Часть 2 Призрачная угроза. Глава 1
21 августа 2016 г., 19:00
После того, как они постоянно вылетали на миссии почти целый год, Квай-Гон с радостью встретил возможность наконец-то вернуться в Храм. Совет долго не давал им отдыха, назначая и назначая сложные миссии, и всё благодаря их слаженной с Оби-Ваном работе в команде. Квай-Гон уже долгие месяцы не видел Талу — короткая случайная встреча в перерыве между последними миссиями не считалась — и чувствовал себя практически истощённым, хотя и не так сильно, как Оби-Ван, вынужденный выполнять последнее задание в одиночестве из-за свалившегося с лихорадкой Квай-Гона. После короткого разговора с Советом, юноша направился прямо к себе в спальню и почти мгновенно провалился в сон. Квай-Гон, немного посидев с ним, вскоре ушёл в зал Тысячи фонтанов, где собирался встретиться с Талой.
Он сидел рядом с ней на скамеечке, вслушиваясь в мягкий голос. Тала, казалось, решила рассказать ему всё, до последней мелочи, о том, что происходило в Храме за время его отсутствия. Квай-Гон совсем не возражал. Слова подруги звучали так плавно, что ему нравилось просто слушать их, что бы она ни рассказывала. Его уже начало окутывать долгожданное умиротворение, когда Тала вдруг замолчала. Квай-Гон вопросительно повернул голову и встретил укоризненный взгляд подруги.
— Ты слушал, о чём я говорила? — строго спросила она.
Квай-Гон уверенно кивнул, пряча смущение от неловкой ситуации.
— Да, Тала.
— Неужели? Тогда почему ты не ответил мне на вопрос?
Квай-Гон обругал себя за невнимательность. Он слишком сильно отвлёкся от разговора и даже не понял, что его о чём-то спросили. В знак примирения он поднял ладони вверх.
— Прости.
— Я думаю, ты слишком устал, — заметила Тала — Не хочешь пойти и хорошенько выспаться?
— Нет, я в порядке. Я хочу остаться и насладиться коротким отдыхом вместе с тобой. Никто не знает, когда нас снова отправят на миссию.
— Вас не отправят. Ты же сам сказал, что Мастер Йода и Мейс разрешили вам побыть пока в Храме.
— Да, но если появится сложное задание, нас отправят на него немедленно.
— Я не понимаю, Квай, — сказала Тала, повысив голос. — У нас ведь много команд джедаев, почему они обращаются именно к вам?
— Тала, Ни у одной команды джедаев связь не сильна так, как у нас. Это наше преимущество, я могу дозваться до Оби-Вана, как бы далеко он ни находился, даже на отдалённой планете — я всё равно до него дотянусь. Мы слишком эффективны, чтобы держать нас в Храме.
— Но ведь раньше Совет прекрасно справлялся без вас. Неужели он не справился бы и дальше, если бы ваша связь так и не появилась?
— Но она появилась. Сила отправила нам другого Оби-Вана и связала меня с ним, и мы не можем проигнорировать её волю.
Тала ничего не ответила. Недовольство Советом снова поднялось в ней: слишком многое требовали они от Квай-Гона и Оби-Вана, слишком часто использовали, не жалея их сил.
Квай-Гон догадывался о мыслях Талы, но не вмешивался в них. Он уже обсуждал эту тему с Мастером Йодой и ничего не добился. Тала тоже беспокоилась, и упрекать её за это было нельзя, но причина, по которой именно к ним раз за разом обращался Совет, была слишком веской и всегда касалась ценных умений Оби-Вана.
Юноша, казалось, каждый раз чувствовал приближающуюся опасность намного раньше, чем Квай-Гон, и всегда первым бросался ей навстречу, защищая бывшего учителя, вынуждая действовать по его правилам. Ещё когда Оби-Ван был падаваном, Квай-Гон заметил, что ученик всегда лезет вперёд, если в опасности, даже незначительной, могут оказаться дорогие ему люди. Но после того, как Оби-Ван вернулся из будущего, эта черта характера оказалась гипертрофированной. Стремление защищать превратилось в чрезмерную опеку, и в любом бою Оби-Ван постоянно оглядывался на бывшего учителя.
Ещё больше Квай-Гона беспокоила привычка Оби-Вана изматывать себя до предела. Порой он задавался вопросом, спит ли Рыцарь вообще на миссиях? Юноша привык к жизни воина ещё в прошлой жизни, которая, как знал Квай-Гон, и была наполнена почти одной войной. Привычки Оби-Вана делали его ценным союзником в любом сражении, но вот постоянная бдительность порой казалась уже нездоровой.
Квай-Гон уговаривал Мастера Йоду дать им хотя бы три месяца отдыха, но маленький мастер отклонял все настойчивые просьбы. По его мнению, Оби-Вану нужно было ещё привыкать и привыкать к новой жизни и проводить всё время на миссиях.
— Так почему теперь они позволили вам остаться, Квай? — спросила вскоре Тала.
Он перевёл взгляд на фонтан, обдумывая ответ.
— Я не уверен. Но это был первый раз, когда Оби-Ван сам просил отдыха. Может быть, поэтому они и изменили своё решение: Рыцарь, прежде работавший с полной отдачей, без жалоб и перерывов, вдруг запросился на отдых, — Квай-Гон усмехнулся, вспомнив лица Советников, когда Оби-Ван высказался перед ними. — Обычно он выступает перед Советом с сухим докладом о выполненной миссии, слушает инструктаж к новой и согласно кивает. Самый покладистый Рыцарь, которого они только знают. Но в этой раз он прервал Мейса на полуслове и потребовал отдыха. Потребовал, не попросил. И это было бесподобно, — лица Советников снова встали перед глазами Квай-Гона.
Тала засмеялась.
— Я рада, что он решился на это, иначе мы не сидели бы сейчас здесь.
Квай-Гон потянулся к Силе и, не ощутив рядом присутствия кого-либо, крепко обнял Талу.
— Мы обязательно его поблагодарим. Я скучал по тебе, милая.
У них не было возможность сблизиться друг с другом: слишком скоро тогда, год назад, Квай-Гон отправился на миссии. Ничего, кроме объятий и целомудренных поцелуев в лоб, не случалось между ними. Но они чувствовали себя особенно уютно при когда-то дружеских жестах, счастливые, что просто решились открыться друг другу.
***
Оби-Ван проспал почти целый день и всё равно не выспался. Зевая и потягиваясь, он направился в гостиную, надеясь, что Квай-Гон хорошо провёл время с Талой. Оби-Ван не сомневался, что бывший учитель воспользуется первой же возможностью увидеться с ней. Отдых для них всех стал большим облегчением; Квай-Гон особенно нуждался в перерыве и восстановлении сил. Его измождённость и усталость уже начали сказываться на миссиях, и, когда Квай-Гон слёг с лихорадкой, Оби-Ван понял, что тот истощил себя до предела. Внезапно оказавшаяся одиночной миссия не стала головной болью: Оби-Ван справился без помощи бывшего учителя, хотя ему не хватало совета и иного взгляда на происходящее. Их слаженная команда учитель-ученик выросла в команду равных между собой, одинаково опытных и уважаемых джедаев. Квай-Гон без вопросов принимал знания бывшего падавана. На миссиях Оби-Ван неоднократно демонстрировал свои таланты, и Квай-Гон всё больше и больше ценил напарника, быстро реагировавшего на любую неожиданность и без колебаний принимавшего ответственность за решения. С другой стороны, связь Квай-Гона с живой Силой прекрасно дополняла способности Оби-Вана. В отличие от падавана, его восприятие Силы не успела исказить война, и Оби-Ван открыто признавал, что часто нуждался в его чистом взгляде. В то время как он сам оценивал происходящее с высоты опыта прошлой жизни, Квай-Гон смотрел на мир и видел его таким, какой он есть в этой реальности. Они идеально дополняли друг друга: порой жёсткий и верный Кодексу Рыцарь-джедай с бесценным боевым опытом и независимый Мастер-джедай, не боявшийся своими убеждениями бросать вызов Совету. Оби-Ван усмехнулся при этой мысли. Квай-Гону шло на пользу остроумие и ироничное отношение бывшего падавана, а ему самому изобретательность бывшего учителя в поисках выхода из безнадёжных ситуаций. Совет не ошибся, позволив им действовать в команде, и Оби-Ван уже предвкушал новые миссии, которые продолжит делить с Квай-Гоном. Он потянулся к коммуникатору и с удивлением обнаружил письмо от Падме Амидалы. Год назад её избрали королевой Набу, и после того, как она приняла на себя такую ответственность, письма стали приходить гораздо реже. Но связь между ними не прервалась — последнее письмо Оби-Ван получил, будучи на Ансионе, три недели назад. Занятый на миссии, он ещё не успел ответить, поэтому и удивился, получив новое письмо так скоро. Мой дорогой друг, Я надеюсь, ты прекрасно справился с миссией, и Совет наконец-то разрешил вам провести немного времени в Храме. Я не могу не беспокоиться за тебя и Квай-Гона, зная, что вы не знали отдыха в течение целого года. Я знаю, что пишу это письмо, ещё не получив ответа на старое, но написать тебе — как поговорить со старым другом, а в нём я сейчас нуждаюсь больше всего. Управление нашей чудесной планетой отнимает много сил. Народ возлагает на меня много надежд, и порой я задаюсь вопросом, смогу ли я их оправдать. Слишком сложно принимать решения, которые могут оказаться судьбоносными для Набу. Сио Биббл — ты помнишь его, я полагаю, мой губернатор — всегда готов помочь мне советом, но окончательное решение вопроса ложится на мои плечи. Я вижу, как ты сейчас улыбаешься, заверяя меня, что знаешь — я прекрасно справлюсь. Иногда я удивляюсь, почему ты всегда видел меня сильной женщиной. Сама себя я сейчас такой не ощущаю. Я чувствую себя потерянной и не уверена, что мне нужно делать. Я знаю, что это письмо не дойдёт до тебя так скоро, как хотелось бы, и ты не успеешь мне ничего посоветовать. Принять решение должна я одна. Но письмо к тебе дарит мне немного покоя и уверенности. Возможно, я просто пытаюсь оправдаться в решении, которое собираюсь принять. Я не знаю. Ты всегда советовал мне обращаться к своим чувствам и доверять интуиции. Я собираюсь сделать это и сейчас. Я поступлю вопреки советам моего губернатора и сенатора и очень надеюсь, что решение окажется правильным. В любом случае, мы всегда можем признать, что нуждаемся в помощи и обратиться к джедаям. Надеюсь, что она всё же не потребуется. Но я уже вижу, как ты говоришь: «У меня плохое предчувствие». Искренне твоя, Падме Амидала. Оби-Ван нахмурился, перечитав ещё раз письмо. Что на Набу так взволновало Падме? Тогда внезапное осознание вспыхнуло в голове — время пришло. В последнее время он отгонял все мысли о событиях прошлой жизни, потому что его настоящая изменилась до неузнаваемости. Но сейчас ощущение надвигающейся беды снова дало о себе знать. Оби-Ван точно знал, о чём писала Падме. Время пришло, а его застали почти врасплох. Обругав себя за самонадеянность, Оби-Ван отложил письмо в сторону и глубоко вдохнул. Ему срочно нужна была медитация: возможно, все плохие предчувствия ещё могли быть ошибочными. В конце концов, ведь многое уже изменилось?***
— Вам есть о чём доложить, Мастер Дуку? — спросил Мейс. Вместе с Мастером Йодой они находились в комнатах маленького Мастера, где обычно проводили разговоры с Дуку. Голограмму искажали помехи. Дуку не мог выйти на связь уже долгое время, и даже сейчас соединение было довольно слабым. — Ничего нового, Мастер Винду, что касалось бы моего задания. Но у меня есть информация о ситхе. Мастер Йода и Мейс затаили дыхание. Ситхи? После трёхлетнего затишья было единогласно решено, что они снова вымерли. — Они живы. Я уверен. И они тоже ведут поиски. Мой информатор сообщил о татуированном забраке, расспрашивавшего о том же, что и я. Он улетел до моего прибытия на планету, но я собираюсь разыскать его. Мейс не знал, что сказать. Татуированный мужчина? Это должен быть тот ситх, о котором рассказывал Оби-Ван. Взглянув на Мастера Йоду, Мейс понял, что тот подумал о том же. — Мастер Дуку, поиски ситха не входят в ваше задание. Не рискуйте напрасно жизнью, преследуя его. Дуку закатил глаза. — Мастер Винду, при всём желании я не смогу не нарушить ваш приказ: у меня просто нет выбора, кроме как столкнуться с ним, если мы идём по одному следу. Мейс неохотно кивнул. Дуку был прав: если Дарт Мол ищет то же самое, что и джедаи, столкновения не избежать. — Я не смог выяснить, есть ли ещё, кроме него, — продолжил Мастер Дуку. — Вполне вероятно, что он остался один. Но мы должны быть готовыми ко всему. Когда-нибудь он решит взять себе ученика, и нам нельзя недооценивать угрозу. По голограмме снова прошли помехи. Связь вот-вот готовилась оборваться. — Продолжайте поиски, Мастер Дуку, — поторопился сказать Мейс, — и держите нас в курсе событий. Да пребудет с вами Сила. Мерцающая голограмма в последний раз блекло проявилась и исчезла. Мейс повернулся к Мастеру Йоде, покачивавшему головой. — Прав Дуку, — негромко произнёс маленький Мастер. — Готовыми должны быть мы. — Нам не следует полагаться только на Оби-Вана и Квай-Гона, — заметил Мейс. — Просто нехорошо и опасно изматывать их до предела. Нам нужны ещё пары, работающие так же слаженно, как и они. Если грядёт предсказанная Рыцарем война, то команды джедаев сыграют в ней значительную роль. — Вернуться в дело хочешь ты? — спросил Мастер Йода. Мейс тяжело вздохнул. — Я думаю, что это будет лучшим решением. Вы сможете присмотреть за Храмом без моей помощи, Мастер. Кому следует выбирать команды, если не мне? Если я лично буду вылетать на миссии, то намного точнее смогу оценить способности каждого Рыцаря, чем если судил бы о них сейчас. — Тогда немедленно на миссию отправишься ты, со старым другом вместе. Рассказать обо всём Совету мы должны, сразу же следующим утром. Мейс дёрнул головой. Мастера Йоду, конечно же, сейчас бесполезно расспрашивать куда или с кем он должен будет отправиться.***
Следующим утром Оби-Ван проснулся рано. Квай-Гон, вернувшийся вчера от Талы совсем поздно, ещё спал. Оби-Ван решил пока встретиться с Энакином и пригласить его на завтрак: мальчик искренне радовался, когда он и Квай-Гон проводили с ним хоть немного времени, чудом находя свободные часы в перерывах между миссиями. Оби-Ван уже давно не видел Энакина и прямо сейчас собирался это исправить, но, прежде чем даже вышел из комнаты, услышал слабый стук в дверь. Ощутив знакомое присутствие в Силе, Оби-Ван улыбнулся. Как всегда нетерпеливый, Энакин успел опередить его, очевидно, почувствовав его возвращение в Храм. Он открыл дверь и сразу же встретился с широкой улыбкой девятилетнего мальчишки. — Ты вернулся! — воскликнул просиявший Энакин и бросился обниматься. Оби-Ван всё ещё ощущал себя немного неловко от открытых проявлений чувств, на которые так богат был Энакин. Новый подход Квай-Гона к эмоциям постепенно передавался и ему, но не стал пока ещё привычным. Оби-Ван обнял мальчика в ответ и взлохматил ему волосы. — Энакин! Как же ты вырос даже за то время, пока меня не было! Энакин засмеялся. Радость от долгожданной встречи с другом была просто написана на его лице. Скользнув глазами по комнате, мальчик вдруг вопросительно взглянул на него. — Квай-Гон ещё спит, Эни, — понял взгляд Оби-Ван. — Ты не поможешь мне приготовить завтрак? Возможно, он как раз поведётся на запахи. Энакин с энтузиазмом кивнул уже на пути к кухне. Оби-Ван посмотрел ему вслед с лёгкой улыбкой. Он признавался, что любит проводить время с мальчиком и ничего не собирался делать с крепнущей привязанностью. Не сейчас, когда он снова видел перед собой потерянного друга, его до боли знакомое любопытство, озорство и беспечность. После того, как три года назад всё немного уладилось, Мастер Галлия дала ему разрешение видеться с мальчиком и укреплять их дружбу; более того, она даже приветствовала их встречи. Благодаря связи с Оби-Ваном кошмары мальчика постепенно сходили на нет. В первый год Рыцаря довольно часто вызывали в детскую группу посреди ночи, когда Энакину снился очередной кошмар. Он обучил мальчика некоторым приёмам Силы, которые помогли ему бороться с плохими снами: зная Энакина почти целую жизнь, Оби-Ван точно знал, что может помочь ему. Связь между ними постепенно углублялась, хотя он и закрывался от неё, когда был на миссиях — отвлечение на них дорого бы им обошлось. Но как только он возвращался в Храм, первым делом восстанавливал её, с удовольствием снова чувствуя далёкое, тёплое присутствие мальчика. Квай-Гон продолжал убеждать его, что он станет хорошим учителем для Энакина, но Оби-Ван неизменно отказывался. Он не сомневался, что именно бывшему учителю предназначено обучить мальчика, и готов был сделать всё, чтобы на этот раз обеспечить мальчику надёжное будущее. Только-только они закончили с приготовлением завтрака, заспанный Квай-Гон вышел из спальни на кухню, и его сразу же так же радостно и энергично, как и Оби-Вана сначала, приветствовал Энакин. Они расселись, и за столом, благодаря полной тарелке у Энакина, возникла уютная тишина. Квай-Гон отпил горячий чай, взглянув на быстро разделавшегося с порцией завтрака Энакина, и чуть улыбнулся, слушая его увлечённый рассказ. — Вы надолго останетесь в этот раз, Оби-Ван? — спросил Энакин после того, как бодро отчитался обо всех своих достижениях. — Я не знаю, но мы просили у Совета разрешения на отдых. Может быть, мы останемся в Храме дольше, чем обычно. — Круто, — воскликнул Энакин. — Тогда ты сходишь со мной в закусочную Декстера? Квай-Гон снисходительно посмотрел на них обоих. Энакина всего один раз, и то в прошлом году, они взяли с собой к Декстеру, но то посещение, похоже, произвело на мальчика неизгладимое впечатление. — Обязательно сходим, но, как ты думаешь, может, не стоит ли пригласить и Талу и Квай-Гона с собой? Энакин немедленно подобрался. — Ты не хотел бы пойти вместе с нами? — вежливо спросил он, глядя на Квай-Гона. — Очень хотел бы, Эни, — кивнул Квай-Гон. — Талу я приглашу тогда сам: разве у тебя не сейчас должно быть занятий? — Ой, — испугавшийся Энакин вскочил на ноги. — Я почти о них забыл. До вечера-а-а-а! И прежде, чем кто-то успел среагировать, мальчик уже выбежал из комнаты, последние слова прокричав уже в коридоре. Оби-Ван заметил, что пока он только и делал, что наслаждался разговорами с Энакином, Квай-Гон обратил внимание на занятия мальчика. Оби-Ван признавал, что любил баловать мальчика, чего не позволял себе в прошлой жизни. Ещё одна причина не повторять прежний путь, — подумал он про себя. — Я бы не хотел лишиться этого снова. Оби-Ван повернулся к Квай-Гону, собираясь предложить провести пару часов в тренировочном зале, когда пискнул комлинк. — Это мой, я возьму — поднялся Квай-Гон. Он ушёл в гостиную, оставив Оби-Вана убирать посуду, но вернулся спустя несколько минут, уже полностью одетый в тунику и плащ. — Меня зовут в Совет, — ответил Квай-Гон на вопросительный взгляд бывшего ученика. — Я должен идти. Оби-Ван помрачнел. — Что Совет от тебя хочет? Они же разрешили нам остаться. — Я сам не знаю, — качнул головой Квай-Гон. — Но, уверен, это не займёт много времени, — он улыбнулся и продолжил, поддразнивая хмурого Рыцаря. — Так что готовься, спарринга тебе не избежать. Оби-Ван попытался улыбнуться в ответ, но получилось криво и невесело. Письмо от Падме снова всплыло перед глазами, и он схватил Квай-Гона за руку, не давая ему уйти. — Ты хочешь сказать, что они зовут тебя одного? Почему они не хотят видеть нас обоих? Квай-Гон осторожно вытянул руку из крепко сжатой ладони. — Оби-Ван, то, что мы — команда, не значит, что мы перестали быть самостоятельными джедаями. Они звали меня — не нас. Я уверен, что повод незначительный, иначе бы они призвали нас двоих, и ты сам это знаешь. Неохотно кивнув, Оби-Ван отступил на шаг, позволяя Квай-Гону идти. Коснувшись до двери, Мастер снова обернулся и просто сказал: — Всё будет хорошо, Оби-Ван. Но Оби-Ван в этом сильно сомневался.
