Алая нить

Расскажи мне все.

Часть седьмая.

      Девушка в слезах выскочила на улицу. Подбежав в черному Рендж Роверу, Тэён трясущимися руками пыталась открыть машину, но тщетно. Когда у девушки это почти получилось, ее с силой одернули, забрав ключи и резко прижали к машине. Чонгук стоял на расстоянии вытянутой руки. Девушка понимала, что его приход уж точно не очередная из его приставучих шуток. Парень был зол, Тэён было страшно. Ее заплаканное лицо было не в столь лучшем виде. Прикрыв лико ладошками, она молилась, чтобы Чонгук не ударил ее, ведь девушка очень сильно нагрубила Госпоже Ким.       — Не трогай меня, придурок! — верещала Тэён.       — Да успокойся ты! — пытаясь остановить девушку, которая била кулачками в грудь парня, проговорил брюнет.       — Отвали! Иди к своей ненаглядной! А от меня отстань! Вам всем тут плевать на меня! Ненавижу тебя! — плача говорила девушка. — Ты козлина и подлец! Ошиваешься возле этой старой, а про меня забываешь! — все так же плача говорила Тэён.       — Это моя работа, — сухо сказал Гук.       — Мне плевать! Ты… Ты, — заикалась блондинка. — Я тоже хочу волновать тебя, олень тупоголовый! — прикрывая глаза ладонями прошептала блондинка.       — Ты и так волнуешь меня.       — Что? — рассеяно спросила Тэён.       — Ну и что ты собралась делать с моей машиной? — спросил Чонгук, сменяя тему.       — Н-не знаю.       — Ты чем думала, идиотка? Знаешь ведь, что нельзя было этого делать! — строго сказал парень. Девушка ничего не ответила, лишь смотрела себе на ноги. — Черт! Она ведь твоя мать… — Чонгука снова перебили.       — Я же сказала, она не мать мне! — крикнула девушка. Парень, посмотрев на нее несколько секунд, сказал: «Садись в машину».       — Зачем?  — не понимающе спросила Тэён.       — Просто сядь в машину! — строго приказал Чонгук. Девушка послушно села на пассажирское сиденье. Гук завел машину, и они поехали в непонятном для Тэён направлении.       — Куда мы едим?       — Увидишь.       Через пол часа машина остановилась возле невысоко обрыва, вид которого открывал на панораму Сеула. Прекрасное вечернее солнце постепенно скрывало свои лучики за высокими горами. Небо окрасилось в красные, желтые и оранжевые тона. Атмосфера была спокойна и успокаивающая. Увидев, что Чонгук выходит из машины, Тэён последовала за ним. Недалеко отойдя от автомобиля, Чон присел на лавочку, которая уединилась на этом месте. Блондинка нерешительно присела к Чонгуку.       — Зачем мы здесь? — тихо спросила девушка.       — Красиво, правда? — проигнорировав вопрос, сказал юноша, смотря на город, который утопал в закате.       — Да, — грустно улыбнулась Тэён.       — Я люблю приходить сюда, когда мне грустно, — начал Гук. Девушка повернулась к парню лицом, внимательно слушая его.       — Здесь всегда так тихо, что можно спокойно размышлять, и никто тебя не потревожит. Во время заката — это место по-настоящему волшебно, — все так же глядя вдаль, говорил Чонгук.       — Прекрасное зрелище, — искренне улыбнулась девушка, посмотрев на город. — Живу здесь всю жизнь и ни разу не думала на сколько красив Сеул вечером, когда заходит солнце.       — И когда восходит, — усмехнулся парень. Тэён непонимающе взглянула. — Иногда по утрам, когда солнце еще не взошло, я иду на пробежку и всегда прибегаю сюда, чтобы увидеть восход. Тоже прекрасное зрелище.       — Представляю, — качнула головой Тэён, слегка улыбнувшись.       — Тэён, — позвал юноша. Блондинка удивленно посмотрела на Чонгука. Он впервые назвал ее по имени. От столько неожиданного и приятного действия, у девушки потеплело на душе. — Расскажи мне все, — сказал юноша смотря на девушку.       — Что рассказать?       — О тебе и Госпоже Ким.       — Я не хочу об этом говорить, — раздраженно проговорила Ким отвернувшись от парня.       — Хочешь, — заявил Чонгук. — Я вижу, как тебя терзает то, что глубоко засело в душе. Ты хочешь об этом поговорить, ты хочешь выговориться.       — Нет, — голос немного исказился от подступающих эмоций.       — Тэён, я хочу, чтобы ты рассказала мне все, — мягко произнес черноволосый. Блондинка нерешительно взглянула на Гука, который смотрел на нее с мягким выражением лица. Такого Чонгука она видит впервые.       — Это долгая история, — все еще пытаясь переубедить юношу сказала девушка.       — Я никуда не спешу, — изрек брюнет. Проглотив ком в горле Тэён нерешительно начала говорить.       — Госпожа Ким действительно не родная мне. Моя… — внезапно вспомнив о прошло, на глазах Ким появились слезинки, которые она тут же вытерла. Чонгук внимательно смотрел и слушал ее. — Моя настоящая и любимая мать умерла, когда мне было десять лет. Она была слишком молода, чтобы уходить на тот свет. Ей было тридцать три года, а отцу тридцать восемь, когда он стал вдовцом. Для нас с папой потеря мамы было слишком сильной утратой. Отец впал в отчаяние, он слишком любил свою жену, ему было сложно смериться с её уходом. Из-за этого отцовский бизнес начал рушиться, он не мог собраться с мыслями и продвигать дело. Тогда я думала, что мы начали тонуть в бездну небытия. Мне казалось, что жизнь рушится слово по часам. Отец уже думал продать особняк, чтобы было больше денег, и он смог купить более дешёвый дом, но судьба была с нами не так жестока. Отец познакомился с женщиной. Она была успешна и умна. Папа понимал, что это единственное наше спасение. Он действительно полюбил эту женщину, как и она его. Вскоре они вступили в брак. Госпожа Ким вновь подняла отцовский бизнес и все встало на круги своя. Для моего отца, не для меня.       — Почему? — заинтересовано спросил юноша.       — Когда я была ещё маленькой мачеха не проявляла ко мне какой-либо любви. Когда я становилась старше, моя неприязнь к ней росла с каждым днем. Она совершенно игнорировала меня, а вместе с этим, отняла у меня отца, который тоже стал реже уделять мне время. Я начала понимать, что из себя представляет этот человек. Богатейка без сердца. Одно, что я уважала в ней то, что она действительно любила моего отца. Папа и мачеха были слишком заняты работой, поэтому на меня у них не было времени. Новая мать решила, что лучше будет нанять мне няню. Так на протяжении девяти лет я была воспитана милыми няньками, — смотря куда-то вдаль Тэён замолчала. Воспоминания давались ей с трудом, но нежный и тихий голос Чонгука вернул Ким в реальность.       — Тэён.       — Прости, немного задумалась, — шмыгая носом набрав побольше воздуха и глубоко выдохнув, она продолжила. — Мы продолжали жить как прежде, денег было много, отец был счастлив, Госпожа тоже. Все кроме меня. Конечно, не сказала бы, что мы совсем ненавидели друг друга, иногда эта женщина проявляла заботу, все же я была любимой дочерью ее любого мужа. А я в такие моменты пыталась быть более-менее милой, все же она женщина, которую любил мой отец. У Госпожи не было своих детей, она не может их иметь, поэтому я была единственной дочерью. Да, она была занятой, но все же иногда я замечала, что эта женщина любит меня. Вскоре, когда все начало налаживаться, судьба распорядилась иначе. Через пять лет погиб мой отец. Его настигла та же участь, что и маму — автокатастрофа. Тогда я поняла — моя жизнь самая дерьмовая из всех дерьмовых жизней. Было пролито много слез, как и моих, так и мачехи. На похороны отца пришло много народу: друзья, коллеги, служащие в нашем особняке, соседи и просто обычные люди, которых мой отец когда-то выручил. Он был очень хорошим человеком, как и мама. Нашу семью любили и почитали. Отца похоронили рядом с могилой матери, — девушка не могла сдерживать слезы. Они хлынули большим потоком. — Извини за это. Обычно я не плачу.       — Нечего страшного. Не сдерживай их, — успокаивал Гук.       — После смерти отца матушка изменилась, она помешалась на каких-то правилах, на этой глупой интеллигенции. Она заставляла меня заниматься этой глупостью, не давала мне свободы выбора, практически не давала мне дышать.       — Таким образом она хотела защитить тебя от опасностей большого мира, — объяснил парень. — Ты единственная, что у нее осталось.       — Я это понимаю, но она сильно давила на меня этим. Утрата родных родителей сильно сказалась на моей психике. Я перестала быть той милой и солнечной девочкой, какой все хотят меня видеть. Думаешь, я с рождения такая вредная? — усмехнулась девушка, вытирая слезы.       — Ну, вообще-то, так я и думал, — сделав задуманное лицо сказал Гук.       — Дурак, — тихо посмеялась Тэён. — Когда я становилась старше она все сильнее и сильнее сдерживала меня в этом доме. Я не могла расслабиться, развлечься с друзьями. Все мое веселье, — показала кавычки пальцами, — проходило в кругу деловых и богатых людей. Сидя за большим столом очередного огромного особняка. В неудобном длинном платье, я слушала разговоры о каких-то делах, бизнесе и другой пурги, которая мне не была интересна. Мои ровесники были их детьми, которые безумно раздражали меня. Они все избалованные, вредные и высокомерные. Хвастались своим богатством друг перед другом. Я хоть и вредная, но не избалованная, как они. Наше состояние никогда не играло для меня главной роли. Будь я простой девушкой, живущей в семье со средним достатком, я бы все равно была бы счастлива, — заявила Тэён. — А потом, в нашем доме появился ты, — косо взглянула на парня сказала девушка. — Увидев тебя, такого красавца, я сразу поняла, что старушке на старости лет захотелось разнообразить личную жизнь. Даже если она действительно не домогается до тебя, она все равно получает удовольствие смотря на своего песика, от тебя же за километр веет феромонами. От одной мысли о вас блевать охота.       — Ревнуешь? — усмехнулся Гук.       — Пф, нет, конечно, с чего бы мне тебя ревновать? — заявила блондинка.       — Заметь, что я не сказал про себя, — с намеком сказал юноша, слегка улыбаясь. Девушка замялась, понимая, что сейчас она, считай, раскрывает свои карты. — Просто признай это, глупая. Ты просто влюблена в своего надзирателя, — высокомерно сказал парень и улыбнулся. Перевел свой взгляд на город.       — Да, черт возьми! — прошептала девушка, склонив голову пряча глаза.       — Что? — переспросил парень, так как ему показалось, что ему послышалось.       — Да, черт возьми! — крикнула девушка, резко подняв глаза на Чонгука, — Да, да и еще раз да, Чон Чонгук! Я действительно влюблена в тебя! — кричала девушка, демонстративно поднявшись с места и встала перед парнем. Чон лишь шокировано и вопросительно смотрел на нее. — Поначалу я не видела в тебе мужчину, который бы мне понравился. Ты меня действительно бесил своей покорностью к матери. Но со временем, я начала замечать на сколько же ты красивый, умный, харизматичный, можно вечно перечислять твои качества, поэтому скажу проще. Смотря на тебя, в животе слово бабочки летали, так хотелось дотронуться до тебя, попасть в твои теплые и крепкие объятья. Но понимала, что не могу. И ты еще, как назло, подливал масло в огонь своими случайными взглядами, касаниями, — девушка недовольно морщилась, продолжая обвинять парня в его странном поведении. Гук лишь смирно сидел и внимательно слушал, что говорила ему Тэён. — Но ты постоянно с Госпожой. Она на много ближе к тебе, спокойно может разговаривать, а ты покорно будешь сидеть и слушать ее. Сделаешь все, что она скажет. А я всегда остаюсь в стороне. Я лишь объект твоего раздражения. Я пыталась привлечь твое внимание, но это плохо получалось и заканчивалось очередными ссорами. А с Госпожой ваши отношения были идеальными, я завидовала. Я боялась, что ты будешь с ней. Ведь ты моей маме нра… — Тэён заставили замолчать. Резко встав, Чонгук впился в губы блондинки крепко обвив руками талию девушки, прижал ее к себе. Одной рукой он поглаживал ее щеку, а позже запустил длинные пальцы в копну светлых волос, прижимая Тэён сильнее к себе. Девушка смутилась, но лишь на секунду, разобрав ход мыслей Чонгука. Она чуть приоткрыла рот и настойчивый язык юноши проник в ее рот. Все остальные действия происходили спонтанно, эти двое как-будто читали мысли друг друга. Желание охватило обоих. Их языки сплетались в бурном танце. Танец был настолько нежным, пылким и страстным одновременно, что через несколько мгновений ребятам катастрофически стало не хватать воздуха. Нехотя отстранившись, парочка томно смотрела друг другу в глаза, не желая прекращать. Тэён невольно сделала пару шагов вперед, от чего Чонгук попятился назад и споткнувшись об скамейку, на которой они не давно беседовали, упал и снова оказался в сидячем положении на деревянном покрытии. Тэён устроилась на коленях Чонгука нисколько не смутившись своих действий. Ею овладело желание. Девушка снова прильнула к желанным губам. Её щёки пылали от нахлынувших эмоций, дыхание становилось тяжелее, сердце билось в бешеном темпе. Гук слегка покусывал нижнюю губу Тэён, после чего нежно целовал ее. Её ручки обвили шею парня, притягивая ближе к себе. Опытный язык юноши хозяйничал во рту блондинки. Проводя кончиком языка по девичьему нёбу, играл с язычком Тэён, даря ей небывалое наслаждение. Сильные руки Чонгука властно поглаживали утонченную спину девушки, сильнее прижимая хрупкое тело к крепкому мужскому. Большими ладонями юноша сжимал ягодицы Тэён, от чего та только сильнее прижималась к его руке. Губы брюнета перешли на мягкие щеки блондинки, спустились к подбородку и дошли до шеи. Терзая уже полюбившее ему место, он оставлял очередные отметины на светлой коже. Девушка слегка постанывала парню в ухо. Ее сладкие и легкие стоны сводили юношу с ума. Чонгуку так хотелось большего, так хотелось просто взять и забыть все нормы морали. Забыться с этой вредной, но такой желанной девчонкой. Но он понимал, ни здесь и ни сейчас. Тэён поглаживала крепкую грудь парня. Дойдя до верхней пуговицы на белоснежной рубашке, она нервно начала расстегивать ее.       — Тэён, — возбужденно шепнул Чонгук, отстраняясь от девушки. Но Ким настойчиво доводила дело до конца, ближе прижимаясь к брюнету. Справившись с первой пуговицей, пальчики спустились ко второй. — Тэён, не надо, — перехватив запястья блондинки, шептал юноша.       — Почему? — разочаровано сказала девушка, приводя сбившее дыхание в норму.       — Подумай сама, Тэён, — заглянул в черные глаза девушки, сказал Чонгук.       — Ты прав, — прошептала Ким. — Прости, я разошлась, — поднимаясь с колен парня, проговорила блондинка. Чонгук поднявшись с скамейки схватил за руку Ким и потянул на себя, завлекая в объятья.       — С Днем Рождения, Ким Тэён, — крепко обняв произнес Чонгук.       — Спасибо, — нерешительно обняв за плечи, тихо ответила блондинка, зарываясь лицом в шею парня.       — Ты должна поговорить с матерью, — уже находясь в машине, сказал Чонгук.       — Да, я знаю, — ответила девушка.       — Родная она или нет, она все же воспитывала тебя десять лет. И какая бы она не была — плохая или хорошая, но она все равно остается твоей любящей матерью, — строго заявил Гук.       — Я это понимаю, — глядя в окно ответила Ким. — Я извинюсь перед ней.       — Молодец, — слегка улыбнувшись сказал брюнет, продолжая вести машину по уже темным дорогам Сеула.       Черный Рендж Ровер остановился у особняка. Выйдя из машины, парочка направилась к входу в дом.       — Господи, Тэён! — подбежала взволнованная Госпожа Ким и обняла девушку, — Ну вот куда ты собралась! Ты представляешь, как я нервничала? — поглаживая по голове, хозяйка не унималась. Неожиданно для Госпожи, Тэён медленно потянула руки и обняла женщину в ответ.       — Мам, прости меня, — прошептала Ким, — за все сказанное. Поверь, все что тебе наговорила — это не так. Эмоции дали о себе знать, я действительно говорила не думая. То, о чем я сказала… Я так не считаю, — отстранившись от матери, Тэён посмотрела ей в глаза. — Да, я наглая и не воспитанная девчонка. Да, часто перечу и хамлю, наверно, я уже не исправлюсь. Такая вот я. Но я все равно очень люблю тебя. Я приношу свои извинения, за то, что было сказано ранее и за то, что я скажу после, — посмотрев на всех собравшихся, девушка улыбнулась и сказала: «Я уже не исправлюсь и не перестану так же плохо себя вести. Но я правда вас всех очень люблю и хочу извиниться за свое поведение». Медленно девушка поклонилась, а после и вовсе упала на колени и сделала традиционный поклон для прощения, склонив голову.       — Тэён, не нужно. Поднимайся, — сказала Госпожа. Девушка послушно встала.       — И ты прости меня, наверно и я где-то была не права. Все мы люди и так же можем срываться. Но ты все же должна знать меру. Я тебя тоже очень люблю, — матушка снова обняла блондинку.       — Спасибо, мама.       Тэён вернулась в комнату и начала готовится ко сну.       — Ты молодец, — напугав девушку, сказал Гук.       — Боже, напугал! Вот почему ты никогда не стучишь? Это вообще-то моя комната, личное пространство знаешь ли! — возмущалась блондинка.       — Помнится, кое-кто вообще пришел ночью, без стука вошел, да еще залез ко мне под одеяло, — изогнув бровь, подшутил парень.       — Ха-ха, сейчас животик лопнет от смеха, — съязвила девушка.       — Даа, ты не меняешься, — подойдя ближе проговорил парень.       — Ты тоже, — пробубнила Ким, готовя кровать ко сну. — Чонгук, — произнесла Тэён стоя спиной к брюнету, — тот поцелуй… — не дав договорить, парень повернул девушку к себе, обхватив одной рукой ее лицо, другой притянул за талию к себе ближе и прильнул к теплым губам. Поцелуй был нежным, но быстрым. Медленно отстранившись, Тэён в недоумении посмотрела на Гука. — Что это значит?       — Это значит, что я хочу делать это тогда, когда мне этого захочется, — заявил Чон.       — Мне кажется или кто-то в последнее время сильно избаловался? — сузила глаза блондинка, все так же находясь в объятьях брюнета.       — Согласен. Тэён, ты слишком избалованная, — съязвил парень.       — Дурак! — процедила Ким. — Тогда я тоже буду делать это тогда, когда захочу, — лукаво улыбнулась девушка и потянулась к Чонгуку за поцелуем. Тэён аккуратно, нежно и будоражащее мяла губы брюнета своими. Покусывала и оттягивала нижнюю губу парня, отчего тот нервно дышал сквозь поцелуй. Поцелуй был мокрый и пошлый, но нежный и чувственный. Отстранившись, девушка облизнула влажные губы и похотливо улыбнулась.       — Ммм, это тебя Госпожа Ким научила так классно целоваться? — снова попыталась задеть Чонгука шуткой.       — А тебя научил Господин Чхвэ? — подняв бровь, парень лукаво улыбнулся.       — Совсем что ли? — толкнув парня, девушка поморщилась и отвернулась. Она начала разбирать кровать. — Идиот, — прошептала блондинка. Парень громко засмеялся, подошел к девушке и чмокнул ее в затылок.       — Приятных снов, Ким Тэён, — сказал Гук и вышел из комнаты, закрывая белую дверь.       — И тебе, — тихо произнесла девушка, широко улыбаясь.