаки. - Выходи. - Куда? - На казнь. Мы решили, что лучше не откладывать. Лайт морщится. Его поднимают. Тащат на улицу. Перед штабом – толпа. Все вопят, кричат, пытаются пройти поближе. Дурни… - Итак, сегодня состоится казнь всемирно известного серийного убийцы – Киры. Я решил, что стоит показать его вам – Рюдзаки усмехается. - Что скажешь, Ягами? - Последнее желание… - хрипит Лайт. - Хорошо. Чего ты хочешь? - Дайте мне сделать одну запись в тетради. Толпа взрывается. Полицейские штаба в шоке. - Что? Тетрадь? А вдруг он нас убьёт! Что за желание! И мы ему позволим? – слышалось среди сотрудников штаба. - Позволим - раздался голос L – если он убьёт нас, его разорвёт толпа. Так что дайте ему тетрадь и ручку. И развяжите руки. Все - в полном недоумении, но всё же выполняют приказ детектива. Лайт берёт тетрадь. Что-то пишет. Быстро, размашисто. Бросает взгляд на толпу. «Пора». - Рюдзаки. - Что? Ты уже закончил. - Ответь мне на вопрос. - Ну? - Только честно. Ты меня любишь? – последние слова Лайт почти выкрикивает. - Нет – не задумываясь, отвечает детектив – не люблю. Лайт стиснул зубы. - И даже близко к тому не было. Лайт сильнее стискивает зубы. - А спал я с тобой ради того, чтобы вывести на чистую воду. Все пялятся на Рюдзаки в полном недоумении. - Ну, тогда сдохни, урод – шипит Лайт сквозь зубы. Через пару секунд после слов Лайта Рюдзаки покачнулся. Схватился за сердце. Застонал. - Что происходит?! Лайт смеётся. Рюдзаки падает на землю – и умирает. Айдзава выхватывает пистолет и стреляет Лайту в висок. Миг – и Лайт падает, выпуская из рук Тетрадь. Ягами-старший и остальные склоняются над тетрадью. В ней же – закапанная кровью из головы Лайта запись: «Лавлет. Причина смерти – сердечный приступ. Смерть наступает в 9:02. Перед смертью честно сказать, любит ли Лайта Ягами, после чего умереть. Лайт Ягами – смерть от пули в висок минутой позже».