Я лишь твоя тень...

      Интересно… о чём он сейчас думает? Чем занят? Наверняка, работает. Все ждут новую песню, и я в том числе. Всего лишь преданная фанатка… если это чувство внутри можно назвать просто фанатизмом, а не чем-то большим.       Капли медленно стекают по стеклу. Люблю дождь, но только, когда сидишь и смотришь на него сквозь закрытые окна. Кофе, плед, интересная книга, — вот мой идеальный вечер… когда он не рядом.       Впрочем… его ещё никогда не было рядом, зато в мыслях… в мыслях он уже давно принадлежит мне, и только мне. Глупо… дикость какая-то.       Рядом раздался телефонный звонок, прервавший мои мрачные мысли. Звонит Мира.       — Да, малышка, привет, — я попыталась сделать свой голос немного веселее; не хочется никого грузить своими мыслями.       — Чем занята? — её заплаканный голос заставил меня напрячься, а сердце пропустило удар. Мы с ней очень близки, многие считают нас сёстрами, хоть и внешне мы совсем не похожи. Я — высокая шатенка, а она ниже ростом, со светло-русыми волосами. У меня карие глаза, у неё — серо-зелёные. Но сёстрами мы стали именно духовно, а не внешне.       — Что произошло? — решила не медлить я.       — Мы… мы расстались, — слышно, что Мира начала плакать сильнее.       Внутри что-то оборвалось. Почти два года вместе, и в один миг всё закончилось… Никита — парень Миры, мой друг. Столько всего было в их отношениях, и я всегда выступала ангелом-примирителем.       Последний месяц их ссоры становились всё серьёзнее, и мне стало очень трудно что-либо сделать. И вот… наступил тот момент, которого все боялись: их отношений больше нет.       — Через двадцать минут буду у тебя, жди, — положив трубку, я оделась и пулей вылетела из дома. Все проблемы ушли на второй план. В назначенное время я уже стояла возле дома Миры; она ждала меня возле двери. Увидев её состояние, я оторопела. Всегда жизнерадостная милашка сидела на холодном асфальте, в ночной рубашке, вся в слезах. Когда она подняла глаза, я поняла, что всё её нутро переполнено болью. Подлетев к ней, я прижала её к себе так крепко, как только могла. С глаз покатились слёзы.       Чертовски невыносимо видеть её в таком состоянии. Я всем сердцем возненавидела этого подонка. Как он мог так поступить с ней?       — Пойдём внутрь, здесь холодно, — взяв подругу за руку, я завела её в дом.       Сидя на кухне, я выслушала весь рассказ. Да уж… Ник действительно поступил, как настоящий козёл. Ничего не сказав, он просто свалил в Москву и расстался с Миркой по телефону. Просто нет слов…       — Но почему? Всё ведь было не так плохо, — недоумевала я. Да, они ссорились, но чтоб настолько…       — Я просто ему больше не нужна, вот и всё, — её голос снова дрогнул.       — Малышка, так бывает, понимаешь? Я не знаю почему; это всё так подло с его стороны, но уже ничего не исправишь. Обещай мне, что будешь жить дальше. Жизнь не должна ограничиваться одним человеком.       — Я не хочу больше жить, но мама… я не смогу её оставить… Это я папе не нужна, а маме… Нет уж. — Эти слова меня здорово успокоили, значит, всё не так уж плохо.       — Не говори глупости, он любит тебя, просто заботится… слишком. Хочешь, сходим куда-нибудь? — мне всегда очень трудно видеть как плачут близкие, поэтому я стараюсь как-то развлечь её.       — Прости, Машка, но я не хочу никуда, я буду спать. После твоего прихода, стало действительно лучше. Ты можешь ехать домой, обещаю, я буду в порядке, — Мира легла на подушку и прикрыла глаза.       — Уверена? Я могу остаться…       — Нет, не нужно. Мне действительно лучше побыть одной, привести мысли в порядок. Спасибо, что приехала, — полусонным голосом произнесла она. Укрыв подругу одеялом, я поднялась и вышла из дома.       Мне ничего не оставалось, как просто уехать. На всякий случай, я связалась с её мамой и попросила приехать быстрее. Родители Миры находятся в нескольких километрах от города. С тяжёлым сердцем, я села в такси, не переставая думать о причине такого поведения Никиты.       Когда я вернулась, все в доме мирно спали, значит мне не придётся объясняться. Пройдя в комнату, я переоделась в пижаму и залезла в тёплую кровать. Уснуть сразу мне не удалось, так как мысли бушуют сильным потоком в голове. Мира, Никита, да ещё и Егор. Последний сидит в моей голове в течение последних двух лет. Я всегда считала, что это ненормально. Обычно девочки болеют такими «влюблённостями» в тринадцать, но меня это настигло в мои семнадцать, что кажется ещё более странным.       Спустя некоторое время мои веки опустились, а беспокойные мысли стали не такими ясными, и я всё же провалилась в царство Морфея. Именно тут, во сне, мои мечты становятся реальностью…