Протяни руку

Вот это новость! Дженсен вприпрыжку мчался к дому, предвкушая, как поделится своей радостью с Джеем. Ему разрешили учиться в университете! Тадам! Профессор Филч, увидев, с какой прилежностью мальчик помогает старенькому библиотекарю университета, увидев, как любит читать Дженсен, как трепетно он относится к старым книгам, пригласил его в свою группу первокурсников. Даже не верится! Теперь Дженсен будет изучать литературу эльфов и человеческую литературу, историю, культуру и еще много-много всего интересного. Конечно, изучать всякие волшебные предметы эльфов он не будет, но и без них всего предостаточно.  — Привет, Толстолапый! — Дженсен ласково потрепал радостно кинувшегося к нему пса. Тот всегда встречал любимых хозяев на подходе к дому, безошибочно узнавая, с какой стороны кто-нибудь из них появится. За этот год маленький прихрамывающий щенок вырос в роскошного черно-палевого огромного красавца, до безобразия добродушного, обожающего всех вокруг, в порыве дружелюбия зализывающего всех окрестных кошек до возмущенных мявов. — Джаред дома? У меня для него такая новость! — Дженсен почесывал пушистый живот любимца. — Как же нам повезло, Толстолапый, что мы встретили моего Джея, мне страшно представить, что бы там с нами стало… Дженсен зябко передернул плечами. Несмотря на то, что прошел год, год абсолютного счастья с любимым эльфом, в любящей семье, прошлое не отпускало. Иногда по ночам Дженсен с криком подрывался на кровати, с колотящимся в горле сердцем, испуганно таращась в темный угол, в котором мерещилась то зловещая тень мистер Смита, то ненавистная — Харви. Тогда Джаред хватал в охапку свое сокровище, прижимал к себе крепко, баюкал, целовал и не спал уже до самого утра, охраняя сон любимого. Дженсен знал, что Джей не раз применял свою волшебную силу, чтобы раз и навсегда излечить своего мальчика от кошмаров, но страх все равно прорывался снова. Дженсен, в отличие от искренне недоумевающего по этому поводу Джареда, знал, почему. Он всегда боялся проснуться. Проснуться и понять, что все безмятежное счастье, вся любовь окажется просто сном. Сам Джаред окажется сном. Или произойдет что-нибудь, например, Джареда заставят вернуть человека обратно, и ему придется вернуться в свою беспросветную жизнь, в свое одиночество и страх. Парень помотал головой. Нет, глупые страхи. От их любви с Джаредом все искрит вокруг на десятки метров. Восхитительные родители Джея любят его не меньше, чем родного сына и давно стали его настоящей семьей. Дженсен заалел ушами, вспоминая, как стыдно ему было поначалу спускаться к семейному завтраку после страстных ночей с Джеем. Его эльф был неутомимым и изобретательным, а Дженсен оказался очень громким. Кроме того, Джареду просто необходимо было все время прикасаться к своему мальчику. Он всегда либо обнимал его, либо усаживал к себе на колени, либо хотя бы держал за руку. Друзья и домашние уже даже перестали подшучивать. Дженсен заулыбался — нет, все будет хорошо, глупости он себе придумывает… Мальчик напоследок потрепал Толстолапого по подставленной макушке и легко взбежал вверх по ступенькам.  — Джаред, сынок, ты должен все немедленно рассказать Дженсену, — приглушенный голос Шерон звучал встревоженно. — Ты обидишь его, если не сделаешь это сразу. Вот оно! Не зря все его страхи. Дженсен замер, прислушиваясь. Сердце затрепыхало испуганной птицей, стало трудно дышать.  — Мам, я пока не знаю, как ему сказать. Мне нужно время.  — Не тяни, Джей. Дженсен любит тебя, он все поймет. Стоять дальше в прихожей было невыносимо. Сердце рвалось на части. Увидеть сейчас глаза любимого оказалось самым важным. Важнее даже, чем возможность еще что-нибудь узнать, подслушивая в прихожей. Дженсен изо всех сил растянул губы в улыбке и шагнул в столовую.  — Я дома, — привычно произнеслись слова. А дом ли это теперь?  — Малыш, как же я соскучился! — Джаред поднялся из-за стола, и Дженсена, как всегда, утянуло в каре-зеленый омут глаз, сияющих такой чистой любовью, таким искренним восхищением, что корежившая сердце тревога немного отпустила.  — И я соскучился, очень, — получилось почему-то шепотом. Дженсен ответил на сладкий поцелуй, едва сдерживая слезы. Ничего необычного в поведении Джея мальчик не заметил.  — Дай поесть своему сокровищу, отойди, — Шерон шутливо шлепнула сына полотенцем, — садись к столу, Дженс. Шерон, как всегда, положила Дженсену лучшие кусочки. Она продолжала откармливать мальчика, помня о его голодном детстве. Чтобы не обидеть, Дженсен старательно жевал, почти не чувствуя вкуса еды. Шерон прятала глаза, что было совсем не похоже на нее, всегда открытую, дружелюбную. Поглаживающая колено рука Джея прожигала, казалось, насквозь. Дженсен боролся с подступающими слезами. Так плохо здесь ему еще никогда не было.  — Джаред, помни, что я тебе сказала. Все, мальчики, я ушла. Люблю вас. Шерон, как всегда, поцеловала обоих парней и вышла из дома. Дженсен отложил вилку. Не умеет он притворяться. Спросит сейчас, и все станет ясно. Что тянуть. Но Джаред решил по-своему. Он подхватил Дженсена на руки и зацеловал до головокружения. Невозможно думать о плохом, когда тебя так целует твой любимый. Горячие губы были, казалось, везде. Тело само подставлялось под долгожданную ласку. Противостоять напору своего эльфа парень никогда не мог. Вот и сейчас, сам не понял, как оказался голышом на их кровати, стонущим и выгибающимся под нетерпеливым языком Джея.  — Ох, я скоро стану совсем толстым, Шерон меня закармливает, — пожаловался Дженсен, почувствовав, как Джей выцеловывает его совершенно плоский живот, — и ты меня разлюбишь.  — Солнышко, я буду любить тебя любого, — мурлыкал хитрый эльф, — ты не представляешь, как я буду обожать тебя с огромным-огромным животиком, в котором будет наш малыш. Дженсен не сразу понял, что сказал Джей. Уж больно он отвлек его своим мурлыканьем. Потом, наконец, осознал и подскочил на кровати, сбрасывая с себя подлого эльфа.  — Что ты сказал?! Скажи, что ты пошутил! Эй, я— парень, ты забыл? Виноватое выражение на лице Джареда было очень похоже на выражение поникшей морды нашкодившего кота.  — Но я-то эльф… — всем видом выражая раскаяние, пробормотал Джей. — И я так люблю тебя…  — С ума сошел! Забудь! — голый Дженсен, завернувшись в простыню, возмущенно носился по комнате, пока Джаред рассказывал. Оказывается, в их мире все возможно, в том числе и забеременеть парню. Сначала нужно взять разрешение у Совета, потому что слишком много нужно магической энергии для этого, магии только членов семьи не хватит. Но все знают, как Джаред и Дженсен любят друг друга, поэтому сегодня Джаред получил такое разрешение, и, как только они будут готовы, Дженсен может забеременеть.  — Глупости! Парни не могут рожать! — рявкнул Дженсен на виновато выглядывающего из-под бровей домиком эльфа. Здесь оказалось возможным и это. Все безболезненно, главная трудность— потерпеть неудобства, связанные с беременностью. Но Джаред же так любит своего Дженсена, что, если тот захочет, он может все девять месяцев проносить своего любимого на руках, будет целовать и ласкать свое сокровище целыми днями, чтобы беременность была в радость. Зато родится, например, чудная зеленоглазая девчушка, или пацанчик, эльф или человек, неважно, и как они будут счастливы все.  — То есть, если я не захочу, то ничего и не будет? — уточнил Дженсен.  — Конечно! — Джаред изо всех сил закивал головой. — Но мне никто не помешает надеяться, что ты передумаешь. Только прости меня, не обижайся, что не посоветовался с тобой, когда пошел за разрешением. —Я в университете собираюсь учиться, меня профессор пригласил, — начал сдавать позиции Дженсен. Внезапно на него накатило облегчение, когда он понял, что речь в разговоре Джея и Шерон шла именно об этом разрешении, а вовсе не о том, что он там себе напридумывал.  — Здорово! Я очень рад за тебя! Учись себе на здоровье. Маленький не помешает. У нас такая большая дружная семья, вот увидишь, мы еще в очередь будем становиться, чтобы нам дали потискать нашего малыша, — коварный эльф почувствовал перемену, произошедшую в настроении любимого, подполз тихонечко, стащил простыню, и с удвоенной энергией продолжил ласки. Лежа под Джаредом, Дженсен замирал от наслаждения и думал, что не так уже это и страшно. Подумаешь, живот. Зато как горд и счастлив будет его любимый эльф, зато какой любовью будет окружен их малыш. Джаред будет самым лучшим отцом, в этом Дженсен точно уверен, Шерон и Джеральд — потрясающими бабушкой и дедушкой, заласкают, забалуют, а есть еще дружные, веселые прабабушки-прадедушки, их приезд всегда праздник. У этого малыша будет то, чего был лишен сам Дженсен, и он обязательно будет очень-очень счастлив. Но это уже другая история…